Пифагорейская школа

                                      

                                         Доклад :   "Пифагорейская школа".

                                                                                                                                Рязанцев Виктор Викторович.

                                        группа  П4-00-02

2001

Пифагореизм – идеалистическое учение в античной философии 6-4 вв. до н.э., рассматривавшее число как формообразующий принцип всего существующего и оказавшее влияние  на взгляды Платона и неоплатонизм. В основанной Пифагором школе практиковались тайные обряды, проповедовался аскетизм и т.п. Пифагорейцы разрабатывали теорию музыки, проблемы математики и астрономии и на этой основе выводили систему знаний о мире как совокупности развернутых числовых определений (единица –абсолютное, двойка – его неоформленное, потенциальное разделение, тройка – абстрактное, четверка –конкретная, телесная оформленность абсолютного и т.п.). Пифагореизм содержал  ряд мистических идей: о переселении душ, о "гармонии небесных сфер", т.е.  о подчинении движения космоса музыкальным соотношениям.


Вступление.   

 История  Пифагора  и  пифагорейцев  может  быть  описана  ориентировочно.  Видимо  в  конце  6 в.  при  Пифагоре  складывается  общее  теоретическое  содержание  пифагореизма,  его  религиозное,  научное  и  философское  учение.  Пифагореизм  достигает  в  это  время  расцвета.  Во  второй  половине  5 в.  на  первый  план  выходит  уже  философское  учение  пифагорейцев,  освобожденное  от  религиозных  запретов.  В  конце  5-го  —  первой  половине  6-го  века  пифагореизм  перерастает  в  платонизм  и  сливается  с  ним  в  деятельности  древней  Академии.

    1. Создание  организации  “Пифагорейский  союз”.

     Пифагор,  сын  Мнесарха,  самосец,  родился  в  576г. до н.э.  По  преданию  учился  в  Египте,  много  путешествовал.  Около  532г. , скрываясь  от  тирании  Поликарпа,  он  осел  в  Кротоне,  где  быстро  завоевывает  широкую  известность  и  создает  религиозно-философскую  и  политическую  организацию  —  Пифагорейский  cоюз.  Этот  cоюз  имел  целью  господство  лучших  в  религиозном,  научном,  философском  —    “нравственном” смысле.  Пифагор  попытался  создать  “аристократию  духа” в  лице  своих  учеников,  которые  вели  государственные  дела  так  отменно,  что  поистине  это  была  аристократия,  что  значит  “владычество  лучших”.


     Ритуал  посвящения  в  члены  пифагорейского  братства  был  окружен  множеством  таинств,  разглашение  которых  сурово  каралось.  "Когда  к  нему  приходили  младшие  и  желающие  жить  совместно, —  рассказывает  Ямвлих, — он  не  сразу  давал  согласие,  а  ждал,  пока  их  не  проверит  и  не  вынесет  о  них  свое  суждение”.  Но  и,  попав  в  орден  после  строгого  отбора  и  испытательного  периода,  новички  могли  только  из-за  занавеса  слушать  голос  учителя,  видеть  же  его  самого  разрешалось  только  после  нескольких  лет  очищения  музыкой  и  аскетической  жизнью.  Впрочем,  это  не  был  суровый  христианский  аскетизм,  умерщвляющий  плоть.  Пифагорейский  аскетизм  для  новичка  сводился,  прежде  всего,  к  обету  молчания.  “Первое  упражнение  мудреца, —  свидетельствует  Апулей, — состояло  у  Пифагора  в  том,  чтобы  до  конца  смирить  свой  язык  и  слова,  те  самые  слова,  что  поэты  называют  летучими,  заключить,  ощипав  перья,  за  белой  стеною  зубов.  Иначе  говоря,  вот  к  чему  сводились  зачатки  мудрости:  научиться  размышлять,  разучиться  болтать”.

Нравственные  принципы  и  заповеди  Пифагора.

     Система  морально-этических  правил,  завещанная  своим  ученикам  Пифагором, была  собрана  в  моральный  кодекс  пифагорейцев  —  “Золотые  стихи”.  Они  переписывались  и  дополнялись  на  протяжении  всей  тысячелетней  истории.  В  1808 г. в  Санкт-Петербурге  были  опубликованы  правила,  начинавшиеся  словами:  Зороастр  был  законодателем  персов.


                                           Ликург  был  законодателем  спартанцев.     

                                           Солон  был  законодателем  афинян.

                                           Нума  был  законодателем  римлян.

                                           Пифагор  есть  законодатель  всего  человеческого  рода.

     Вот  некоторые  извлечения  из  книжки,  содержащей  325  Пифагоровских  заповедей:

Сыщи  себе  верного  друга,  имея  его,  ты  можешь  обойтись  без  богов.

Юноша!  Если  ты  желаешь  себе  жизни  долгоденственной,  то  воздержи  себя  от  пресыщения  и  всякого  излишества.

Юные  девицы!  Памятуйте,  что  лицо  лишь  тогда  бывает  прекрасным,  когда  оно  изображает  изящную  душу.

Не  гоняйся  за  счастьем:  оно  всегда  находится  в  тебе  самом.

Не  пекись  о  снискании  великого  знания: из  всех  знаний  нравственная  наука,  быть  может,  есть  самая  нужнейшая,  но  ей  не  обучаются.

     Сегодня  абсолютно  невозможно  сказать, какие  из  сотен  подобных  заповедей  восходят  к  самому  Пифагору.  Но  совершенно  очевидно,  что  все  они  выражают  вечные  общечеловеческие  ценности,  которые  остаются  актуальными  всегда,  покуда  жив  человек.


Образ  жизни  пифагорейцев.

Пифагорейцы  вели  особый  образ  жизни,  у  них  имелся  свой

особый  распорядок  дня.  День  пифагорейцам  надлежало  начинать  со  стихов:

  Прежде,  чем  встать от  сладостных снов,  навеваемых  ночью,

  Думай,  раскинь, какие  дела  тебе  день  приготовил.

 

     Проснувшись,  они  проделывали  мнемонические  упражнения,  помогающие  запоминать  нужные  сведения,  а  затем  шли  на  берег  моря  встречать  восход  солнца,  обдумывали  дела  предстоящего  дня,  после  чего  делали  гимнастику  и  завтракали. Вечером  совершалось  совместное  купание,  прогулка,  ужин,  после  чего  возлияние  богам  и  чтение.  Перед  сном  каждый  давал  себе  отчет  о  прошедшем  дне,  заканчивая  его  стихами:

  

   Не  допускай  ленивого  сна  на  усталые  очи,

   Прежде,  чем  на  три  вопроса  о  деле  дневном  не  ответишь:

   Что  я  сделал?  Чего  не  сделал?  Что  мне  осталось  сделать?

Большое  внимание  пифагорейцы  уделяли  медицине,  психотерапии .  Они  разрабатывали  приемы  улучшения  умственных  способностей,  умение  слушать  и  наблюдать.  Они  развивали  память,  как  механическую,  так  и  смысловую.  Последняя  возможна  лишь  в  том  случае,  если  в  системе  знаний  найдены  начала.


     Как  видим,  пифагорейцы  с  равным  усердием  заботились  и о  физическом,  и  о  духовном  развитии.  Именно  у  них  родился  термин  “калокагатия”, обозначавший  греческий  идеал  человека,  сочетающего  в  себе  эстетическое (прекрасное)  и  этическое  (добро) начала,  гармонию  физических  и  духовных  качеств.

     На  протяжении  всей  истории  Древней  Эллады  (Греции)  калокагатия  оставалась  своеобразным  культом  для  древних  греков  и  от  них  перешла  к  древним  римлянам.

     Пифагорский  образ  жизни  определялся  тем,  что  нет  зла  большего,  чем  безвластие  (анархия),  что  человек  по  своей  природе  не  может  оставаться  благополучным, если  никто  не  начальствует.  Высшая  власть  принадлежит  Богу.  Это  является  их  принципом  и  весь  образ  жизни  устроен  таким  образом,  чтобы  следовать  Богу.  И  основа  этой  философии  состоит  в  том, что  смешно  поступать  подобно  людям,  которые  ищут блага  где-то  в  другом  месте,  а  не  у  Богов.  После  Богов  следует  почитать  правителей,  родителей  и  старших,  а  также  закон.

     Образ  жизни  пифагорейцев  включал  учение  о  различных  способах  обращения  с  людьми  в  зависимости  от  их  статуса  в  обществе.  Смысл  такого  образа  жизни – подчинение  человека  авторитету.  В  пифагорейском  идеале  не  трудно  увидеть  гибкую,  приспособленную  к  исполнению  правящими  группами  общества  социально-политическую  концепцию.  Построенная  на  авторитете  общества  и  закона,  она  требует  держаться  отцовских  обычаев  и  законов,  даже, если  они  хуже  других.


Религиозно-филосовское  учение.

В  религиозно-философском  учении  раннего  пифагореизма  раз-

личаются  две  части:  “акусмата” (услышанное), т.е.  положения,  устно  и  без  доказательства,  преподнесенные  учителем  ученику,  и  “математа” (знание, учение,  наука),  т.е.  собственно  знания.

      Положения  первого  типа  включали  указания  на  смысл  вещей,  предпочтительность  тех  или  иных  вещей  и  действий.  Обычно  они  преподавались  в  форме  вопросов  и  ответов:  Что  такое  острова  блаженных?  —  Солнце  и  Луна.  Что  самое  справедливое?  —  Принесение  Жертв.  Что  самое  прекрасное?  —  Гармония  и т.д.

