ЭТИКА МЕДИЦИНСКАЯ (греческий ethika, от ethos обычай, нрав, характер) — раздел этики — философской дисциплины, изучающей вопросы морали, объектом исследования которого являются морально-нравственные аспекты медицины. В более узком смысле под медицинской этикой понимают совокупность нравственных норм профессиональной деятельности медицинских работников. В последнем значении этика медицинская тесно соприкасается с медицинской деонтологией (см. Деонтология медицинская).

Этика медицинская охватывает широкий круг проблем, связанных с взаимоотношениями медработников с больными, их близкими, со здоровыми людьми, а также между собой в процессе лечения больного. Предметом медицинской деонтологии являются главным образом вопросы разработки этических норм и правил поведения медработника при его общении с больным. Однако, несмотря на то, что понятия «этика медицинская» и «медицинская деонтология» не тождественны, они должны рассматриваться в диалектической взаимосвязи.

Принципы профессиональной этики, в том числе этика медицинская, взаимосвязаны с социально-экономическими условиями так же, как и общие этические нормы.


каждую историческую эпоху в соответствии с господствующей в данном обществе классовой моралью принципы этики медицинской имели характерные особенности; всегда существовали общечеловеческие внеклассовые принципы медицинской профессии, определяемые ее гуманной сущностью — стремлением облегчить страдания и помочь больному человеку. Если эта первичная обязательная основа врачевания отсутствует, нельзя говорить о соблюдении моральных норм. Так, в Древней Индии рекомендовалось браться за лечение только такого человека, болезнь которого излечима; от лечения неизлечимых болезней следовало отказываться, так же как от пациента, не выздоровевшего в течение года. Нормы этики медицинской определяются также уровнем развития медицинской науки, от которого во многом зависят действия врачей.

Нравственные требования к людям, занимавшимся врачеванием, были сформулированы еще в рабовладельческом обществе, когда произошло разделение труда и врачевание стало профессией. С глубокой древности врачебная деятельность высоко чтилась, ибо в основе ее лежало стремление избавить человека от страданий, помочь ему при недугах и ранениях.

Наиболее древним источником, в котором сформулированы требования к врачу и его права, считают относящиеся к 18 веку до нашей эры «Законы Хаммурапи», принятые в Вавилоне. Вопросы этики медицинской нашли отражение в древнейших памятниках индийской литературы — своде законов Ману (около 2 века до нашей эры — 1 век нашей эры) и «Аюрведе» (см.), «Науке жизни» (3—2 тысячелетие до нашей эры, по другим источникам 9—3 века до нашей эры).


ществуют три редакции «Аюрведы» — этой медицинской энциклопедии древности; позднейшая, наиболее сохранившаяся принадлежит врачу Су игру те. В одной из книг «Аюрведы» говорится, каким должен быть врач, как следует ему себя вести, как и что говорить больному. Обращает на себя внимание дифференцированный подход к больным: можно и нужно лечить бедных, сирот, чужестранцев, но в то же время нельзя прописывать лекарства тем, кто в немилости у раджи. С появлением социального неравенства отношение больных к врачам также становится не однозначным: представители господствующих классов видели в них слуг, простонародье — господ.

Неоценимую роль в истории медицины, в том числе в создании этических норм, сыграл Гиппократ. Ему принадлежат максимы: «Где любовь к людям, там и любовь к своему искусству», «Не вредить», «Врач-философ подобен богу»; он создатель пережившей века «Клятвы», носящей его имя (см. Гиппократа клятва). Примечательно, что II Международный деонтологический конгресс (Париж, 1967) счел возможным рекомендовать дополнить клятву единственной фразой: «Клянусь обучаться всю жизнь!». III Международный конгресс «Врачи мира за предотвращение ядерной войны» (1983) внес предложение дополнить национальные и международные кодексы о профессиональном этическом долге врача, в основе которых лежит «Клятва Гиппократа», пунктом, обязывающим медиков бороться против ядерной катастрофы. Такое дополнение было внесено и в «Присягу врача Советского Союза» (см. ниже).


Гиппократ впервые уделил внимание отношению врача к родственникам больного, к своим учителям, взаимоотношениям между врачами. Этические принципы, сформулированные Гиппократом, получили дальнейшее развитие в работах античных врачей Асклепиада, К. Цельса, К. Галена и др.

В период средневековья разработкой вопросов отношения врача к больному занимались представители Салернской медицинской школы, называемой Гиппократовой общиной (см. «Салернский кодекс здоровья»).

Огромное влияние на развитие этики медицинской оказали врачи Востока, и прежде всего выдающийся ученый-энциклопедист 10—11 века Ибн-Сина (Авиценна) — создатель «Канона врачебной науки». Рассматривая различные стороны врачебной деятельности, Ибн-Сина подчеркивал неповторимость и индивидуальность обращающихся за медицинской помощью: «… Каждый отдельный человек обладает особой натурой, присущей ему лично». Ему же приписывают изречение: «Врач должен обладать глазом сокола, руками девушки, мудростью змеи и сердцем льва». Одной из главных идей «Канона врачебной науки» является необходимость предупреждения болезни, на что должны быть направлены усилия врача, больного и здорового. Этой идее созвучны также мысли врача и писателя Абу-ль-Фараджа, жившего в 13 веке. Он сформулировал следующий тезис в виде обращения к заболевшему: «Нас трое — ты, болезнь и я; если ты будешь с болезнью, вас будет двое, я останусь один — вы меня одолеете; если ты будешь со мной, нас будет двое, болезнь останется одна — мы ее одолеем».


имечательно, что еще в древние времена проблема отношения врача к больному рассматривалась в плане их сотрудничества и взаимопонимания. Большое место, наравне с требованиями к личности врача, его человеческим качествам (порядочности, честности, доброте), отводилось необходимости постоянного самоусовершенствования, ибо малоквалифицированный врач наносит больному вред, что является грубым нарушением этических норм врачевания.

Развитие этики медицинской в России прошло тот же путь, что и в других государствах. «Изборник Святослава» (11 век) содержит указание, что монастыри должны давать приют не только богатым, но и бедным больным. Свод юридических норм Киевской Руси «Русская правда» (11—12 века) утвердил положение о праве на мед. практику и установил законность взимания врачами с заболевших платы за лечение. В 16—17 века врач-иностранец, приезжающий в Россию, должен был вначале практиковать в пограничном городе и кого-либо вылечить. Довольно определенными были требования к врачу, сформулированные Петром I в Морском уставе, хотя его обязанности рассматривались в отрыве от врачебных прав.

Капитализм, пришедший на смену феодальному обществу, породил новые классы и новые общественные отношения. Существенно изменились и представления о морали, в том числе о нравственных основах врачевания. В «Манифесте Коммунистической партии» отмечалось: «Буржуазия лишила священного ореола все роды деятельности, которые до тех пор считались почетными и на которые смотрели с благоговейным трепетом. Врача, юриста, священника, поэта, человека науки она превратила в своих платных наемных работников» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2-е изд., т. 4, ст. 427).


