Биография

Жизнь А. раз­де­ля­ет­ся на че­ты­ре осн. пе­рио­да: дет­ские и юно­ше­ские го­ды в Ма­ке­до­нии (384–367), 1-й афин­ский пе­ри­од (367–347), го­ды стран­ст­вий (347–335) и 2-й афин­ский пе­ри­од (335–323). Его отец Ни­ко­мах про­ис­хо­дил из ро­да Аск­ле­пиа­дов (по­том­ков Аск­ле­пия, по­кро­ви­те­ля греч. ме­ди­ков) из г. Ста­гира (от­сю­да про­зви­ще А. «Ста­ги­рит») и был при­двор­ным вра­чом ма­кед. ца­ря Амин­ты III, от­ца Фи­лип­па II и де­да Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го. Это оп­ре­де­ли­ло жи­вой ин­те­рес А. к био­ло­гии и ми­ру при­ро­ды, а так­же во мно­гом его бу­ду­щую судь­бу, круг зна­комств и ин­терес к по­ли­ти­ке. Дет­ские го­ды он, ве­ро­ят­но, про­вёл в кру­гу ари­сто­кра­тич. свер­ст­ни­ков в ре­зи­ден­ции ма­кед. ца­рей в Пел­ле. Ра­но оси­ро­тев, в 17 лет (367) был от­прав­лен сво­им опе­ку­ном Про­ксе­ном из Атар­нея для учё­бы в Афи­ны; там он ста­но­вит­ся чле­ном Пла­то­нов­ской Ака­де­мии, в ко­то­рой ос­таётся в те­че­ние 20 лет до смер­ти Пла­то­на в 347.


а­тон, по пре­да­нию, вы­де­лял А. сре­ди др. уче­ни­ков, име­нуя его «умом» ау­ди­то­рии, и в то же вре­мя иро­ни­че­ски на­зы­вал жи­ли­ще А. в Ака­де­мии «до­мом чи­та­теля»: А. со­брал од­ну из луч­ших на­уч. биб­лио­тек сво­его вре­ме­ни, то­гда как сам Пла­тон пред­по­чи­тал жи­вой диа­лог книж­ной учё­но­сти. По­сле смер­ти Пла­то­на А. вме­сте с Ксе­но­кра­том по­ки­да­ет Афи­ны и от­прав­ля­ет­ся в Троа­ду в Ма­лой Азии, где сим­па­ти­зи­рую­щий Ака­де­мии Гер­мий, ти­ран Атар­нея, по­се­ля­ет их в г. Ас­сос. Там А. же­нит­ся на род­ст­вен­ни­це Гер­мия Пи­фиа­де. В 344 А. пе­ре­би­ра­ет­ся из Троа­ды в Ми­ти­ле­ну на о. Лес­бос, где его пре­дан­ным уче­ни­ком и дру­гом ста­но­вит­ся Тео­фраст из Ми­ти­ле­ны. Фау­на Троа­ды и Лес­бо­са на­шла от­ра­же­ние в био­ло­гич. со­чи­не­ни­ях А. В 343 А. по при­гла­ше­нию Фи­лип­па II воз­вра­ща­ет­ся в Ма­ке­до­нию и ста­но­вит­ся на­став­ни­ком мо­ло­до­го прин­ца Алек­сан­д­ра до 340. В 335 А. при­ез­жа­ет в Афи­ны и ос­но­выва­ет собств. фи­лос. шко­лу, из­вест­ную как Ли­кей (по на­зва­нию ро­щи Апол­ло­на Ли­кей­ско­го и од­но­имён­но­го гим­на­зия) или Пе­ри­па­тос («кры­тая га­ле­рея», в ко­то­рой А. чи­тал лек­ции). В 323, когда смерть Алек­сан­д­ра Ма­ке­дон­ско­го вы­зы­ва­ет взрыв ан­ти­ма­ке­дон­ских на­строе­ний в Афи­нах, А. вы­ну­ж­ден бе­жать в име­ние сво­ей ма­те­ри в Хал­ки­де, где вскоре умер.