      Пифагорейцы  имели  множество  символических  изречений.  Собрание  этих  изречений,  называемых  акусмами,  заменяло  собой  устав  общества.  Вот  некоторые  из  пифагорейских  акусм  и  их  толкования:

   — Сердце не  ешь (т.е. не  подтачивай  душу  страстями  или  горем)

   — Огня  ножом  не  вороши (т.е. не  задевай  гневных  людей)

   — Уходя  не  оглядывайся (т.е. перед смертью не цепляйся за жизнь) 

   — Не  садись  на  хлебную  меру (т.е. не  живи  праздно) .

   .


ть  колдун  и,  тем  самым,  повредить  человеку.  Или,  например,  запрещалось  касаться  бобов,  все  равно,  как  человеческого  мяса.  Согласно  одному  мифу  бобы  произошли  из  капель  крови  растерзанного  Диониса-Загрея,  поэтому  их  и  запрещалось  есть.  В  целом  же  все  эти  истории  только  лишний  раз  нам  напоминают,  что  жили  пифагорейцы  очень  давно – два  с  половиной  тысячелетия  назад,  что  ясный  ум  и  высокая  нравственность  окутаны  были  в  сознании  древнего  человека  красивой  сказочной  пеленой.

Научное  мировоззрение  пифагорейцев.  Космогония  и

космология.

     Что  же  касается  собственных  знаний,  то  Пифагору  приписывают  геометрические  открытия,  такие,  как  известная  теорема  Пифагора  о  соотношении  гипотенузы  и  катетов  прямоугольного  треугольника,  учение  о  пяти  правильных  телах,  в  арифметике – учение  о  четных  и  нечетных  числах,  начала  геометрического  истолкования  числа  и  т.д.


     Пифагор  впервые  употребил  слово  космос  в  его  сегодняшнем  смысле  для  определения  всего  мироздания  и  его  важнейшую  сторону – упорядоченность,  симметрию,  а  значит,  и  красоту. Пифагорейцы  исходили  из  своего  главнейшего  тезиса  о  том,  что  “порядок  и  симметрия  прекрасны  и  полезны,  а  беспорядок  и  асимметрия  безобразны  и  вредны”.  Но  красота  макрокосмоса  —  Вселенной,  считали  пифагорейцы,  открывается  лишь  тому,  кто  ведет  правильный,  прекрасно  устроенный  образ  жизни,  т.е.  кто  в  своем  микрокосмосе  поддерживает  порядок  и  красоту. Следовательно,  пифагорейский  образ  жизни  имел  прекрасную  “космическую  цель – перенести  гармонию  мироздания  в  жизнь  самого  человека”.

     Космогонию  пифагорейцев  можно  описать  так:  мир,  слагающийся  из  предела  и  беспредельного,  есть  сфера,  возникающая  в  беспредельной  пустоте  и  “вдыхающая”  ее  в  себя,  тем  самым,  расширяясь  и  расчленяясь.  Так  возникает  мировое  пространство,  небесные  тела,  движение  и  время.  В  середине  мира  находится  огонь,  дом  Зевса, связь  и  мера  природы.  Далее  идут  Противоземля,  Земля,  Луна,  Солнце,  пять планет  и  мир  неподвижных  звезд.  Противоземля  введена  для  круглого  счета,  как  десятое  небесное  тело,  с  ее  помощью  объяснялись  лунные  затмения.  Космические  тела  произошли  из  центрального  огня  и  вращаются  вокруг  него,  прикрепленные  к  хрустальным  сферам.  Планеты,  в  том  числе  Земля,  вращаются  с  запада  на  восток,  обращенные  к  центральному  огню  всегда  одной  стороной,  поэтому  мы  его  не  видим.   Наше  полушарие  согревается  отраженными  Солнцем  лучами  центрального  огня.


      Космология  пифагорейцев  представляет  значительный  шаг  вперед.  Отказ  от  геоцентризма,  признание  шарообразной  формы  Земли,  ее  суточного  обращения  вокруг  центрального  огня,  объяснение  солнечных  затмений   прохождением  Луны  между  Солнцем  и  Землей,  а  времен  года  наклоном  земной  орбиты  по  отношению  к  солнечной,  представляли  значительное  приближение  к  истине. 

      Но  этой  физической  картиной  дело  не  ограничивается.  Пифагореизм  создает  определенную  логическую  схему  мироздания,  соотнесенную  с  нравственной  оценкой.  Эта  сторона  дела  представлена  в  учении  о  противоположностях,  что  представляется   так:  предел  и  беспредельное,  нечетное  и  четное,  единое  и  многое,  мужское  и  женское,  покоящееся и движущееся,  светлое  и  темное,  хорошее  и  дурное,  четырехугольное  и  разностороннее.

     Дело  не  просто  в  противопоставлении  —  противоположности  соединяются.  Говоря  о  Пифагоре  как  основателе  гражданского  воспитания,  Ямвлих  приписывал  ему  мысль  о  том,  что  ни  одна  из  существующих  вещей  не  является  чистой,  все  смешано, и  с  землею  огонь,  и  огонь  с  водой,  и  воздух  с  ними,  и  они  с  воздухом,  и  даже  прекрасное  с  безобразным,  и  справедливое  с  несправедливым.


      Следующая  идея  пифагорейцев  —  идея  гармонии.  Ее  истоки  можно  искать,  если  не  у  самого  Пифагора,  то  у  Алкмеона Кротонского,  представителя  пифагорейской  медицины.  Этот  врач  рассматривал  все  сущее  как  продукт  соединения,  смешения,  гармонического  слияния  противоположностей. Он  считал,  что  сохраняет  здоровье  равновесие  сил  влажного,  сухого,  холодного,  теплого,  горького,  сладкого  и  пр.,  а  господство  одного  из  них  есть  причина болезни.  Здоровье – есть  соразмерное  смешение  таковых  сил.  Это  соразмерное  смешение  и  получило  у  пифагорейцев  название  “гармония”,  став  одним  из  основных  понятий  их  учения:  все  на  свете  обязательно  гармонично.  Гармоничны  боги,  гармоничен  космос, т.к. все  составляющие  его  моменты  абсолютно  согласованы  в  единое  и  нераздельное  целое.  Гармоничны  государство  и  царь,  потому  что  от  него  зависит  сила  скрепления  всех  людей  в  единое  целое.

      Поразительны  физиологические  догадки  и  открытия  Алкмеона:  он  установил,  что  орган  душевных  и  мыслительных  процессов  —  не  сердце,  как  полагали  до  него,  а  мозг,  установил  различие  между  способностью  к  восприятиям  и  способностью  к  мышлению,  принадлежащей  только  человеку,  а  также  доказал,  что  ощущения  доводятся  до  мозга  посредством  особых  путей,  соединяющих  органы  чувств  с  мозгом.

Учение  о  переселении  душ.

Было  в  учении  Пифагора  и  много  мистического,  туманного 

и  просто  смешного  не  только  для  наших  современников,  но  и  для  современников  Пифагора.  Среди  такого  рода  доктрин  было  учение  о  бессмертии  души,  о  посмертном  переселении  души  человека  в  животных,  о  том, “что  все  рожденное  вновь  рождается  через  промежутки  времени,  что  ничего  нового  на  свете  нет  и  что  все  живое  должно  считаться  родственным  друг  другу”.

     У  пифагорейцев  были  специфические  представления  о  природе  и  судьбе  души.  Душа  —  существо  божественное,  она  заключена  в  тело  в  наказание  за  прегрешения.  Высшая  цель  жизни  —  освободить  душу  из  телесной  темноты  и  не  допустить  переселения  ее  в  другое  тело.  Для  достижения  этой  цели  необходимо  выполнять  моральный  кодекс “пифагорского  образа  жизни”. 

     Из  учения  о  переселении  душ  следовали  и  предписания,  запрещающие  убивать  животных  и  питаться  их  мясом,  так  как  в  животном  могла  обитать  душа  умершего  человека.

     Многие  весьма  прохладно  принимали  эту  часть  пифагорейского  учения  и  часто  его  осмеивали  и  приписывали  иностранное  влияние.

Философия  числа.

Основная  философская  направленность  Пифагора  состояла  в 

философии  числа.  Числа у  пифагорейцев  вначале  вообще  не отличались  от  самих  вещей  и,  следовательно,  были  просто  числовым  образом.  При  этом  числовым  образом  понимались  не  только  физические  вещи,  но  и  вообще  все  существующее,  как,  например,  добро  или  добродетель.  Затем  они  стали  трактоваться   как  сущности,  принципы  и  причины  вещей.

      Пифагорейцы,  предавшись  математическим  занятиям,  считали  началами  всего  —  числа,  так  как  в   числах  они  находили  много  сходства  с  тем,  что  существует  и  происходит,  и  в  числах  первичные  элементы  всех  математических  начал.

которая  образована  диагоналями  правильного  пятиугольника.

      Поразительным  является  и  еще  одно  обстоятельство.  Именно

звездчатый  пятиугольник  наиболее  распространен  в  живой  природе  (вспомним  цветы  незабудки,  гвоздики,  колокольчика,  вишни,  яблони  и  т.д.)  и  принципиально  не  возможен  в  криста-

лических  решетках  неживой  природы.  Симметрию  пятого  порядка  называют  симметрией  жизни.  Это  своеобразный  защитный  механизм  живой  природы  против  кристализации,  против  окаменения,  за  сохранение  живой  индивидуальности.  И  именно  эту  геометрическую  фигуру  пифагорейцы  выбирают  в  качестве  символа  здоровья  и  жизни.