В условиях нарождающегося и развивающегося капиталистического общества в России очень много для пропаганды гуманной направленности врачебной деятельности сделали передовые русские ученые С. Г. Зыбелин, Д. С. Самойлович, М. Я. Мудрое, Н. И. Пирогов, И. Е. Дядъковс-кий, С. П. Боткин. Особо следует отметить «Слово о благочестии и нравственных качествах Гиппократова врача», «Слово о способе учить и учиться медицине практической» М. Я. Мудрова и произведения Н. И. Пирогова, представляющие собой «сплав» любви к своему делу, высокого профессионализма и заботы о больном человеке. В формировании принципов этики медицинской большую роль сыграли прогрессивные представители земской медицины, которые считали нравственным долгом помогать бедным и обездоленным. Демократизм, подвижничество всегда были присущи лучшим представителям русской медицины, стремившимся жить интересами народа. Всеобщую известность получил «святой доктор» Ф. П. Гааз, ставший главным врачом московских тюрем. Его девизом было: «Спешите делать добро!» Гуманистическая направленность деятельности русских медиков разносторонне описана в произведениях писателей-врачей А. П. Чехова, В. В. Вересаева и др.


В России выпускники высших медицинских учебных заведений давали так называемое факультетское обещание. Большое место в нем отводилось отношениям между врачами: «Обещаю быть справедливым к своим сотоварищам … Буду по совести отдавать справедливость их заслугам и стараниям …». Эти слова должны были напоминать врачам об их нравственном долге в условиях недоброжелательства и конкуренции, характерных для буржуазного общества.

Многие прогрессивные зарубежные врачи, такие как лауреат Нобелевской премии мира А. Швейцер, почетный член Медицинского общества хирургов СССР Р. Лериш, известный педиатр, борец за мир Б. Спок и др., призывали к тому, что болезни людей нельзя превращать в средство наживы, но не могли поколебать основы буржуазного миропонимания и нравственности.

За последние десятилетия принял ряд деклараций, кодексов, правил, которые призваны определить этические нормы поведения врачей. Во многих странах (Франции, ФРГ, Италии, Швейцарии, США и др.) существуют национальные кодексы.

Ряд документов носит международный характер. К ним следует отнести «Женевскую декларацию» (1948), «Международный кодекс медицинской этики» (Лондон, 1949), Хельсинкско-Токийскую декларацию (1964, 1975), «Сиднейскую декларацию» (1969), декларацию, касающуюся отношения врачей к пыткам (1975) и др. Однако в международных документах по вопросам Э. м. не всегда учитываются конкретные условия жизни той или иной страны, национальные особенности.


В основу Женевской декларации положена «Клятва Гиппократа», но в ней нашли отражение и наиболее острые социальные проблемы 20 века. Так, в декларацию внесены фразы: «Я не позволю, чтобы религия, национализм, расизм, политика или социальное положение оказывали влияние на выполнение моего долга… Даже под угрозой я не использую мои знания в области медицины в противовес законам человечности». Последний тезис, являясь отголоском второй мировой войны, закрепляет положения «Десяти Нюрнбергских правил» («Нюрнбергский кодекс», 1947), в которых подчеркивается недопустимость преступных опытов на людях.

«Международный кодекс медицинской этики» («Международный кодекс по деонтологии»), конкретизировавший ряд положений «Женевской декларации», одобрен генеральным директором ВОЗ и является наиболее распространенным документом, на который ссылаются исследователи проблем этики медицинской в буржуазных странах. В нем обращается внимание на вопросы оплаты врачебной помощи, на недопустимость переманивания пациентов, саморекламы и т. п., что довольно ярко иллюстрирует ряд нравственных сторон врачебной деятельности в условиях частнокапиталистической медицины, ее несоответствие разрабатываемым и рекомендуемым моральным принципам, расхождение между этическими установками и социальной действительностью.

В основе этики медицинской в социалистических странах лежит социалистическая идеология, базирующаяся на принципах гуманизма, и государственный характер здравоохранения.


социалистическом обществе ликвидированы противоречия между профессиональным долгом медработников и общественными отношениями. Общность основных принципов предопределяет отсутствие значительных различий в нравственных установках медиков разных социалистических стран. Вместе с тем в некоторых из них наравне с государственной системой здравоохранения допускается частная практика, выбор врача; кроме того, имеются некоторые особенности в законодательстве, то есть в частных вопросах прав и обязанностей врачей.

Как указывал Н. А. Семашко, «этика советского врача — это этика своей социалистической Родины, это этика строителя коммунистического общества, это коммунистическая мораль, это истинно человеческая мораль, стоящая выше классовых противоречий. Вот почему мы не отрываем понятие о врачебной этике от высоких этических принципов гражданина Советского Союза».

Н. А. Семашко выделял три основных вопроса врачебной этики: отношение врачей к больным; отношение врачей к коллективу (обществу); отношения врачей между собой. Однако не менее важны вопросы отношения врачей к родственникам больного. Все эти положения относятся не только к врачам, а в равной мере ко всем медработникам.

Разработка и изучение вопросов этики медицинской и медицинской деонтологии получили в СССР дальнейшее развитие в работах медиков и философов H. Н. Блохина, Б. Е. Вотчала, И. А. Кассирского, Ф. И. Комарова, Ю. П. Лисицына, Г. В. Морозова,H. Н. Петрова, Б. В. Петровского, 3. П. Соловьева, И. Т. Фролова, Е. И. Чазова, С. С. Юдина и др., а также ряда писателей-врачей.


Нравственные вопросы деятельности медработников нашли отражение в принятых Верховным Советом СССР в 1969 году Основах законодательства Союза ССР и союзных республик о здравоохранении (см. Законодательство о здравоохранении) и утвержденном Указом Президиума Верховного Совета СССР 26 марта 1971 году тексте «Присяги врача Советского Союза».

Сам факт введения присяги подчеркивает значимость врачебной профессии. Наряду с другими положениями в присяге определена роль врача в охране и улучшении здоровья людей, в предупреждении заболеваний. Этим подчеркивается профилактическая направленность советского здравоохранения. Учитывая важную роль врачей в борьбе за мир, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 ноября 1983 года в «Присягу врача Советского Союза» было внесено следующее дополнение: «… сознавая опасность, которую представляет собой ядерное оружие для человечества, неустанно бороться за мир, за предотвращение ядер-ной войны» (см. Присяга врача Советского Союза).

Научно-технический прогресс обусловил возникновение ряда новых нравственных проблем, в том числе и в области этики медицинской. За последние десятилетия в СССР опубликован ряд работ по этике медицинской и медицинской деонтологии. Проведены две всесоюзные конференции (1969, 1977). В 1983 году под эгидой АМН СССР была проведена научно-методологическая конференция, посвященная этико-деонтологическим вопросам современной медицины.