Логика, методология и теория познания


А. раз­ли­ча­ет три ви­да зна­ния и со­от­вет­ст­вую­щих на­ук и ис­кусств: тео­ре­ти­че­ское (ϑεωρία  – «со­зер­ца­ние», или «умо­зре­ние»), прак­ти­че­ское (πρᾶξις – «дей­ст­вие») и пой­е­ти­че­ское, или твор­че­ское (ποιεῖν  – «де­лать, тво­рить»). К сфе­ре тео­ре­тич. зна­ния от­но­сят­ся «пер­вая фи­ло­со­фия», или ме­та­фи­зи­ка, фи­зи­ка, ма­те­ма­ти­ка; к сфе­ре прак­тич. зна­ния – эти­ка и по­ли­ти­ка; к сфе­ре пой­е­ти­че­ско­го зна­ния – ри­то­ри­ка, по­эти­ка, а так­же все при­клад­ные ис­кус­ст­ва или ре­мёс­ла (напр., ме­ди­ци­на). Раз­лич­ным сфе­рам зна­ния со­от­вет­ст­ву­ют раз­лич­ные ког­ни­тив­ные спо­соб­но­сти: спо­соб­но­стью со­зер­цать и по­зна­вать пер­вые при­чи­ны ве­щей об­ла­да­ет тео­ре­тич. ра­зум (νοῦς), спо­соб­но­стью вы­ра­ба­ты­вать пра­виль­ное ре­ше­ние об­ла­да­ет прак­тич. ра­зум, или здра­вый смысл (φρόνησις). Объ­ек­том тео­ре­тич. ра­зу­ма яв­ля­ет­ся не­об­хо­ди­мое и не­из­мен­ное (напр., за­ко­ны при­ро­ды) – то, что не за­ви­сит от на­шей во­ли. Объ­ек­том прак­тич. ра­зу­ма яв­ля­ет­ся воз­мож­ное – со­бы­тия, ко­то­рые мо­гут быть пре­д­опре­де­ле­ны на­шим вы­бо­ром. Прак­тич. зна­ние не мо­жет пре­тен­до­вать на ма­тема­тич. точ­ность, т. к. в сфе­ре воз­мож­но­го (т. е. че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти) су­ще­ст­ву­ет фак­тор не­пред­ска­зуе­мо­сти. И в прак­тич., и в пой­е­тич. сфе­ре зна­ния ог­ром­ную роль иг­ра­ет опыт (ἐμπειρία); в 1-й кн.


е­та­фи­зи­ки» да­же зна­ние пер­вых при­чин, т. е. зна­ние тео­ре­ти­че­ское, так­же вы­во­дит­ся из опы­та: чув­ст­вен­ные вос­при­ятия по­ро­ж­да­ют па­мять, ак­ты па­мя­ти – опыт, или эм­пи­рич. пред­став­ле­ния, а обоб­ще­ние их при­во­дит к на­уч­но­му (ἐπιστήμη) или твор­че­ско­му (τἐχνη) зна­нию. Объ­ек­ты тео­ре­тич. на­ук де­лят­ся на: 1) су­ще­ст­вую­щие от­дель­но (т. е. ре­аль­но) и из­ме­няю­щие­ся – фи­зич. те­ла; 2) су­ще­ст­вую­щие ре­аль­но и не­из­мен­ные – бог; 3) не су­ще­ст­вую­щие ре­аль­но и не­из­мен­ные. Пер­вы­ми за­ни­ма­ет­ся ме­та­фи­зи­ка или тео­ло­гия, вто­ры­ми – фи­зи­ка, треть­и­ми – ма­те­ма­ти­ка. Во­пре­ки Пла­то­ну, при­зна­вав­ше­му ма­те­ма­тич. объ­ек­ты (чис­ла, ли­нии, гео­мет­рич. фи­гу­ры и т. д.) он­то­ло­гич. сущ­но­стя­ми, за­ни­маю­щи­ми про­ме­жу­точ­ное по­ло­же­ние ме­ж­ду умо­по­сти­гае­мым и чув­ст­вен­ным ми­ра­ми, А. счи­тал их «аб­ст­ракт­ны­ми» (по­ня­тие аб­ст­рак­ции или «от­вле­че­ния» – ἀφαίρεσις впер­вые ввёл в фи­ло­со­фию А.), т. е. «от­вле­чён­ны­ми» мыс­лью от фи­зич. тел.