      Пифагорейская  звезда  (пентаграмма)  была  тайным  знаком,  по  которому  пифагорейцы  узнавали  друг  друга.

      Из  множества  чисел  священно  число  “36” :  1  +   2   +   3 .

Оно  состоит  из  единицы,  а  без  единицы  нет  ни одного  числа  и  она  символизирует  “ед.” —  единство  бытия  и  мира.  

Оно  состоит  из  двойки,  которая  символизирует  принципиальную  полярность  во  Вселенной:  свет-тьма,  добро-зло  и т.д.

Оно  состоит  из  тройки,  совершеннейшей  из  чисел,  ибо  имеет  начало,  середину  и  конец.

Кроме  того,  в  числе  “36”  возможны  удивительные  превращения,  например:  36 = 1+2+3+4+5+6+7+8.

     Можно  сделать  вывод,  что  числа  у  пифагорийцев  выступают  основополагающими  универсальными  объектами,  к  которым  предполагалось  свести  не  только  математические  построения,  но  и  все  многообразие  действительности.  Физические,  этические,  социальные  и  религиозные  понятия  получили  математическую  окраску.  Науке  о  числах  отводится  огромное  место  в  системе  мировоззрения, т.е.  фактически  математика  объявляется  философией.

     Особое  значение  пифагорейцы  приписывали  числам  в  деле  познания. По  Филолаю “число – есть основание  оформленности  и  познаваемости  всего  сущего.  Все  познаваемое  имеет  число.  Ибо  без  него  невозможно  ничего  ни  понять,  ни  познать”.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.  Значение  религиозного,  научного  и 

                                         философского  учения  пифагорейцев.

     Длительная  и  сложная  история  пифагоризма  ставит  перед  исследователями  немало  вопросов.  Однако  можно  сформулировать  следующие  достаточно  обоснованные  оценки  смысла  и  теоретического  содержания  пифагорийских  учений.

     Идеология  пифагоризма  включает  три  главных  компонента:  религиозно-мифологически-магический;  научный,  связанный  с  развитием  математики;  и  философский.  Последний  аспект  демонстрирует  стремление  найти  “начало” всего  сущего  и  с  его  помощью  объяснить  мир,  человека  и  его  место  в  космосе.  Однако  ведущая  материальная  тенденция  заменяется  идеалистической,  которая  опиралась  на  важнейшее  открытие, связанное  с  развитием  математического  знания,  —  обнаружение  возможности  выявления  упорядоченных  и  численно  выразимых  количественных  отношений  всего  сущего.

      Раскрывавшаяся  пифагорейцами  числовая  закономерность  сущего  —  это  протяженный  мир  тел,  математические  закономерности  движения  небесных  тел,  законы  музыкальной  гармонии,  закон  прекрасного  устройства  человеческого  тела   и  др.  открытия  —  предстали  как  торжество  человеческого  разума,  которым  человек  обязан  божеству.

     К  сожалению,  за  тысячу  лет  антично  традиции  реальные  и  вызывающие  глубокое  уважение  к  личности  Пифагора  сведения  были  перемешаны  со  множеством  легенд,  сказок  и  небылиц. Можно  было  бы  много  чудес  рассказать  о  Пифагоре.  Но  главное  чудо,  прославившее  его,  состояло  в  том,  что  он  вывел  человечество  из  лабиринтов  мифотворчества  и  богоискательства  к  берегам  океана  точного  знания.  Утренние  купания  пифагорейцев  в  волнах Ионического  моря  были  и  ежедневной  прелюдией  к  плаванию  по  океану  знания.  Только  целью  плавания  были  не  поиски  сокровища,  а  поиски  истины.

     Пифагор  был,  видимо, первым,  кто  открыл  человечеству  могущество  абстрактного  знания.  Он  показал,  что  именно  разум,  а  не  органы  чувств  приносят  человеку  истинное  знание.  Вот  почему  он  советовал  своим  ученикам  переходить  от  изучения  физических  объектов  к  изучению  абстрактных  математических  объектов.  Так  математика  становится  у  Пифагора  орудием  познания  мира.  А  за  математикой  следует  и  философия,  ибо  философия  есть  не  что  иное,  как  распространение  накопленного   специального  (в данном  случае  математического)  знания  на  область  мировоззрения.  Так  рождается  знаменитый  пифагорейский  тезис:  “Все  есть  число”.  Так  в  недрах  пифагорейского  союза  рождаются  математика  и  философия.

      Они  считали  возможным  при  помощи  математики  достигнуть  очищения  и  соединения  с  божеством.  Математика  была  одной  из  составных  частей  их  религии. “Бог  —  это  единство, а  мир  —  множество  и  состоит  из  противоположностей.                   

  То,  что  приводит  противоположности  к  единству  и  соединяет  

   все  в  космос,  есть  гармония.  Гармония  является  божественной

   и  заключается  в числовых  отношениях.  Кто  до  конца  изучит

   эту  божественную  числовую  гармонию,  сам  станет  божествен-

   ным  и  бессмертным”.

         Таков  был  пифагорейский  союз  —  любимое  детище велико-

   го  эллианского  мудреца.  Воистину  то  был  союз  истины,  добра

   и  красоты.                 

             IV. СПИСОК  ИСПОЛЬЗУЕМОЙ  ЛИТЕРАТУРЫ.

  1. Асмус В.Ф. Античная философия. М. 1976.
  1. Богомолов А.С. Античная философия. М. 1985.
  2. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М. 1979.
  3. Таранов П.С. 120 философов. Симферополь, 1996.
  4. Соколов В.В. Античная философия. М. 1958.
  5. Лосев А.П. История античной эстетики. М. 1994.
  6. Виндельбанд В. История древней философии. Киев. 1995.