В 1970 году вопросы этики медицинской обсуждались на X Международном конгрессе терапевтов в Варшаве и на Международном конгрессе историков медицины в Бухаресте. В 1973 году этико-деонтологические вопросы медицины в условиях научно-технической революции стали предметом обсуждения специального симпозиума XV Международного философского конгресса в Варне, а в 1974 году — XVIII Международного конгресса по прикладной психологии в Монреале.

На многих научных форумах, посвященных проблемам этики медицинской, обсуждался вопрос о том, что медицинская техника, аппаратура, многочисленные лабораторные анализы отдалили врача от больного и обезличили пациента. На фоне прогрессирующей специализации и улучшения технической оснащенности медицины может теряться не только целостное восприятие больного, но нередко утрачивается интерес к нему как к личности. Это явление за рубежом называют дегуманизацией или деперсонализацией медицины. Увеличивается разрыв в отношениях между врачом и больным, ухудшаются возможности психотерапии, чаще возникают ситуации, когда лечат болезнь, а не больного. Все это создает предпосылки для нарушения изначальных принципов, служащих основой врачебной деятельности.

При всем том, что техника, особенно компьютерная, способствует объективизации диагностического, лечебного и прогностического процессов, медицина была и остается сплавом науки и искусства. А. Ф. Билибин писал: «При врачевании должно использоваться не одно крыло (наука), а два крыла — наука и искусство. Для настоящего полета (врачевания) нужен взмах обоих крыльев. Без проникновения во внутренний мир больного человека, чему способствует искусство, врачевание неполноценно». Эту же мысль лапидарно выразил Б. Е. Вот-чал: «„Знающий врач“ и „хороший врач“ — не синонимы».

В литературе по вопросам этики медицинской мало уделяется внимания проблеме старения населения, росту удельного веса лиц пожилого и старческого возраста, что отмечается за последние десятилетия и станет еще более заметным в будущем. Медработники недостаточно знакомы с психологией старения, прекращения проф. деятельности, одиночества. Это может быть причиной возникновения психических травм у пациентов.

В условиях возросших возможностей медицинской науки и практики появились новые проблемы, связанные с медицинской генетикой, регуляцией рождаемости и прерыванием беременности, экспериментами на людях. Последнему вопросу специально посвящены «Нюрнбергский кодекс», «Хельсинкско-Токийская декларация» и решения XV конференции Совета международных организаций медицинских наук (Манила, 1981), одобренные специальным комитетом ВОЗ. Согласно этим документам подобные исследования должны рассматриваться с этической точки зрения независимой комиссией, при этом подчеркивается, что интересы испытуемых должны всегда превалировать над интересами науки и практики. Гуманистическая направленность документов, касающихся экспериментов на людях, безусловно заслуживает положительной оценки. Однако никакой документ не может предусмотреть всего, что связано с такими исследованиями, в частности индивидуальную переносимость, степень добровольности согласия испытуемого и др. Поэтому одной из задач этики медицинской является конкретизация и разработка этических норм применительно к возникающим новым типам экспериментов. Практическим решением этой задачи занимаются национальные и международные научные и медицинские организации, а в некоторых особо острых случаях целесообразно создание специальных комиссий с участием не только медиков, но и представителей общественности.

В связи с развитием здравоохранения возникает ряд новых вопросов, связанных с соблюдением врачебной тайны. Вследствие увеличения числа лиц, имеющих доступ к информации о больном (врачи различных специальностей, регистратор, статистик, другой медперсонал, представители профсоюзной организации и др.), эта проблема выходит за рамки только врачебной. Кроме того, возросшая образованность пациентов обусловливает их повышенный интерес к диагнозам, результатам исследований, прогнозу болезни. Необходимо учитывать оба обстоятельства, ибо врачебная тайна предполагает неразглашение сведений о болезни (если это не противоречит интересам общества) не только окружающим, но в ряде случаев и самому больному. Надо беречь пациента от тех сведений, которые могут нанести вред его психике и способности бороться с болезнью. Несоблюдение врачебной тайны медработником влечет за собой меры общественного воздействия. В особых случаях, повлекших за собой тяжелые последствия, возможно привлечение виновного к уголовной ответственности.

Успехи реаниматологии, возросшие возможности длительного поддержания функций ряда органов и систем при необратимом прекращении функции головного мозга (см. Смерть мозга) вынесли на повестку дня целый ряд серьезных морально-этических и юридических проблем, связанных с определением достоверных критериев наступления смерти и поведением врача у постели умирающего (см. Смерть). Принципы советской этики медицинской предполагают безусловную необходимость борьбы за жизнь больного с использованием всех возможных средств. Умышленное ускорение летального исхода безнадежно больного из ложно понимаемых гуманных соображений — эйтаназия (см.) с позиций советской медицины является недопустимым. Международных документов по этому вопросу в настоящее время нет.

В основе административно или уголовно наказуемых профессиональных деяний (или бездеятельности) медработников всегда лежат нарушения принципов этики медицинской. В то же время несоблюдение норм нравственности чаще не является предметом юриспруденции или законодательства. При этом в качестве судьи выступают общественность, различные общественные организации, а в тех случаях, когда проступок не обусловлен некорригируемыми особенностями личности медработника,— собственная совесть. Преступления медработников рассматриваются в уголовных кодексах с учетом особенностей той или иной страны. Этому вопросу посвящено много исследований. Серьезные нравственные конфликты возникают в связи с врачебными ошибками. По существующим в СССР определениям, они не содержат элемента предумышленности и уголовно не наказуемы (см. Врачебные ошибки). За рубежом (США, ФРГ, Франция и др.)участились случаи предъявления врачам иска по поводу запоздалой госпитализации, неправильного лечения и т. п. Требования компенсации рассматривают суды, медицинские ассоциации, специальные комиссии «примирения» и др.

В 1956 году в Гаване совместным научным комитетом в составе представителей Международного комитета Красного Креста, Международного комитета по военной медицине и фармации, Всемирной медицинской ассоциации при участии в качестве наблюдателя ВОЗ были приняты «Положения на период вооруженного конфликта». Документ гласит, что требования этики медицинской в период вооруженного конфликта идентичны принципам этики медицинской в мирное время. Врач обязан оказывать необходимую помощь больному независимо от его расы, национальности, религиозных или политических убеждений, принадлежности к той или иной воюющей стороне.

На состоявшейся в Праге (1974) IV Международной медико-правовой конференции было высказано мнение, что в связи с появлением новых морально-этических проблем в медицине целесообразно создание медицинского права. Эту точку зрения поддержали и представители СССР.

Этику медицинскую нельзя рассматривать в отрыве от отношения общества к медработникам. Возросшая образованность людей, большие возможности ознакомления с медицинской литературой, не всегда правильно проводимая санитарно-просветительная, работа, которая порой превращается в упрощенное обучение самодиагностике и самолечению, привели к некоторой «деромантизации» медицинских профессий среди населения. В известной степени этому способствуют увеличение численности врачей и отсутствие четкой системы определения их пригодности к данной профессии. Все это создает предпосылки для повышенной требовательности к медработникам, особенно к нравственным сторонам их деятельности.