При­зна­вая цен­ность ма­те­ма­ти­ки как спец. нау­ки, А. счи­тал её бес­по­лез­ной для изу­че­ния «из­ме­няю­ще­го­ся» при­род­но­го бы­тия. У Пла­то­на выс­шей фор­мой фи­лос. зна­ния бы­ла диа­лек­ти­ка. А. низ­вёл её до уров­ня вспо­мо­гат. дис­ци­п­ли­ны, вве­дя раз­ли­че­ние ме­ж­ду диа­лек­тич. умо­зак­лю­че­ни­ем, ис­хо­дя­щим из «ве­ро­ят­ных», не­про­ве­рен­ных по­сы­лок (ἔνδοξα), и апо­дик­ти­че­ским, или до­ка­за­тель­ным, умо­зак­лю­че­ни­ем (сил­ло­гиз­мом), ис­хо­дя­щим из ис­тин­ных по­сы­лок и при­во­дя­щим к точ­но­му зна­нию (ἐπιστήμη).


о раз­ли­че­ние по­слу­жи­ло фун­да­мен­том, на ко­то­ром А. впер­вые по­стро­ил строй­ную сис­те­му фор­маль­ной ло­ги­ки, из­ло­жен­ную в «Ор­га­но­не» – сво­де ло­гич. со­чи­не­ний. В «Ка­те­го­ри­ях» рас­смат­ри­ва­ют­ся про­стые тер­ми­ны (субъ­ек­ты и пре­ди­каты), со­еди­не­ние ко­то­рых об­ра­зу­ет су­ж­де­ния. В трак­та­те «Об ис­тол­ко­ва­нии» (пра­виль­нее «О вы­ра­же­нии») рас­смат­ри­ва­ют­ся са­ми су­ж­де­ния, в «Пер­вой Ана­ли­ти­ке» по­ка­за­но, как су­ж­де­ния со­еди­ня­ют­ся в апо­дик­тич. сил­ло­гиз­мы (умо­зак­лю­че­ния) и ана­ли­зи­ру­ют­ся их фор­мы (фи­гу­ры), «Вто­рая ана­ли­ти­ка» со­дер­жит тео­рию до­ка­за­тельств, «То­пи­ка» пред­став­ля­ет со­бой прак­тич. ру­ко­во­дство по диа­лек­ти­ке (ис­кус­ст­ву дис­пу­та), и, на­ко­нец, в при­мы­каю­щих к ней «Со­фис­ти­че­ских оп­ро­вер­же­ни­ях» клас­си­фи­ци­ру­ют­ся ти­пы ло­гич. оши­бок в дис­пу­тах. Хо­тя сил­ло­ги­сти­ка А. име­ет стро­го де­дук­тив­ный ха­рак­тер, пер­вые на­ча­ла до­ка­за­тельств, по А., не­до­ка­зуе­мы и ус­мат­ри­ва­ют­ся ли­бо пу­тём ин­дук­ции («на­ве­де­ния» – ἐπαγωγή), т. е. обоб­ще­ни­ем на ос­но­ве ча­ст­ных слу­ча­ев, ли­бо пу­тём ин­тел­лек­ту­аль­ной ин­туи­ции (διὰ νοός).