Источник: www.BiblioFond.ru

pifagoreiskaya-shkola Важнейшим этапом развития античной философии была пифагорейская школа.  С деятельностью этой философской школы связано начало формирования первых университетов в истории человечества.
     Школа была основана Пифагором (род. 580— 570 гг. до н. э.— ум. в конце V в. до п. э.). До ее основания Пифагор посетил весь древний мир, жил в Египте и Вавилоне (22 года — в Египте и 12 —в Вавилоне). Целью создания школы была социальная миссия, которой Пифагор придавал большое значение — религиозно-нравственная реформа общества. «Пифагор» – не имя, а прозвище, означающее «убеждающий речью».
    По свидетельству древнегреческого историка философии Диогена Лаэртского, в результате первой же своей речи (лекции), прочитанной в г.Кротон, Пифагор приобрел 2 тыс. учеников, которые и образовали школу. Они создали «государство» – «Великая Греция». В основу школы были положены законы и правила учителя Пифагора. Школа Пифагора пережила девять поколений.
    В его школе чередовались занятия гимнастикой и медициной, музыкой и науками (особенно математикой).
    Пифагор был первым, кто  назвал философию этим именем, началами же философии он полагал числа и заключенные в них соразмерности (гармонии). Числа, учил он, заключают в себе тайну вещей, а всемирная гармония есть совершенное выражение Бога. Семь священных ладов, построенных на семи нотах семиструнника, соответствуют семи цветам света, семи планетам и семи видам существования, повторяющимся во всех сферах материальной и духовной жизни, начиная с самой малой и кончая самой великой.
     В школе Пифагора большое внимание уделялось нравственной жизни. Жизнь должна была содействовать очищению души и очищению тела, которое достигалось правильной гигиеной и строгой дисциплиной нравов. Побеждать свои страсти было первым долгом посвященного юноши или девушки. Кто не привел свою собственную природу в гармонию, тот не способен отражать и божественную гармонию. 
    В среднем в школе Пифагора учились одновременно 235 учеников (217 мужчин и 18 женщин). Пифагор очень ценил добродетель посвященной женщины, но с недоверием относился к женщине обыкновенной, Одному ученику, который спрашивал Пифагора, когда же ему можно будет приблизиться к женщине, он отвечал: «Когда тебя утомит твой покой». Умеренный обед учащихся в школе состоял, как правило, из хлеба, меда и олив.
    Много интересных легенд сохранилось о школе философов. Человек, стремящийся попасть в ученики, проходил испытания. (Испытания были довольно суровыми. К примеру, предстояло провести ночь в пещере, куда «являлись» чудовища и привидения. Или: ученика заключали в келью, давали доску и требовали найти смысл одного из пифагорейских символов. Следовало объяснить: «Что означает треугольник, вписанный в круг?»  Человек проводил 12 часов наедине с этой задачей, имея кружку воды и кусок хлеба; затем его вводили в залу собраний, где были в сборе все ученики, которые должны были провоцировать его па негодование — смеяться и т. п.— а он — показать свой разум и воздержанность; многие плакали, грубили, бросали доску, бранили школу и т. п.; тогда выходил Пифагор и объявлял, выдержал ли испытуемый экзамен и принят ли в школу).
    Пифагорейская школа была своего рода политическим клубом и дружеской общиной. Философия была здесь основным занятием. И она воспринималась как особый, отличный от обыденного, образ жизни. Те, кто желал войти в этот союз,  проходили трехлетний испытательный срок. До наших дней сохранилось выражение «пифагорейское пятилетнее молчание«.  Эта мыслеформа означала испытание выдержкой для тех, кто не был слишком усердным в учебе. Молчание, ограниченное коротким промежутком времени, считалось необходимым для людей серьезных. Но болтунов карали своего рода изгнанием сроком до пяти лет. Эта практика и вошла в историю философии под названием «пифагорово молчание«. Пифагор полагал, что начало мудрости состоит в том, чтобы научиться размышлять и разучиться болтать. 
    Очень скоро религиозно-нравственная направленность школы вступила в противоречие с господствующей греческой демократией и ее принципами, т. е. приобрела политическую направленность, вызывая озлобление у оппонентов. В конце концов, школа была сожжена, погибла большая часть последователей пифагорейской школы и сам учитель (по другой версии он скрывался, а затем уморил себя голодом).
     Пифагорейская философия была формой объективного идеализма. Пифагор называл своих учеников «математиками», т. к. обучение начиналось с учения о числах. «Священная математика» была у Пифагора наукой принципов, в которой числа означали сущность вещей. Число у Пифагора — не абстрактное количество, а существенное и деятельное качество верховной Единицы, т. е. Бога, источника мировой гармонии. Наука чисел стала в его учении наукой живых сил, божественных качеств в действии; и в мирах, и в человеке, т. е. и в макрокосме, и в микрокосме. Таким образом, у Пифагора на учении о числах основывалась и теогония, и теология.
     Вот какова теогония: в трансцендентальной математике алгебраически доказывалось, что 0, умноженный на бесконечное, равняется единице, 0=1. Ноль — это бесконечное бытие. Вечность, на языке храмов, обозначалась кругом или змеей, кусающей свой хвост; это символ Бесконечности, движущейся по собственному импульсу. Когда Бесконечность определяет себя, она производит числа, которые заключает в свое единство и управляет ими в совершенной гармонии. Таков трансцендентный смысл первой проблемы пифагорейской теогонии, объясняющей, почему великая Монада (т. е. Единица, Неделимое) заключает в себе все малые числа, и почему все числа исходят из великого единства, приведенного в движение.
     Из теогонии следовала и теология: Бог, Неразделимая Сущность, имеет своим числом Единицу. Она содержит в себе Бесконечность, имя которой — Отец, Создатель, или Вечно-Мужеское. Ее знак  —Огонь, символ Духа. Это первое.
   Второе: великая Монада действует посредством творческой Диады. С самого момента своего проявления Бог двойствен: неразделимая сущность и разделимая субстанция: начало мужское, активное, животворящее, и начало женское, пассивное или пластическая, живая материя. Диада— есть слияние Вечно-Мужеского и Вечно-Женственного в Боге. В человечестве — женщина представляет собой природу, и совершенным подобием Бога является не человек, но мужчина и женщина. Отсюда и их непреодолимое, могучее и роковое влечение друг к другу.
     Третье: проявленный мир тройственен, ибо человек состоит из трех элементов, сплавленных вместе (тело, дух и душа); вся вселенная делится на три концентрических сферы (мир природный, мир человеческий, мир божественный). Триада или закон троичности есть образующий закон вещей и ключ жизни. Итак, 1 = 2 = 3 (Монада=Диада = Триада).
    Пифагор шел дальше в своем учении о числах. В каждом из них он определял тот или иной принцип, тот или иной закон, ту или иную активную силу Вселенной. Он говорил, что главные учения содержатся в четырех первых числах: 1, 2, 3, 4; ибо, складывая или помножая их между собой, можно найти и все остальные числа. Особое значение Пифагор придавал числам 7 и 10. 7 состоит из 3 и 4. Это число означает соединение человек (он тройствен) с Божеством (Единица). 7 — это число Великих Посвященных (им известны тайны бытия).  10 — образуется из сложения первых четырех чисел (1, 2, 3, 4) и есть совершенное число, ибо оно выражает собой все начала Божества. Эти начала,  развившись,  сливались в новом единстве.
    Загадки макрокосма, считал Пифагор, в тайне микрокосма. Надпись над дельфийским храмом гласила: «‘Познай самого себя, и ты узнаешь Вселенную и Богов”. В этой фразе Пифагор видел великий смысл.
    Пифагор был также автором античной философии душепереселения (трансмиграции). Однако она, к сожалению, была высказана им очень скупо (вследствие обета молчания) и дошла до нас только в виде обрывков этого учения. Философ Ксенофан, по свидетельству Диогена Лаэртского, говорил о Пифагоре: «…когда били какого-то щенка, он, проходя мимо, пожалел его и изрек: «Перестань его бить! В нем душа дорогого мне человека, которую я узнал, услышав издаваемые ею звуки». Об учении Пифагора также известно, что он полагал  душу бессмертной, но переходящей в тело других живых существ. Далее, — что все происходящее в мире снова повторяется через определенные промежутки времени, но что ничего нового вообще не происходит и что все живые существа необходимо считать однородными между собой.
     О Пифагоре рассказывают, что он способен был слышать гармонию Вселенной, воспринимать всеобщую гармонию сфер и движущихся в них светил, которую обычный человек не мог слышать; в ощущениях и мышлении Пифагора заключалась необычная сила, способность видеть каждую из существующих вещей..
     К III в. до и. э. пифагореизм, как философское направление,  исчез. Он возродился лишь в I в. до н. э. в слиянии с платонизмом и другими объективно-идеалистическми  школами религиозно-философского направления.
     Итак, онтология пифагорейской школы это учение о числах. За первичное и основу бытия Пифагор принимал символ этого бытия – число. Гносеология школы  — математика. С помощью математики, и только математики, пифагорейцы изучали тайны бытия, макро- и микрокосмоса.

Источник: philotime.ru

Следующей выдающейся философской школой, действовавшей в западной части «Великой Греции», т. е. в Южной Италии, являются пифагорейцы. Реконструкция их философских взглядов весьма сложна, так как от этой школы сохранилось мало материалов. Так же мало (и часто спорных) сведений сохранилось о жизни и деятельности основателя этой школы — Пифагора. Гегель следующим образом характеризует ситуацию, связанную с достоверностью информации о жизни Пифагора: «Позднейшие неопифагорейцы составили многочисленные объемистые жизнеописания Пифагора и в особенности пространно писали о пифагорейском союзе, но нужно остерегаться и не принимать за исторические факты эти часто искаженные свидетельства. Биография Пифагора дошла до нас сквозь призму представлений первых веков нашей эры — она написана более или менее в том стиле, в котором нам рассказывают о жизни Христа…».

Аналогична ситуация и с трудами Пифагора и пифагорейцев. Мысли основателя школы дошли до нас в большинстве случаев в изложении других авторов. «Его философское учение подверглось такому же искажению, как и история жизни. С ним связали все, что только придумали христианская меланхоличность и склонность к аллегоризму».

Согласно большинству сведений, Пифагор происходил с острова Самос. Его жизнь приходится на период приблизительно между 584 (582) — 500 гг. до н. э.

На острове Самос он провел значительную часть своей жизни. Лишь с заметным ограничением власти родовой аристократии и установлением тирании он отправляется в Южную Италию. Его уход тесно связан с его политической ориентацией и отвращением к тирании. Своей антидемократической ориентации Пифагор остается верен и в Кротоне, где он организует из сторонников местной аристократии пифагорейский союз, играющий значительную роль в борьбе против демократической партии и в других областях Южной Италии. Влияние этого по сути реакционного союза весьма быстро распространяется и на Сицилию.

Пифагор и пифагорейский союз имеют немалую заслугу в том, что в Кротоне сравнительно длительное время удерживала политическую власть аристократия. По их инициативе аристократический Кротон предпринял военные действия против города Сибарис, в котором победила рабовладельческая демократия.

Социальные и классовые конфликты в самом Кротоне привели в конце концов к ограничению, а затем и к свержению власти аристократии. Рабовладельческая демократия приняла решительные меры против пифагорейского союза, который вполне справедливо считался центром аристократической реакционной идеологии. Подобно тому как в других городах Греции, в которых победила рабовладельческая демократия, в Кротоне был распущен пифагорейский союз, а его сторонники изгнаны из города. Однако даже такие меры не положили конец пифагорейскому движению. Еще почти целое столетие пифагорейская философия сохраняла определенное влияние и реакционную политическую направленность в греческих колониях Южной Италии.

Пифагор был приблизительно современником Анаксимандра и Анаксимена. Подобно Фалесу, он предпринимает путешествие в Египет, где знакомится с достижениями в математике и астрономии, с философскими и религиозными идеями, в значительной степени повлиявшими на его философские и религиозные взгляды.

Согласно Диогену Лаэртскому, он написал три книги: «О воспитании», «О делах общины» и «О природе» Ему приписывается и целый ряд других трудов, которые создавались пифагорейской школой и, как тогда было в обычае, были подписаны именем руководителя школы.