Врачи должны обладать широким кругозором, быть разносторонне образованными, мыслящими специалистами и в то же время внимательным и сердечным отношением компенсировать издержки «технизации и машинизации» своей профессии. Присяга, которую не дают представители ни одной мирной специальности, подчеркивает уникальность деятельности врача. Профессия врача предполагает органичное сочетание гуманизма, гражданского долга, высоких нравственных качеств и глубоких профессиональных знаний.

Врачи многих стран мира, в первую очередь социалистических, принимают все большее участие в движении за мир на земле, за предотвращение ядерной войны. Признанием этого явилось присуждение в 1985 году Нобелевской премии мира международному движению врачей «Врачи мира за предотвращение ядерной войны» (см. Врачи мира за предотвращение ядерной войны).

См. также Этика.

Библиогр.: Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, 2-е изд., т. 20, с. 95, т. 21, с. 298; Баталов А. А. Врачебная профессия и нравственность, Тер. арх., т. 51, № 5, с. 76, 1979; Билибин А. Ф. О мышлении клинициста-практика, Клин, мед., т. 59, № И, с. 104, 1981; Блохин H. Н. Деонтология в онкологии, М., 1977; Вагнер Е. А. и Росновский А. А. О самовоспитании врача, Пермь, 1976; В о т-ч а л Б. Е. Психотерапевтические аспекты деонтологии в клинике внутренних болезней, в кн.: 1-я Всесоюз. конф. по пробл. мед. деонтологии, с. 50, М., 1970; Гиппократ. Избранные книги, пер. с гре-ческ., М., 1936; Г р о м о в А. П. Права, обязанности и ответственность медицинских работников, М., 1976; Ибн Сина. Канон врачебной науки, nepевод с арабсж., Ташкент, 1980; Комаров Ф. И. и Сучков А. В. Размышления о врачебном долге, Тер. арх., т. 53, № 5, с. 18, 1981; Коротких Р. В. Вопросы врачебной этики в международных и национальных документах, Сов. здравоохр., № 2, с. 61, 1982; Медицинская этика и деонтология, под ред. Г. В. Морозова и Г. И. Царегородце-ва, М., 1983; Об основах медицинской деонтологии, под ред. К. Т. Таджиева и В. И. Приписнова, Душанбе, 1981; Петров Б. Д. Врач, больные и здоровые, М., 1972; П е тр о в H. Н. Вопросы хирургической деонтологии, Л., 1956; Петровский Б. В. Деонтология и врачебная этика с точки зрения советского хирурга, в кн.: Актуальные вопр. современной мед., под ред. М. И. Кузина и др., с. 60, М., 1983; о я ж е, Деонтоло-гические принципы в лечении хирургического больного, Тезисы докл. Всесоюз. симпозиума, посвящен, проблеме взаимоотношений хирурга, анестезиолога, реаниматолога и трансфузиолога в комплексном леч. хир. больного, с. 3, М., 1984; Семашко Н. А. Избранные произведения, М., 1967; Эльш т ей н Н. В. Диалог о медицине, Таллин, 1986; Этикопсихологические проблемы медицины, под ред. Г. И. Царегородцева, М., 1978; Dash У. В. Fundamentals of ayurvedic medicine, Delhi, 1978; Experiments with man, ed. by H. R. Weber, Geneva — N. Y., 1969; Frenkel D. A. Law and medical ethics, J. med. Ethics, v. 5, p. 53, 1979; F r i t s e h e P. Grenzbereich zwischen Leben und Tod, Stuttgart, 1979; Monnerot-Dumaine. Dehumanisation de la m6decine, Presse nc^d., t. 75, p. 157, 1967; Protection of human rights in the light of scientific and technological progress in biology and medicine, ed. by S. Btesh, Geneva, 1974.

Источник: xn--90aw5c.xn--c1avg

Биоэтика представляет собой важную точку философского знания. Формирование и развитие биоэтики связано с процессом трансформации традиционной этики вообще, медицинской и биологической этики в частности. Оно обусловлено, прежде всего, резко усиливающимся вниманием к правам человека (в медицине — это права пациента, испытуемого и т.д.) и созданием новых медицинских технологий, порождающих множество проблем, требующих решения, как с точки зрения права, так и морали. Кроме того, формирование биоэтики обусловлено грандиозными изменениями в технологическом оснащении современной медицины, огромными сдвигами в медико-клинической практике, которые стали возможными благодаря успехам генной инженерии, трансплантологии, появления оборудования для поддержания жизни пациента и накопления соответствующих практических и теоретических знаний. Все эти процессы обострили моральные проблемы, встающие перед врачом, перед родственниками больных, перед средним медперсоналом. Существуют ли пределы оказания медицинской помощи, и каковы они в поддержании жизни смертельно больного человека? Допустима ли эвтаназия? С какого момента следует отсчитывать наступление смерти? С какого момента зародыш можно считать живым существом? Допустимы ли аборты? Вот лишь некоторые из тех вопросов, которые встают перед врачом, а также перед широкой общественностью при современном уровне развития медицинской науки.
Биомедицинская этика – этико-прикладная дисциплина, предметом которой выступает нравственное отношение общества в целом, и профессионалов – медиков и биологов – к Человеку, его жизни, здоровью, смерти и которая ставит перед собой задачу сделать их охрану приоритетным правом каждого человека. Отличительная особенность БМЭ – ее интегративный характер: с одной стороны, она является частью биоэтики, поскольку ориентирована на защиту жизни и всего живого; с другой, – отдает приоритет человеку, но будучи шире медицинской этики, включает в себя последнюю. Так, кроме традиционных проблем медицинской деонтологии, она ориентирована на решение таких проблем, как биомедицинские исследования на человеке и животных, морально-этические проблемы эвтаназии, пересадки органов, генной инженерии, клонирования и др.

5.1. Биомедицинская этика: понятие, статус, структура, содержание. Для определения статуса биомедицинской этики в системе медицинского знания и определения ее предмета необходимо рассмотреть такие понятия, как «этика», «профессиональная этика», «профессиональная медицинская этика», «прикладная этика», «деонтология», «медицинская деонтология», «биоэтика», «биомедицинская этика» и определить характер их взаимосвязи.

Этика это философская дисциплина, изучающая теорию морали и нравственности. Практической стороной этики выступает прикладная этика, являющаяся моральным регулятивом конкретных сторон человеческой жизнедеятельности, в том числе и профессиональной.

Профессиональная этика – это принципы и нормы поведения специалиста в процессе его профессиональной деятельности с учетом ее специфики и конкретных ситуаций.

Профессиональная медицинская этика (или медицинская этика) – профессиональная этика, предметом которой является изучение и поиск путей решения этических проблем, возникающих в ходе медицинских манипуляций. Считается, что основные принципы медицинской этики сформулированы Гиппократом.

Та часть этики, предметом которой является учение о долге человека перед другим человеком и обществом в целом, именуется деонтологией.

Медицинской деонтологией называется учение о должном поведении медицинских работников, способствующем созданию наиболее благоприятной обстановки для выздоровления больного.Это учение о юридических, профессиональных и моральных аспектах, обязанностях и правилах поведения медицинского работника по отношению к больному. Аспектами медицинской деонтологии являются:

· взаимоотношения медицинских работников с больными;

· взаимоотношения медицинских работников с родственниками больного;

· взаимоотношения медицинских работников между собой.

Медицинская деонтология представляет собой совокупность исторически сложившихся норм, современных правовых актов и регламентированных требований, предусмотренных практической профессиональной деятельностью врача. В рамках медицинской деонтологии рассматриваются такие медико-этические проблемы, как соблюдение врачебной тайны, право на врачебную ошибку, право врача на эксперимент на себе, получение согласия больного на медицинское вмешательство, отношение к знахарству, народной и нетрадиционной медицине и др. Таким образом, теоретической основой деонтологии является медицинская этика, право, а деонтология, проявляясь в поступках медицинского персонала, представляет собой практическое применение медико-этических принципов.

Концептуальная модель биомедицинской этики определяет еесодержаниеи структуру, которую составляют следующие этические аспекты:

· нормативный, в рамках которого исследуются специфика общечеловеческих моральных ценностей в клинической медицине и биомедицинских исследованиях;

· ситуативный, обосновывающий необходимость морального выбора и принятия решений в различных биомедицинских ситуациях и казусах;

· экспериментальный, предполагающий распространение моральных принципов на биомедицинские исследования и их этическую экспертизу;

· деонтологический, регулирующий принципы и нормы поведения врача во взаимоотношениях по вертикали (в системе «врач–больной») и по горизонтали – между коллегами;

· институциональный, связанный с необходимостью решения социальных и профессиональных проблем здравоохранения и ролью биоэтических комитетов как специальных институтов в этом процессе.

Определение этих аспектов позволяет очертить контуры проблемного поля – выявить круг проблем биомедицинской этики, причем выявляется не один, а несколько «кругов», которые, переплетаясь и взаимодополняя друг друга, определяют ее содержание.

Первый круг – нормативно-этическийсвязан с необходимостью проследить, как могут и должны проявлять себя в медицинской деятельности или биологических исследованиях общечеловеческие моральные ценности и принципы, как регулируют они нормы поведения врача и исследователя, выступая основой «стратегии и тактики» их профессионального выбора. Здесь, в свою очередь, выделяются два этических аспекта.

1. Однозначное выявление сущности и критериев Жизни и Смерти человека как высших базовых ценностей. До сегодняшнего дня нет единства в их понимании, что трагически сказывается на судьбах людей, ждущих, например, пересадки донорских органов от умерших людей. Решение этой задачи, которое должно стать делом совокупных усилий медиков, философов, этиков, юристов, представителей религиозных конфессий, даст возможность определиться в решении вопроса о праве человека на достойную жизнь и праве на достойную смерть. А это, в свою очередь, выступает необходимым основанием практической деятельности трансплантологов, реаниматологов, акушеров-гинекологов и других специалистов. Особенно актуальной является проблема границы жизни и смерти. Сегодня огромное количество философских, юридических, медицинских работ посвящается так называемому праву человека на смерть, связанному с «пограничными ситуациями» его жизни.

2. Проблема активного включения в клиническую и исследовательскую практики в качестве руководства к действию таких высших общечеловеческих моральных ценностей, как Добро и Зло, Страдание и Сострадание, Долг и Совесть, Честь и Достоинство, Свобода и Ответственность. С одной стороны, у современных медиков, особенно молодых, они стали терять свой престиж и значимость, которые им необходимо вернуть. С другой – преломленные сквозь призму профессиональной деятельности, эти ценности обретают особую специфику, что зачастую приводит к кардинальному рассогласованию их восприятия и оценки между «обычными» людьми (пациентами) и профессиональными медиками. Особенно наглядно это видно на примерах добра и зла, проявляющих в сфере медицины свою нерасторжимую связь; страдания и сострадания, демонстрирующих иногда неизбежность и даже полезность первого и сомнительное значение и опасность второго; свободы, дающей медику и биологу-исследователю право на риск, а поэтому и на ошибку, но и налагающей на них высокую ответственность. Большинство проблем, связанных с особенностями проявления высших моральных ценностей в медицине, носят «открытый» характер, поскольку они ставят и исследователя, и пациента перед выбором, который не является однозначным и простым и может быть одинаково мучительным для обеих сторон.

Второй круг проблем БМЭ – ситуативный связан со спецификой, развитием и современными достижениями медицины, которые проявляются каждый раз в конкретных, неповторимых случаях и сказываются на человеческой судьбе. Одной из особенностей БМЭ и является то, что она сконцентрирована преимущественно на анализе этих отдельных случаев – медицинских казусов,затрагивающих жизнь и здоровье человека, и призвана выявить и проанализировать моральные стороны конкретных ситуаций. Многочисленность и вариативность подобных ситуаций и порождает так называемые «открытые» вопросы. К их числу относятся:

· проблемы начала жизни, в частности нравственно-правовые проблемы искусственного оплодотворения и прерывания беременности, этические проблемы пренатальной диагностики, права человеческого зародыша;

· проблемы трансплантации и связанные с ними проблемы реанимирования;

· проблемы окончания человеческой жизни, проблема эвтаназии, ставшая столь актуальной в результате небывалых достижений медицины по продлению жизни человека и зачастую его страданий;

· проблема предвидения и предотвращения негативных последствий медико-биологических, особенно генетических, исследований и экспериментов на человеке; определение меры ответственности исследователя и степени риска испытуемого.

К третьему – деонтологическому кругу проблем БМЭ относится определение современного характера отношенийв системе вертикальных и горизонтальных связей в сфере медицины. Вторгаясь в область медицинской деонтологии, а точнее, включая ее в себя, биоэтика и БМЭ вырабатывают рекомендации по моральному регулированию человеческих отношений как в системе «врач – больной», так и в медицинском коллективе. Решение практических задач в этом направлении во многом зависит от моделей отношений между медиками-профессионалами и их пациентами. Актуальными являются две: традиционная патерналистская и новая, автономная модели. Тенденцией современной деонтологии выступает переход от патерналистской модели к признанию автономности личности пациента или участника биомедицинских исследований.

Возникновение биоэтики имеет свою предысторию. Впервые понятие биоэтика было введено американским ученым-гуманистом, биологом и биохимиком, профессором Ван Ранселером Поттером, которого можно считать основателем этого междисциплинарного направления, в работе «Биоэтика – мост в будущее» (1971). В.Р. Поттер подчеркивал, что биоэтика должна стать новой дисциплиной, соединяющей в себе биологические знания и познание системы человеческих ценностей. Важно отметить, что, по Поттеру, биоэтика не вправе сосредоточиваться только на человеке, но должна распространить свой методы и на биосферу в целом, то есть регламентировать всякое вмешательство человека в любые формы проявления жизни как таковой. Для того чтобы четко отделить предмет биоэтики и близких к ней дисциплин (включая профессиональную медицинскую этику) в 1994 г. на международном Симпозиуме в Эриче был принят следующий документ (документ Эриче), согласно которому документу биоэтика занимается следующими проблемами:

1) этическими проблемами медицинской профессии;

2) социальными проблемами, связанными с политикой в области здравоохранения, трудовой медициной, политикой планирования семьи, проблемами демографического контроля;

3) этическими проблемами, возникающими в области исследований на человеке, включая и те, которые непосредственно не связаны с терапией;

4) проблемами вмешательства человека в жизненные процессы других живых существ (растений, микроорганизмов, животных) и всего того, что относится к поддержанию экологического равновесия.