Значительное внимание Пифагор и пифагорейцы уделяли развитию математики. Считается, что Пифагор первым обосновал, что в прямоугольном треугольнике квадрат гипотенузы равен сумме квадратов, катетов (теорема Пифагора). В отличие от других мыслителей, которые в то время занимались математикой, он идет дальше решения геометрические задач, которыми занимались Фалес или Анаксимен. Пифагор исследует и взаимоотношения чисел. Можно справедливо утверждать, что Пифагор и пифагорейская школа закладывают основы теории чисел и принципы арифметики. Арифметическим путем пифагорейцы решают многие геометрические задачи того времени. Изучение зависимости между числами, и в частности между рядами чисел, требовало весьма развитого уровня абстрактного мышления, и этот факт отразился на философских взглядах Пифагора. Интерес, с которым он и его последователи изучали характер чисел и отношения между ними, вел к определенной абсолютизации чисел, к мистике чисел. Числа были подняты на уровень реальной сущности всех вещей.

Из античных авторов наиболее полное изложение взглядов Пифагора мы находим у Диогена Лаэртского: «Начало всего — единица; единице как причине подлежит как вещество неопределенная двоица; из единицы и неопределенной двоицы исходят числа; из чисел-точки; из точек-линии; из них-плоские фигуры; из плоских — объемные фигуры; из них — чувственно воспринимаемые тела, в которых четыре основы — огонь, вода, земля и воздух; перемещаясь и превращаясь целиком, они порождают мир — одушевленный, разумный, шаровидный, в середине которого-земля; и земля тоже шаровидна и населена со всех сторон».

Гегель в «Истории философии» следующим образом интерпретирует основные принципы пифагорейского учения: «…первым простым понятием является единица… не дискретная, множественная арифметическая единица, а тождество как непрерывность и положительность, совершенно всеобщая сущность». «За единицей следует противоположность, двоица… различие, особенное». Из этих принципов возникают либо, точнее будет сказано, к этим принципам редуцируются все остальные числа. Пифагорейцы полагают основными первые четыре числа арифметического ряда — единицу, двойку, тройку, четверку. В геометрической интерпретации этим числам последовательно соответствуют: точка, прямая (определяется двумя точками), квадрат (как плоскостная фигура, определяемая тремя точками) и куб (как пространственная фигура). Сумма этих основных чисел дает число «десять», которое пифагорейцы считали идеальным числом и сообщали ему почти божественную сущность. Десять, согласно пифагорейскому учению, — такое число, на которое можно перевести все вещи и явления мира с его противоположностями.

Все пифагорейское учение о сущности бытия имеет отчетливо выраженный спекулятивный характер. Этот факт отмечает и Гегель. Пифагорейское учение в начальной стадии своего развития является, собственно, исторически первой попыткой (за исключением некоторых моментов в учении Анаксимена) постижения количественной стороны мира. Математический подход к миру заключается в объяснении определенных количественных отношений между реально существующими вещами. В частности, в области геометрии отношение между количественно выраженной взаимосвязью и объективной реальностью является в значительной степени наглядным и во многих случаях даже чувственно идентифицированным. Арифметизация геометрии означает выражение пространственных отношений в «чистых» числах и делает возможным их постепенное отторжение от отношений в объективной реальности, котирую они, собственно, представляют. Возможность мысленной манипуляции с числами (как абстрактными объектами) ведет к тому, что эти числа могут быть понимаемы как самостоятельно существующие объекты. Отсюда остается всего лишь шаг к тому, чтобы эти числа были провозглашены собственно сущностью вещей. С помощью этой операции пифагорейцы приходят к идеалистическому объяснению действительности.

Четко выраженный идеализм Пифагора и его последователей имел свои корни в общественных, политических, этических и, в частности, религиозных взглядах. Религию и мораль Пифагор считал основными атрибутами упорядочения общества. Пифагорейский подход к религии заметно отличается от тогдашней греческой традиции. Пифагорейский подход испытывает влияние элементов персидской и индийской мистики. Он в определенной степени является освящением классовой исключительности (которая приобретает почти кастовый характер). Его учение о бессмертии души (и ее перевоплощении) строится на принципах полной подчиненности человека богам:

Религиозные взгляды пифагорейцев весьма тесно связаны с их политической ориентацией. То же можно сказать и о понимании ими морали. Она была обоснованием определенной «социальной гармонии», опирающейся на абсолютное подчинение демоса аристократии. Поэтому ее важнейшей частью было безусловное подчинение. Религиозное и нравственное во взглядах Пифагора и пифагорейцев часто совпадают.

Религиозные и моральные принципы пифагорейского учения наложили определенный отпечаток на организацию структуры, деятельность пифагорейского союза, в котором классовость и реакционная партийность Пифагоровых религиозных, социальных и этических взглядов проявляются более отчетливо, чем в других моментах.

Большинство принципов союза носило тайный характер и было доступно лишь членам союза. Личность Пифагора имела неограниченный авторитет, его философия весьма длительное время преподавалась исключительно членам союза. Лишь некоторые моральные принципы разрешалось распространять «в народе». Полностью противоположной была картина в отношении пропаганды религиозных взглядов. В пифагорейском понимании распространение «религии» являлось основной обязанностью каждого члена союза.

Из религиозного и этического учений Пифагора вытекает и ряд «запретов» и «ограничений», которые в большей или меньшей степени имели мистический характер, форму предрассудков, а также выступали как способ объяснения некоторых природных явлений, что контрастировало иногда с принципами собственной философии пифагорейцев.

Ученики Пифагора. Пифагорейство в той или иной форме существовало вплоть до III столетия н. э. Ближе всего к учению Пифагора стояли старшие пифагорейцы, среди которых было много прямых учеников Пифагора. Самым видным из них был Алкмеон из Кротона. Время его деятельности приходится где-то на первую половину V столетия до н. э. В, сущности, в своих философских взглядах он был верен пифагорейским принципам.

Основной сферой интересов Алкмеона была медицина. О нем известно, что он «первый отважился на вскрытие». Важнейшим из его медицинских и физиологических познаний является осознание взаимосвязи органов чувств и мозга.

К старшему поколению пифагорейцев принадлежат, по Диогену Лаэртскому, еще Эпихарм (550–460 до н. э.) и Архит (ок. V в. до н. э.). К младшему поколению — Гипиас (середина V–IV в. до н. э.), Филолай (ок. 440 до н. э.) и Эвдокс (ок. 407–357 до н. э.). После изгнания из Кротона пифагорейцы разошлись по греческим городам и колониям. Некоторые из них нашли убежище в Академии Платона в Афинах.

Пифагорейство является первым идеалистическим философским направлением в античной Греции. Пифагорейцы в идейном и политическом отношениях сыграли в принципе реакционную роль, это же относится и к пифагорейской философии. И хотя пифагорейцы имеют бесспорные заслуги в разработке некоторых частей геометрии и, в частности, основ арифметики, математическая проблематика у них выливается в мистику и обожествление чисел, которые они считают единственно истинно сущим.

Пифагорейский способ философствования является противоположностью стихийной диалектике милетской школы и Гераклита. Заметно отличается он и от строгого рационализма элейской школы. Конструируемое пифагорейцами учение о противоположностях «есть лишь грубое начало более точного определения противоположностей, начало, в котором, как в индусских перечислениях первоначал и субстанций, нет ни порядка ни смысла». Так характеризует Гегель ту часть пифагорейской философии, которая имеет, хотя и вербальное, наибольшее сходство с диалектическим мышлением. Существующие противоположности подчинены здесь всеобщей универсальной гармонии космоса, поэтому они теряют малейшие остатки диалектического заряда, не сталкиваются, не борются, но подчинены гармонии сфер.

Пифагорейское учение представляет собой в зародышевой форме соединение идеализма с метафизическим способом мышления. Это вместе с мистическими элементами образует предпосылки для его приятия христианской философией.

В истории философии идеализм обращался к пифагорейству, как правило, лишь тогда, когда он играл открыто реакционную историческую роль (один из крупнейших представителей идеалистической диалектической философии, Гегель, в «Истории философии» оценивает пифагорейство весьма критически). Метафизический подход к вопросу бытия, характерный для пифагорейской философии, был источником появления ряда реакционных философских направлений.

Следующая глава >

Источник: fil.wikireading.ru

Философия Аристотеля является не только определенным обобщением, но, можно сказать, логической переработкой и завершением всей предшествующей греческой философии.

Аристотель родился в 384 г. до н. э. в г. Стагире (Македония). Его отец Никомах был придворным лекарем македонского царя Аминта II. В семье Аристотель приобрел определенные знания и глубокий интерес к естествознанию. В 17 лет под влиянием молвы об Академии Платона он покидает Стагиру и уходит в Афины, где становится учеником Платона. В Академии Аристотель в течение почти 20 лет развивает свои творческие способности. Сначала на него заметно влияла философия Платона, в частности учение об и идеях. Однако менее чем за десять лет пребывания в Академии он «самоопределяется» и занимает критическую позицию по отношению к философии академиков. Ориентация его собственных философских поисков, несогласие с академической философией в основных вопросах заставили его в конце концов уйти из Академии.

Он покидает не только Академию, но и Афины. Сначала он прибывает в Атарней (Малая Азия), но после смерти местного тирана, его друга Гермия, отправляется на остров Лесбос, а оттуда в 343 г. до н. э. по приглашению македонского царя Филиппа II переселяется в македонскую Пеллу, где становится учителем Александра, сына Филиппа.

Когда Александр пришел к власти, Аристотель не одобрил его завоевательскую политику, что стало поводом к постепенному охлаждению отношений между ними. После тридцати лет странствий Аристотель возвращается в Афины и основывает собственную школу в афинском Ликее. Здесь во время прогулок он излагал своим ученикам проблемы философии, вопросы естественных и общественных наук. Поэтому школу Аристотеля называют иногда перипатетической (перипатео — прогуливаюсь).