В начале XX века врач и писатель В. Вересаев в своих знаменитых «Записках врача» «предсказал» появление биомедицинской этики. Он отмечал: «Необходима этика, которая должна охватить во всей полноте указанный выше вопрос о взаимном отношении между врачебной наукою и живою личностью». БМЭ носит междисциплинарный характер. Конкретные биомедицинские ситуации и казусы она превращает в прецеденты, становящиеся основанием для этических обобщений, выводов и этических рекомендаций. При этом свои проблемы БМЭ решает не на профессионально-корпоративной, а на более широкой основе, с привлечением представителей других профессий и широкой общественности. Таким образом, БМЭ включает в себя не только профессиональную медицинскую этику, но и этику биомедицинских исследований, целью которой выступает не лечение пациента, а получение достоверного научного знания при минимизации рисков для участников исследований. Для того чтобы понять, какие морально-этические и ценностно-правовые принципы лежат в основе современной биомедицинской этики, следует хотя бы кратко охарактеризовать их развитие в различные исторические эпохи.
1. Модель Гиппократа («не навреди»). Принципы врачевания, заложенные «отцом медицины» Гиппократом (460-377гг. до н.э.), лежат у истоков врачебной этики как таковой. В своей знаменитой «Клятве», Гиппократ сформулировал обязанности врача перед пациентом.
Несмотря на то, что с тех пор прошли многие века, «Клятва» не потеряла своей актуальности, более того, она стала эталоном построения многих этические документов. Например, Клятва российского врача, утвержденная 4-ой Конференцией Ассоциации врачей России, Москва, Россия, ноябрь 1994, содержит близкие по духу и даже по формулировке принципы.
2. Модель Парацельса («делай добро»).Другая модель врачебной этики сложилась в Средние века. Наиболее четко ее принципы были изложены Парацельсом (1493-1541гг.). В отличие от модели Гиппократа, когда врач завоевывает социальное доверие пациента, в модели Па­рацельса основное значение приобретает патернализм — эмоциональный и духов­ный контакт врача с пациентом, на основе которого и строится весь лечебный процесс. В духе того времени отношения врача и пациента подобны отношениям духовного наставника и послушника, так как понятие pater (лат. — отец) в христианстве распространяется и на Бога. Вся сущность отношений врача и пациента определяется благодеянием врача, благо в свою очередь имеет божественное происхождение, ибо всякое Благо исходит свыше, от Бога.
3. Деонтологическая модель (принцип «соблюдения долга»).
В основе данной модели лежит принцип «соблюдения долга» (deontos по-гречески означает «должное»). Она базируется на строжайшем выполнении пред­писаний морального порядка, соблюдение некоторого набора правил, устанавливаемых медицинским сообществом, социумом, а также собственным разумом и волей врача для обязательного исполнения. Для каждой врачебной специальности существует свой «кодекс чести», несоблюдение которого чревато дисциплинарными взысканиями или даже исключением из врачебного сословия.
4. Биоэтика (принцип «уважения прав и достоинства человека»).
Современная медицина, биология, генетика и соответствующие биомеди­цинские технологии вплотную подошли проблеме прогнозирования и управления наследственностью, проблеме жизни и смерти организма, контроля функций человеческого организма на тканевом, клеточном и субклеточном уровне. Некоторые проблемы, стоящие перед современным обществом, были упомянуты в самом начале данной работы. Поэтому как никогда остро стоит вопрос соблюдения прав и свобод пациента как личности, соблюдение прав пациента (право выбора, право на информацию и др.) возложено на этические комитеты, которые фактически сделали биоэтику общественным институтом.
5.2. Принципы и нормы биомедицинской этики.БМЭ базируется на ряде этических принципов и норм. Наибольшую популярность получила схема биомедицинской этики, предложенная американским философом Т. Бичампом и теологом Дж. Чилдрессом. Она включает четыре принципа и ряд правил.

1. Принципне навредипредписывает врачу не наносить ущерба больному ни прямо, ни косвенно. При этом принято считать, что какую бы благую цель ни ставил перед собой врач, она не может оправдать любые средства ее достижения. Нельзя совершать нечто безнравственное в отношении больного или творить зло только потому, что за этим может последовать нечто положительное, полезное для больного. В работе врача может быть определенный риск, но он не должен быть средством для достижения цели. Действия врача могут иметь побочный эффект, но он не может быть целью, его нельзя оправдать, с ним лишь приходится мириться. В таких случаях врач должен пользоваться правилом двойного эффекта, который заключается в необходимости строго взвешивать возможные блага и ущерб для больного и поступать так, чтобы благо всегда перевешивало ущерб. В определенных ситуациях, когда отсутствует явная альтернатива добра и зла, приходится выбирать не между «хорошо» и «плохо», а между «нехорошо» и «очень плохо». В таких случаях принцип не навреди может подразумевать действия по реализации «меньшего зла», поскольку в сравнении с «большим злом» оно будет благом для больного (например, дилемма: ампутация органа или жизнь). Причем в таких расчетах необходимо исходить не только из абстрактных догм и субъективных представлений врача, но считаться с представлениями самого больного о добре и зле для него в его конкретной проблемной ситуации.

Принцип не навреди во многих ситуациях, возникающих в практической деятельности врача, является ключевым для принятия решения. Например, пациент хочет воспользоваться услугами альтернативной медицины и спрашивает совета у лечащего врача. Врач должен оценить, насколько те или иные мероприятия альтернативной медицины могут заключать в себе риск для состояния здоровья пациента. Если они, более того, предполагают отказ от необходимой для пациента антибактериальной или иной специфической терапии, то ответ врача должен быть обоснованно отрицательным в отношении обращения к альтернативной медицине.