Во второй половине IV в. до н. э. в политической жизни Афин соперничали две партии. С одной стороны, «македонская партия», которая прилагала усилия к экономическому и политическому сближению Афин и других греческих городов с постоянно усиливающейся Македонией, и, с другой — «антимакедонская партия», которая ориентировалась на независимость Афин и их новое возвышение, как во времена Перикла. Аристотель, несмотря на его некоторое охлаждение к Александру, был активным сторонником экономического н политического сближения с Македонией. Поэтому, когда после смерти Александра Македонского (323 до н. э.) в Афинах к власти приходит «антимакедонская партия», он был вынужден покинуть город. Он уходит в Халкиду, на остров Эвбей, где ведет интенсивную теоретическую работу, но менее чем через год умирает (322 до н. э.).

Аристотель является создателем самой обширной научной системы из существовавших в античности. Она опиралась на обширнейший эмпирический материал как из области естествознания, так и из области общественных наук, который систематически собирали и накапливали его ученики. Научная деятельность Аристотеля — это не только вершина античного философского мышления, она была и большим вкладом практически во все тогда известные научные области: были созданы новые научные направления, он вместе с учениками систематизировал науки, определял предмет и методы отдельных наук. Написал более 150 научных трудов и трактатов.

В своем большинстве труды Аристотеля coxpaнились у его учеников и последователей. В эллинистический период, в I в. н. э., они были собраны, классифицированы и изданы последователем Аристотеля философии Андроником Родосским. Их можно разделить на несколько тематических групп.

К первой группе относятся работы, которые излагают наиболее существенные вопросы онтологического характера. Аристотель определяет эту проблематику как первую философию (проте философиа). Андроник Родосский все эти работы объединил в один трактат, который был назван «Метафизика» (название возникло случайно: эти труды в издании произведений Аристотеля следовали сразу за трудами, которые был посвящены вопросам естественных наук, т. е. за физикой).

Следующую группу его работ представляют тpyды посвященные вопросам философии природы и естественных наук, — «Физика», «О небе», «О возникновении и гибели», «Метеорология», «О возникновении животных» и др.

Весьма обширную группу представляют работа посвященные проблематике обществознания. Сюда относятся этические, политические, эстетические и другие трактаты — «Политика», «Никомахова этика», «Эвдемова этика», «Риторика», «Поэтика» и др.

Выдающийся раздел его творчества представляют труды, посвященные логике и методологии, которые объединены под общим названием «Органон» (сюда относятся работы «Категории», «Об объяснении», «Первые аналитики», «Вторые аналитики», «Топики», «О софистических доказательствах»).

Аристотель был, видимо, первым, кто глубоко и систематически исследовал все доступные ему работ предшествующих мыслителей. Систематически, хотя через призму собственных воззрений, он рассматривает философские учения от древнейших мыслителей до своих современников. В этом смысле о нем можно говорить и как об историке философии. Больше внимание он уделяет наиболее существенным вопросам философии, ядром которой он считает онтологию — науку о сущем.

Основой всякого бытия Аристотель считает так называемую первую материю. Эта первичная материя, однако, не определена (принципиально неопределима) ни одной из категорий, которыми мы определяем реальные (конкретные) состояния сущего. Она образует, собственно, «потенциальную» предпосылку существования. И хотя она является основой всякого бытия, ее нельзя отождествлять с бытием и даже нельзя считать простой составной частью конкретного бытия.

Наипростейшей определенностью этой первой категории являются, по Аристотелю, четыре элемента — огонь, воздух, вода и земля, с которыми мы встречались уже у досократовских мыслителей. Они представляют определенную промежуточную ступень между первой материей, которая чувственно непостижима, и реально существующим миром, который чувственно воспринимаем. У воспринимаемых чувствами вещей (их изучением занимается физика) можно различить две пары взаимно противоположных свойств — тепло и холод, влажное и сухое. Четыре основных соединения этих свойств, по Аристотелю, характеризуют четыре основных элемента: огонь является соединением теплого и сухого, воздух — теплого и влажного, вода — холодного и влажного, а земля холодного и сухого.

Эти четыре элемента — основа реальных (чувственно воспринимаемых) вещей. [Позже в связи с проблемами небесных сфер Аристотель вводит пятый элемент — «пятую сущность» (quinta essentia) — эфир.] В то же время Аристотель допускает и возможность замены одного элемента другим, это становится возможным потому, что все элементы являются в принципе (конкретной) модификацией одной и той же первой материи.

Конкретные, существующие (чувственно воспринимаемые) вещи являются результатом взаимодействия всевозможных комбинаций этих элементов. В отличие от первой материи они (как конкретное бытие) постижимы и определимы посредством основных категорий. Они суть соединения материи (гиле) и образа, формы (эйдос, морфе). Форма, по Аристотелю, образует из потенциального бытия (первой материи, четырех основных элементов) действительное, реальное бытие. Действительное бытие, таким образом, представляет собой единство материи и формы. Аристотель в этом учении, которое является, собственно, основой всей его философии и проходит через все его рассуждения, по-новому решает проблему отношения единичного и общего — как отношение двух сторон действительности. Этим он преодолевает разрыв между идеальным и реальным миром, столь разительный в системе Платона.

При изучении конкретных вещей как реального бытия Аристотель говорит о первых и вторых сущности Первую сущность он отождествляет с индивидуальным бытием, с субстратом, с конкретной вещью как таковой. Характеризует ее как «то, в чем сказываете все остальное, в то время как сам он уже не сказывается в другом».

Первая, сущность, согласно Аристотелю, выступает индивидуальным, неделимым и чувственно познаваемым бытием. От первых сущностей Аристотель отличает вторую сущности (иногда употребляется более адекватный термин-вторичные). Они определенным образом производны от первых сущностей. Вторичные сущности не постигают конкретное индивидуальное бытие, а являются в большей или меньшей степени родовым либо видовым определением. Аристотель характеризует их так: «…вторичными сущностями названы те, в которых, как в видах и родах, содержатся первые сущности».

Аристотелево учение о первичных и вторичных сущностях в то же время свидетельствует о критическом отношении автора к сократовско-платоновской концепции идеализма. Если Платон признавал первичными реальным бытием общие и неизменные идеи, то Аристотель подчеркивал приоритет индивидуального, чувственно воспринимаемого. Вторичные сущности, постигающие общее (под влиянием идеалистической традиции понимаемые как неизменные), являются производными по отношению к конкретному, чувственно воспринимаемому бытию. Категории сущности (усиа) Аристотель считал основным средством познаваемости мира. Все другие категории служат для их определения. Эту проблему Аристотель решает с различных точек зрения. [В трудах Аристотеля можно встретить различное понимание категорий. Так, в «Органоне» он вводит десять скорее грамматических категорий сущность, количество, качество, отношение, место — где, время — когда, положение, свойство, действие, пассивность. В «Метафизике» он вводит только три онтологические категории: сущности, состояние и отношение. В другом месте «Метафизики» (X, 2.1054 а 5) он дает иной набор категорий. Различные модификации категорий и в других его произведениях. Проблематикой категорий у Аристотеля в чешской литературе занимался К. Berky (Aristoteluv logicky odkaz… Praha, 1958. S. 5-29).]

Об онтологических воззрениях Аристотеля многое говорит и его понимание движения. С движением как категорией мы встречаемся в десятой книге «Метафизики», где она связывается с категориями места, нахождения, активности и пассивности. Ряд мыслей характеризующих понимание Аристотелем движения заключены, в частности, и в «Физике». Здесь философ во многом находится под влиянием эмпирических исследований объективно существующей природы. Движение тесно связывается с конкретными формами бытия. Подчеркивается, что «движения помимо вещей не существует». Можно найти также и высказывания, подтверждающие, что Аристотель считал движение вечным, ибо оно «всегда было и во всякое время будет».

Несколько противоречивы взгляды Аристотеля, касающиеся источника движения. Если Аристотель полагает, что, с одной стороны, движение присуще самим вещам и является самодвижением (например, в «Физике»), то, с другой стороны, возможно объяснение источника движения при помощи неподвижного первого двигателя (например, в «Метафизике»). Этот первый двигатель (бог) служит внешней причиной всякого движения, ему же движение- не сообщается ниоткуда. Только ему одному движение присуще имманентно. «А так как то, что и движется, и движет, занимает промежуточное положение, то имеется нечто, что движет, не будучи приведено в движение; оно вечно и есть сущность и деятельность».

В «Категориях» Аристотель различает шесть видов движения: «возникновение, гибель, увеличение, уменьшение, перемену и изменение места».

Движение Аристотель весьма тесно связывал с изменением. В «Физике» он приводит четыре главных вида изменений: относящиеся к сущности, количеству, качеству и месту. В работе говорится и о том, что движение, относящееся к сущности, не может быть признано действительным, потому что в нем нельзя найти «противное». Это свидетельствует о понимании существования движения в связи с наличием противоположностей (см. «Категории»). «Противным движению является просто покой. Противным отдельных движений являются отдельные движения, возникновению — гибель, увеличению — уменьшение, а изменению места — покой на месте. Наибольшая противоположность — это изменение противоположных мест, например движение вниз — движению вверх и движение вверх — движению вниз». Наиболее общую характеристику движению Аристотель дает следующим образом: реализация, осуществление сущего. Это значит, что движение выступает, собственно, переходом возможности в действительность. Тем самым движение становится практически универсальным свойством сущего. Процесс осуществления, т. е. переход возможности в действительность, тесно связан со взаимоотношением материи и формы. Движение является определенной, тенденцией материи (как возможности) к осуществлению, реализации формы (как реальности). В этой концепции еще отражается остаток прежнего понимания действительности — телеологическая интерпретация развития.