2. Принцип благодеяния реализуется в действиях бесспорно благих для больного, включая действия по устранению вреда, и в действиях относительно благих или полезных для больного, что предполагает перевес добра над злом, преимуществ над ущербом. Биомедицинская этика требует от врача учитывать нравственные ценности больного, который в конкретной ситуации сам выбирает для себя приоритеты в триаде: жизнь, здоровье, автономия (самоопределение, свобода, самовыражение). В то же времязавышенную оценку интересов общества биоэтикаквалифицирует как несправедливость в отношении индивида. Принцип благодеяния ставит высокую планку для врача – понимание индивидуальной ситуации пациента в процессе общения и определение наиболее приемлемой тактики взаимоотношения с пациентом в целях помощи ему. Каждый человек в состоянии здоровья ощущает свою самодостаточность для определенных жизненных свершений. Болезнь переживается пациентом зачастую не только и не столько физически, сколько психически. Сегодня в философии медицины существует представление о здоровье как о существовании человека дома (home-like-being-in-the-world) и о болезни как существовании индивида вне дома (unhome-like-being-in-the-world). Каждый человек переживает болезнь по-своему, но в любом случае болезнь вызывает у него некоторую тревогу и требует от врача индивидуального подхода к лечению и понимания пациента. Особенно важен анализ состояния больного с хроническим заболеванием. Постоянное напоминание о болезни может привести к дезадаптации пациента, ему трудно говорить на те или иные темы, трудно находиться в обществе людей, которых не коснулась его проблема. В этой ситуации врач может в значительной степени помочь больному не только в коррекции болезни, но и в адаптации к окружающему миру.

3. Принципуважения автономии личности предполагает уважение к самоопределению (свободе) личности. Различают автономную личность, автономный выбор и автономные действия. Личность считается автономной, когда она действует на основании свободно и самостоятельно избранного плана, опирающегося на необходимую информацию. В противоположность этому неавтономная личность либо неспособна обдумать свои планы, либо неспособна действовать в соответствии с ними, либо находится под жестким контролем других лиц, как, например, тяжело психически больные или заключенные. На практике принцип автономии в биомедицинской этике реализуется в праве личности на информированное согласие на медицинское вмешательство, на отказ от лечения, на полную информацию о заболевании и лечении, на содействие в осуществлении автономного решения (выбора), действия и т.п. Признавая принцип автономии, врач обязан не только уважать личность больного, но и оказывать ему психологическую поддержку в затруднительных ситуациях, не только давать необходимую информацию о состоянии здоровья и методах лечения, но и предоставлять ему возможность выбора и осуществления контроля над ходом медицинского вмешательства, а также вовлекать его в терапевтическое сотрудничество. В то же время принцип автономии предполагает и осознание больным необходимости уважения достоинства и автономии других людей. Свобода действий индивида допустима в той мере, в которой эти действия не нарушают автономии других, не наносят ущерба окружающим, не создают угрозы их правам и свободам.

4. Принципсправедливостипризывает относиться одинаково ко всем пациентам и не допускать выражения неприязни или предпочтения другим пациентам по любым основаниям (расовым, национальным, религиозным, социальным, культурным или психологическим). Принцип справедливости требует также доступности медицинской помощи для любого больного в соответствии со справедливым стандартом, существующим в обществе. Реализация этого принципа нередко приводит к труднопреодолимым препятствиям, поскольку на практике предполагает определенное соответствие выделяемых обществом ресурсов и социальной ценности больного, что само по себе этически сомнительно, тем более что это соответствие становится все более жестким в случае ограниченности ресурсов. По сути дела общество тем самым культивирует несправедливость в отношении определенных больных. Поэтому специальная роль отводится в биоэтике защите прав наиболее уязвимых слоев населения.

Общие принципы биомедицинской этики реализуются посредством конкретных этических правил, которые, свою очередь, служат для морального обоснования решений и действий в конкретных ситуациях.

1. Правило информированного согласия.«Опекунская» модель отношений между людьми теряет свои позиции в об­щественной жизни. Взяв старт в политике, идея партнерства проникла в самые сокровенные уголки жизни человека. Не осталась в стороне и медицина. Патернализм, традиционно царивший в медицинской практике, уступает место принципу сотрудничества. Нравственная ценность автономии оказалась столь высока, что благодеяние врача вопреки воле и желанию пациента ныне считается недопустимым. Центром движения за права пациентов явилась больница, символизирую­щая всю современную медицину с ее разветвленностью, насыщенной разнообраз­ной аппаратурой и — повышенной уязвимостью пациента. Американская ассоциация больниц стала активно обсуждать вопросы прав пациентов и одобрила билль о правах пациентов в конце 1972 г. Среди прав пациента, принятых Американской ассоциацией больниц, первостепенное значение имеет право на информацию, необходимую для информированного согласия.
Под информированным согласием понимается добровольное принятие па­циентом курса лечения или терапевтической процедуры после предоставления врачом адекватной информации. Можно условно выделить два основных элемен­та этого процесса: 1) предоставление информации и 2) получение согласия. Пер­вый элемент включает в себя понятия добровольности и компетентности.
Врачу вменяется в обязанность информировать пациента:

1) о характере и целях предлагаемого ему лечения;

2) о связанном с ним существенном риске;

3) о возможных альтернативах данному виду лечения.
С этой точки зрения понятие альтернативы предложенному лечению явля­ется центральным в идее информированного согласия. Врач дает совет о наиболее приемлемом с медицинской точки зрения варианте, но окончательное решение принимает пациент, исходя из своих нравственных ценностей. Таким образом, доктор относится к пациенту как к цели, а не как к средству для достижения дру­гой цели, даже если этой целью является здоровье.
Особое внимание при информировании уделяется также риску, связанному с лечением. Врач должен затронуть четыре аспекта риска: его характер, серьезность, вероятность его материализации и внезапность материализации. В последнее время большое внимание получает «субъективный стандарт» информирования, требующий, чтобы врачи, насколько возможно, приспосабливали информацию к конкретным интере­сам отдельного пациента. С точки зрения этики, «субъективный стандарт» является наиболее приемлемым, так как он опирается на принцип уважения автономии пациента, признает независимые информационные потребности и желания лица в процессе принятия непростых решений.
В начальный период формирования доктрины информированного согласия основное внимание уделялось вопросам предоставления информации пациенту. В последние годы ученых и практиков больше интересуют проблемы понимания пациентом полученной информации, а также достижение согласия по поводу лечения.
2. Правилоправдивости предполагает обязанность и врача, и больного говорить правду, чтобы наилучшим образом реализовать идеи уважения личности, создания атмосферы терапевтического сотрудничества, соблюдения права больного на информацию о своей болезни, лечении и прогнозе. Вместе с тем правило правдивости не имеет абсолютного характера, поскольку его применение в определенных ситуациях может причинить больному несомненный вред (ятрогении) и вступить в противоречие с этическим принципом «не навреди». В случае такого противоречия предпочтение следует отдавать принципу. Вместе с тем врачу следует различать этическую разницу между умолчанием правды во благо больного и прямым обманом его. Правдивость важна и со стороны пациента, поскольку сокрытие им некоторой информации может привести к плохим результатам лечения. Например, причиной того или иного состояния пациента, отсутствия эффекта от проводимого лечения могут быть семейные обстоятельства, которые заставляют пациента испытывать волнение и дискомфорт, быть для него важнее, чем его болезнь.

3. Правилолояльности– это верность врача больному и своему долгу благодеяния для него, а также добросовестное отношение к своим обязанностям перед больным, включая моральные обязательства и просто обещания. Это, наконец, приоритет отношений к больному перед отношениями с другими заинтересованными лицами и социальными институтами, если это не противоречит закону и общим этическим нормам.