Шаг вперед по сравнению с предшествующей философией сделал Аристотель в понимании времени и пространства. Этим категориям он уделяет большое, внимание как в «Метафизике», так и в «Категориях». Он видит тесную связь между конкретным бытием и временем, подчеркивает взаимосвязь времени и движения. О времени он говорит: «Время, таким образом, есть число движения в отношении к предыдущему и последующему и, принадлежа непрерывному, само непрерывно — это ясно».

Пространство Аристотель также связывает с движением тел, признает его субъективное существование, однако понимает его как «особую» необходимую реальность, которая может проявляться в движении тел, существуя независимо от них. В этом смысле понятие пространства у Аристотеля приобретает определенные метафизические черты.

Столкновение материалистических и идеалистических подходов проявляется и в Аристотелевой концепции причинности. Он различает четыре основных вида причин: материальную, формальную, активную, или воздействующую, и причину конечную, или целевую (кауза финалис).

Материальная причина содержится в самой первой материи, в ее характере. В этом смысле она выступает так же, как и потенциальная причина. Формальная причина соединена с формой как активным принципом, который творит из материи (как потенциал бытия) «истинную реальность». Активная, или воздействующая (движущая), причина также соединена с источником движения и с процессом собственно перехода возможности в действительность. Наиболее высоко Аристотель ставит целевую, или конечную, причину, которая объясняет цель и смысл движения.

Для понимания и объяснения сущего необходимо познать все виды причин. Однако при этом нельзя сказать, что они имеют одинаковое значение. Понятие формальных причин является более важным, чем познание материальных причин такой вывод следует из учения Аристотеля о пассивной материи и активной форме. Место, которое он отводит целевой, или конечной, причине — уступка телеологии. Эта причина, собственно, делает возможным познание завершения развития, реализацию цели, которую Аристотель обозначает понятием энтелехия.

Хотя в онтологических воззрениях Аристотеля проявляются определенные элементы идеализма и метафизичности (например, в его понимании пространства и времени, конечной причины, принципа целесообразности или понятия энтелехии), его убеждение в реальности внешнего мира, подчеркивание значения первых сущностей и производности вторичных, как и его рассуждения о движении в связи с существованием в нем противоречий, несут в себе зародыши материалистического и диалектического понимания действительности, что отмечалось во многих позднейших материалистических концепциях.

Столкновение материалистических и идеалистических тенденций можно найти и в Аристотелевом понимании сознания (души). Аристотель придерживается той точки зрения, что душа присуща всем объектам, принадлежащим к живой природе, т. е. растениям, животным и человеку. В ряде своих работ он приходит даже к таким взглядам: «деятельность души обусловлена состоянием тела», «душа не существует без материи», что подтверждает определенную материалистическую тенденцию. Однако в «Политике» Аристотель говорит, что «одушевленное существо состоит прежде всего из души и тела; душа по своей сути является господствующим принципом, тело — принцип подчиненный». С подобными мыслями можно встретиться в посвященном вопросам психики трактате «О душе»: «…душа есть причина и начало живого тела… душа есть причина как то, откуда движение, как цель и как сущность одушевленных тел». В этом трактате душа рассматривается как форма, реализация, «первая энтелехия» природного тела. Отношение души и тела является в определенном смысле аналогией более общего отношения материи и формы.

Душа, по Аристотелю, имеет три различных уровня: вегетативный — душа растений (речь идет здесь, собственно, об определенной способности к жизни), чувственный, преобладающий в душах животных, и разумный, присущий лишь человеку.

Разумную душу Аристотель характеризует как ту часть души, которая мыслит и познает. Восприятие, т. е. способность иметь ощущения, характерно для низших ступеней души, однако способность мыслить является привилегией разумной души. Ощущения, согласно его воззрениям, неотделимы от тела (или телесности), но разум, разумная душа не связана с телесностью, она вечна. Разуму, наконец, «лучше не быть связанным с телом». Эти противоречивые воззрений Аристотеля весьма часто использовались позже философами-идеалистами.

Более однозначно Аристотель высказывается о сущности познания. Он полностью признает первичность материального мира относительно воспринимающего субъекта. Основным и исторически первым уровнем познания он считает чувственное познание. При его посредстве мы познаем конкретное бытие, т. е. то, что он характеризует как первые сущности. При помощи чувственного познания человек, таким образом, овладевает единичным, индивидуальным.

Хотя Аристотель считает чувственный уровень основой всего познания, он, однако, большое значение придает познанию общих взаимозависимостей и понятийному постижению общего. Постижение общего является привилегией разума, который, подобно чувствам, черпающим из реальности, черпает из чувственного опыта.

Познание представлялось Аристотелю как развивающийся процесс. Оно развивается от простейших (элементарных чувственных) ступеней к предельно абстрактным. Его градация такова: ощущение, представление, опыт, усиленный памятью, искусство, наука, которая представляет вершину.

Научное познание, таким образом, в понимании Аристотеля, представляется как вершина всего процесса познания. Его содержанием является познание общего. Так, собственно, возникает определенное диалектическое противоречие между ограниченностью чувственного восприятия познавать только единичное и возможностями научного познания постигать общее. Развитие науки и философии во времена Аристотеля еще не давало возможности соответствующим образом решить это противоречие. Несмотря на это, Аристотель правильно постиг тот факт, что общее можно познать не на основе созерцания или «воспоминания», но лишь посредством познания единичного и что мышление необходимо сопоставлять с практической деятельностью.

Чувственное познание Аристотель считал в основе истинным. Ощущение, согласно его представлениям, непосредственно отражает индивидуальное бытие. И лишь когда процесс познания от уровня ощущений и непосредственных восприятии переходит к представлениям, возникают ошибки. Они преодолеваются соединением чувственно воспринимаемого предмета с соответствующим понятием. Это и есть имманентная задача научного познания. Научное познание (эпистема), опирающееся на чувственно познаваемую действительность и постигающее посредством абстракции понятие, Аристотель отличает от мнения (докса). Мнение также опирается на чувства. Однако оно представляет совокупность более или менее случайных фактов. Поэтому оно в лучшем случае может относиться лишь к единичному и случайному. Задача же научного познания сводится к постижению необходимого и всеобщего.

Научное познание не ограничивается лишь эмпирией. факт чувственного восприятия есть лишь следствие, при помощи которого постигается общее. Теоретическое познание, мышление является самобытным, однако его необходимо предохранить от пустой спекулятивности. Это ведет Аристотеля к развитию логики и логических концепций.

С позитивным развитием теории познания связана и критика Аристотелем Платоновой концепции идей, весьма последовательная для того времени.

Аристотель уже одним тем, что отводил важную роль чувственному познанию реального мира в процессе образования общих понятий, полемизирует с Платоном, который в этом вопросе занимал противоположную позицию. Он показывает, что концепция Платона о мире идей не способствует пониманию реального бытия, но скорее, наоборот, его затемняет. Более того, эта теория во многих отношениях спорна с точки зрения логики. Аристотель (в частности, в книге «Метафизика») подробно анализирует все противоречия, которые содержит теория Платона, и доказывает, что суть платоновской теории является в сущности ненаучной и мешает подлинному познанию. В. И. Ленин подчеркивал, что «критика Аристотелем „идей“ Платона является критикой идеализма как, идеализма вообще».

Важное место в наследии Аристотеля занимают труды, посвященные проблемам логики. [Проблематика логики Аристотеля — это весьма специфический вопрос, поэтому более глубоко в данном контексте мы его исследовать не будем. Интересную информацию о нем можно найти в работе: Со vlte о m.oderni logice. Praha, 1981. S. 11–22.]. Логику он понимал как орудие познания, точнее, научного познания. Отсюда название трудов Аристотеля, посвященных логике, — «Органон» (органон — орудие) [Этот комплекс образован из работ: «Категории», «О выражениях», «Первые аналитики», «Вторые аналитики», «Топики» и «О софистических доказательствах».]. Логическое мышление Аристотеля развивалось в тесной взаимосвязи как с его философскими воззрениями (в частности, в области теории познания), так и с его изучением природы и общества. Оно было вершиной логико-методологических воззрений древней философии и почти 2000 лет определяло дальнейшее развитие логического мышления. Аристотель, собственно, заложил теоретические основы логики как науки. Ему принадлежит заслуга формулирования закона противоречия и закона исключенного третьего. Эти законы долго принадлежали к основным законам логики высказываний. Свое значение они не потеряли и в наше время.

Закон противоречия в сущности гласит, что при неизменных условиях невозможно, чтобы были одновременно истинными и некоторое высказывание, и его отрицание. Закон исключенного третьего объясняет тот факт, что из двух взаимно противоположных суждений в данных условиях истинным может быть только одно.