4. Правилоприватности подразумевает обязанность врача уважать право больного на личную жизнь и не вторгаться в нее, особенно грубо, без согласия больного или строгой необходимости. Нарушение нормы приватности, не продиктованное строгой терапевтической необходимостью, считается неоправданным патернализмом, нарушением автономии личности. Правило приватности актуально потому, что определенная доля личной информации может стать собственностью другого лица. Так, данные о состоянии здоровья пациента становятся собственностью врача через его коммуникацию с пациентом, его родственниками через диагностические мероприятия. Правило приватностипостулирует априорную высокую значимость данной информации и первостепенное право на данную информацию самой личности. Врач должен уважительно относиться к праву личности владеть приватной информацией.

5. Правилоконфиденциальности предполагает доверительность отношений врача и больного и неразглашение без его разрешения информации, сообщенной им врачу или полученной врачом в ходе обследования и лечения больного. Полная конфиденциальность практически недостижима, поскольку, как правило, в обществе существуют ее ограничения законом (например, в интересах следствия и суда), кроме того, она может в определенных обстоятельствах противоречить интересам сохранения жизни и здоровья других лиц, нарушать их автономию. Обязанность врача следить за тем, чтобы любые исключения из правила соблюдения конфиденциальности были действительно необходимы и подвергать их строгому этическому контролю. С другой стороны, в современных условиях организации здравоохранения значительная утечка информации часто происходит не по вине медиков. Отступлению от правила конфиденциальности способствует, например, технический прогресс: в частности, создание компьютерных банков данных в крупных клиниках, а также проведение мультидисциплинарных исследований. В результате значительная часть медицинского и административного персонала получает свободный доступ к историям болезни пациентов. Систематическое нарушение конфиденциальности происходит также при оформлении больничных листов, санаторно-курортных карт и т. д. Эти вопросы требуют своего этического решения, однако сложность практической стороны дела не может служить оправданием нарушения правила конфиденциальности. В связи с этим встает вопрос о мере моральной ответственности врача за сохранение врачебной тайны при лечении, а медицинского учреждения в целом – при организации и проведении исследований.

6. Право пациента на сохранение врачебной тайны выступает одним из аспектов права каждого человека на невмешательство в сферу его частных интересов. Императив неразглашения врачебной тайны – это адекватный морально-этический ответ медика на доверие иоткровенность больного, обеспечивающий надежность их отношений. Он выступает показателем нравственной культуры медика как профессионала и человека, одним из проявлений врачебного долга, требующего морально-целеустремленной и профессионально-грамотной заботы о чести и достоинстве пациентов и их близких, недопустимости их оскорбления путем разглашения фактов интимной жизни человека, не подлежащей вторжению постороннего любопытства. Нарушение врачебной тайны в различных ситуациях и по разным причинам требует своей этической оценки. Так, врачебная тайна иногда разглашается из-за болтливости медика, когда он делает это без умысла, а скорее, по недомыслию, что свидетельствует о нежелании и неумении выделить предмет врачебной тайны из информации, которой он владеет в силу своей профессии. Другая причина несоблюдения врачебной тайны – отсутствие такта и скромности, когда медицинский работник, имея дело с известными в обществе людьми, раскрывает перед посторонними тайны их болезней, интимной и семейной жизни. Или разглашение врачебной тайны по соображениям меркантильности, престижа или сенсационности, из желания заявить о своем приоритете, разрекламировать свои достижения (находящиеся даже еще на стадии разработки), что ведет зачастую к разглашению имен пациентов, особенно широко известных, иногда под прикрытием «случайной» утечки информации. Особенно широко распространена подобная практика в косметологии, фармакологии и даже в случаях экстракорпорального оплодотворения или суррогатного материнства, когда разглашение тайны может нанести потенциальный вред третьему лицу. Разглашение врачебной тайны следует рассматривать в подобных случаях с этической точки зрения, безусловно, негативно, как нарушение заповеди «Не вреди»: не вреди личности пациента, спокойствию его и его близких, ибо благополучие человека определяется не только его физическим здоровьем, но и нравственным комфортом.

Особенно проблематичным является вопрос о сохранении врачебной тайны, касающейся пациентов, страдающих психическими или так называемыми «социальными» недугами – наркоманией, алкоголизмом, венерическими заболеваниями, СПИДом, людей ВИЧ-инфицированных. Конечно, передача посторонним лицам информации о таких пациентах не только порождает чувство ущербности у них, но и может вызвать множество социальных проблем: послужить причиной их дискриминации на службе, в семье. Вместе с тем встает вопрос о безопасности окружающих и самого пациента. Поэтому необходим, во-первых, контроль над соблюдением конфиденциальности получаемой информации врачами и медиками-исследователями, во-вторых, практическое обеспечение сохранения врачебной тайны, например, путем создания анонимных кабинетов для лечения и обследования пациентов, в-третьих, решение проблемы безопасности других сторон.

Таким образом, встает вопрос об этических и юридических границах сохранения тайны, доверенной пациентом врачу. Они оговорены как в кодексах, декларациях медиков, так и в законодательствах государств по вопросам охраны здоровья. Так, в случаях, когда конфиденциальная информация, полученная врачом от пациента, угрожает здоровью или безопасности других, ее разглашение допускается, а иногда и прямо предписывается. Это, например, случаи умышленной, сознательной передачи венерического заболевания или СПИДа другому лицу. Здесь не может быть и речи о недонесении. Вместе с тем, существует множество пограничных ситуаций, которые, не будучи специально оговорены в законодательстве, требуют от врача конкретного нравственного решения. Так, желая уберечь больного от суицида, врач, отступая от принципа конфиденциальности, может/должен сообщить близким, что больной находится в состоянии тяжелой душевной депрессии. Допустимо нарушение принципа конфиденциальности и в тех случаях, когда может быть нанесен ущерб другому лицу (например, в случаях жестокого обращения с детьми или когда психически больной сообщает врачу о своем намерении совершить убийство или другое противоправное действие). Часть врачей считает, что нарушение тайны в этих случаях может уменьшить число больных, обращающихся к ним за помощью, снизит искренность и доверие больного, а это понизит эффективность лечения. Однако другие врачи считают, что не следует абсолютизировать сохранение врачебной тайны любой ценой, особенно когда есть угроза безопасности для других людей.

Дискуссионной является и проблема субъекта: кому врач должен или может сообщить информацию о диагнозе пациента, результатах исследования или испытаний. Прежде всего, с позиции принципов автономии пациента и «информированного согласия» такая информация должна обязательно сообщаться самому пациенту. Правда, в рамках патерналистской этики подобная информация часто остается «закрытой» для пациента, а известна и обсуждается только в кругу «посвященных» – самих медиков. Далее, таким субъектом могут быть и родственники больного, особенно если это обусловлено необходимостью ухода за ним и не противоречит его воле. Но бывают и такие ситуации, когда родственники желают смерти близкого человека, или пациент находится в конфронтации с

Источник: megaobuchalka.ru


Categories: Этика

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.