Важным вкладом в развитие логического мышления было и создание первой цельной логической теории о категорическом силлогизме. Вся Аристотелева теория силлогизма тесно связана с его общефилософскими, и в частности методологическими, воззрениями. Она изложена в основном в работе под названием «Первые аналитики». Огромное значение имели и взгляды Аристотеля по вопросам дефиниций и определения, равно как и взгляды, которые в современных терминах можно определить как касающиеся образования, построения научных систем. В них Аристотель подходит к двум основным принципам. Первый принцип — убеждение, что доказательство может быть доказательством лишь тогда, когда оно реализовано необходимым числом шагов. В каждом научном положении следует исходить из неких очевидных утверждений, которые принимаются без каких-либо (научных) доказательств или обоснований. В случае, когда теория строится дедуктивно, такие очевидно ясные утверждения можно считать аксиомами. И второй принцип, который также тесно связан с теорией категорического силлогизма, свидетельствует о необходимости принимать правила, гарантирующие формальную правильность выводов. Эти два принципа характеризуют не только значение Аристотелевой дедуктивной логики, но и его подход к построению дедуктивной научной теории.

Как в философии, логике, так и в трудах из области естествознания Аристотель был противником спекулятивных подходов. Несмотря на это, он в своих космологических воззрениях в значительной степени находился под их влиянием. Космос, по Аристотелю, так же как и Земля, которая является его центром, имеет форму шара. Он состоит из многих концентрических небесных сфер, в которых движутся отдельные звезды. Ближе всего к Земле находится сфера Луны, дальше идет Солнце и другие планеты, а наиболее удалена от Земли (и ближе всего к первому двигателю) сфера неподвижных звезд. Все, что находится в пространстве от лунной сферы до Земли, наполнено материей, которую Аристотель определяет как «сублунарную». Она состоит из уже упомянутых четырех элементов. Все, что находится в пространстве от лунной сферы до Солнца, планет и звезд вплоть до границ Космоса, наполнено эфиром (этэр), пятым элементом, материей надлунных сфер. Образованные из нее небесные тела являются неизменными и находятся в постоянном кругообразном движении. Земля же изменяется, но остается неподвижной.

На космические взгляды Аристотеля заметное влияние оказали предшествовавшие ему воззрения и представления. В этой области он не был оригинальным мыслителем. Идеалистический контекст этого учения вместе с телеологической интерпретацией и учением о первом двигателе становится почвой для позднейшей теологической концепции мира.

Неотделимой частью творчества Аристотеля являются его воззрения на развитие и организацию общества и учение о государстве, изложенные в трактате «Политика». В методологическом отношении Аристотель и в этой области остается верным своему подходу, т. е. исходит из познания существующей действительности. Прежде чем приступить к формулировке своих взглядов на идеальное государство; он изучил обширный материал, касающийся истории и политического устройства целого ряда греческих полисов.

Его социальные представления, и в частности учение о государстве, были, естественно, классово детерминированы. Аристотель был представителем правящего класса древнего общества — класса рабовладельцев.

Основным в его социальных взглядах была характеристика человека как общественного существа (зоон политикон). Жизнь в государстве является естественной сущностью человека. Государство Аристотель понимает как развитое сообщество общин, а общину — как развитую семью. Поэтому во многих случаях формы организации семьи он переносит на государство.

Аристотель — последовательный защитник рабовладения, которое он считает естественным состоянием организации общества. Он говорит, что некоторые существа с самого рождения предопределены к подчинению, а другие — к господству. Этому естественному состоянию соответствует тот факт, что одни являются рабами, а другие — рабовладельцами. Несмотря на «увековечение» рабства, он осознает начинающиеся кризисные явления рабовладельческого общества. С такой же страстью, с какой он защищает рабовладельческий строй, он выступает и против чрез мерного богатства, которое, по его мнению, нарушает стабильность общества.

Общество свободных людей состоит, по Аристотелю, из трех основных классов граждан. Первый составляют очень богатые, их противоположностью являются крайне бедные, а между ними находится средний класс. Крайне бедные, т. е. свободные ремесленники и работающие за плату, являются гражданами «второй» категории. Большое богатство он считает результатом «противоестественного способа» приобретения состояния. Этот способ, согласно его взглядам «противен человеческому разуму и государственному устройству». Для благополучного состояния государства особую важность представляют средние слои. Эти слои, как правило, действительно были опорой греческих рабовладельческих государств в эпоху их наибольшего расцвета. В их численном увеличении и усилении Аристотель видит спасение рабовладельческого порядка.

Понятия «государство» и «общество» Аристотель по сути отождествлял. Сущность государства он видит в политическом сообществе людей, которые соединились для достижения определенного блага. Аристотель различает три хорошие и три дурные формы государства, последние возникают как деформация хороших. Здесь речь идет об определенной классификации изученных им законов. Хорошими он считает монархию, аристократию и политею. Плохими — тиранию (возникающую как деформация монархии), олигархию (деформация аристократии) и демократию (деформация политеи).

Основными задачами государства Аристотель считает предотвращение чрезмерного накопления имущества граждан, чрезмерного роста политической власти личности и удержание рабов в повиновении. Он отвергает спекулятивное «идеальное государство» Платона. Идеальным он считает такое государство, которое обеспечивает максимально возможную меру счастливой жизни для наибольшего числа рабовладельцев. Рабов и свободную бедноту он считает политически бесправными. Остальные свободные граждане (состоятельные) обязаны принимать участие в делах государства.

Идеал государства, по Аристотелю, — общество, которое опирается на частную собственность на орудия труда, земли и рабов. Здесь речь идет, собственно, об идеализации афинского государства времен Перикла.

Понимание Аристотелем устройства общества тесно связано с его воззрением на мораль. Здесь он во многом близок к Платону и Сократу. В отличие от Платона он, однако, обосновывает свои моральные принципы положением человека в реальном обществе и его отношением к государству. Государство, по Аристотелю, требует от гражданина определенных добродетелей, без которых нельзя достичь благосостояния общества.

Добродетели Аристотель разделяет на две группы. Первая — дианоэтические (разумные) добродетели. Они относятся прежде всего к интеллектуальной и умственной деятельности. Вторая содержит этические добродетели, относящиеся к характеру человека. Добродетели первой группы возникают преимущественно путем обучения, второй — результат прежде всего привычки. Если речь идет о собственно поведении человека, то Аристотель видит гарантию добродетельной жизни, в частности, в уклонении от крайностей. Он отвергает чрезмерное обогащение, чрезмерную власть, чрезмерную роскошь и т. д. В то же время он отвергает и идеал чрезмерной бедности, и отречение от материальных благ (как это было у киников). Основу, уравновешенной и благополучной жизни он видел в умеренности.

Через всю этику Аристотеля, впрочем, как и через всю политику, проходит принцип активной деятельности человека. При этом Аристотель отвергает усилия, направленные на обретение власти и наслаждений. Жизнь, в которой преобладают такие цели, он называет паразитической и характеризует ее как «животную», свидетельствующую о «рабском образе мышления». Достойной свободного гражданина он считает жизнь практическую (т. е. наполненную политической деятельностью) либо теоретическую (наполненную познавательной деятельностью и размышлениями). Недостаточно знать, что есть добродетель, следует действовать и жить в соответствии с нею. Лишь это обеспечивает удовлетворенность, благость.

Оригинальны и весьма плодотворны эстетические мысли Аристотеля. В отличие от Платона Аристотеле придает искусству большое значение. Это видно уже из того, что искусство вместе с наукой он относит к высшим ступеням человеческой познавательной деятельности. [Эстетической проблематике и вопросам искусства посвящены труд Аристотеля «Поэтика», часть «Риторики» и часть «Политики».] И Аристотель в своих суждениях об искусстве употребляет понятие «подражание», однако в совершенно ином значении, чем Платон. Искусство не является внешним, поверхностным уподоблением, но отражает существенные взаимосвязи в форме объяснения (изложения) конкретного. Поэтому нередко искусство (в частности, поэзия) бывает более правдивым в изображении действительности, чем, например, история. Важными для понимания Аристотелем искусства являются мысли, касающиеся взаимоотношения содержания и формы произведения. В этом вопросе он опирается на свое решение вопроса с отношении материи и формы, как он его разрабатывал в своей философии. Форма как активный принцип творит из материи (как пассивного принципа, как возможности) действительность. Однако, несмотря на это Аристотель в вопросах художественного творчества не подчиняет строго содержание форме. Художественность формы оценивается в соответствии с тем, насколько выражение внутренних взаимосвязей, характерных для изображаемой действительности, делает это изображение правдоподобным.

Воззрения Аристотеля на искусство по сравнению со взглядами Сократа и Платона содержат значительно больше материалистических элементов. Аристотель исходит из существования окружающего мира. Определенную роль при формировании эстетических представлений сыграла и его в принципе материалистическая ориентация в области теории познания.

Творчество Аристотеля является вершиной не только античной философии, но и всего древнего мышления, наиболее обширной и в логическом смысле наиболее разработанной системой познания. К. Маркс и В. И. Ленин характеризовали Аристотеля как крупнейшего ученого и мыслителя древности. Ряд современных специальных наук (этика, эстетика, логика и т. д.) имеет свое начало в его произведениях. Аристотель смог не только упорядочить, но и систематически обобщить достижения познания своего времени. Он дал начало в том или ином смысле большинству последующих философских систем. По своему характеру его творчество было выдающимся вкладом в развитие научных, в частности естественнонаучных, исследований. Содержательность и разработанность философской системы Аристотеля были универсальны. Длительное время его определяли как Философа с большой буквы.

Источник: scisne.net


Categories: Философия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.