Учение о природе


По­ня­тие «при­ро­ды» или «ес­те­ст­ва» (φύσις, от­ку­да τὰ φυσιϰά  – «то, что от­но­сит­ся к при­ро­де», т. е. «фи­зи­ка») у А. от­нюдь не яв­ля­ет­ся си­но­ни­мом «ми­ра». Это он­то­ло­гич. ка­те­го­рия, ука­зы­ваю­щая, во-пер­вых, в рам­ках оп­по­зи­ции «ес­те­ст­вен­ное/ис­кус­ст­вен­ное» на то, что не соз­да­но ру­ка­ми мас­те­ра, а, во-вто­рых, в рам­ках оп­по­зиции «ес­те­ст­вен­но/на­силь­ст­вен­но» на «внут­рен­ний», не­вы­ну­ж­ден­ный ис­точ­ник дви­же­ния. В от­ли­чие от ми­ра не­под­виж­ных ар­те­фак­тов, соз­дан­ных «ис­кус­ст­вом» (τέχνη), при­род­ное бы­тие ха­рак­те­ри­зу­ет­ся «при­ро­ж­дён­ной» спо­соб­но­стью к дви­же­нию и из­ме­не­нию. Со­от­вет­ст­вен­но, А. оп­ре­де­ля­ет «при­ро­ду» как «прин­цип дви­же­ния и по­коя». По­ня­тие «дви­же­ния», или «про­цес­са из­ме­не­ния» (греч. ϰίνησις), т. о. ока­зы­ва­ет­ся центр. про­бле­мой тео­ре­тич. фи­зи­ки. Из­ме­не­ние воз­мож­но в че­ты­рёх ка­те­го­ри­ях: отно­си­тель­но сущ­но­сти (воз­ник­но­ве­ние и унич­то­же­ние), от­но­си­тель­но свойств (ка­че­ст­вен­ное из­ме­не­ние), от­но­си­тель­но ко­ли­че­ст­ва (рост и убыль) и от­но­си­тель­но мес­та (про­странств. пе­ре­ме­ще­ние). Во­пре­ки пред­ста­ви­те­лям элей­ской шко­лы и пла­то­низ­ма, счи­тав­шим дви­же­ние ло­ги­че­ски не­воз­мож­ным и по­то­му не­реаль­ным, А. в «Фи­зи­ке» (I.5–7) объ­яс­ня­ет из­ме­не­ние ис­хо­дя из трёх фак­то­ров: суб­страт из­ме­не­ния, или ма­те­рия (то, что ос­та­ёт­ся не­из­мен­ным в его про­цес­се), от­сут­ст­вие фор­мы (или ка­че­ст­ва) и фор­ма (или ка­че­ст­во), по­яв­ляю­щая­ся в про­цес­се из­ме­не­ния.


 о., из­ме­не­ние со­сто­ит в том, что суб­страт при­об­ре­та­ет но­вую фор­му или ка­че­ст­во (напр., Со­крат из не­об­ра­зо­ван­но­го ста­но­вит­ся об­ра­зо­ван­ным), или, по-дру­го­му, в пе­ре­хо­де от воз­мож­но­го к дей­ст­ви­тель­но­му. А. не при­зна­ёт су­ще­ст­во­вание пус­то­го про­стран­ст­ва и по­это­му опе­ри­ру­ет толь­ко по­ня­ти­ем «мес­та», ко­то­рое по­ни­ма­ет­ся как «край­няя гра­ни­ца ок­ру­жаю­ще­го те­ла»: со­от­вет­ст­вен­но, вся­кое пе­ре­ме­ще­ние ока­зы­ва­ет­ся «взаи­мо­за­ме­ще­ни­ем» тел. Вре­мя оп­ре­де­ля­ет­ся как «чис­ло дви­же­ния от­но­си­тель­но бо­лее ран­не­го и бо­лее позд­не­го».

При­ро­да яв­ля­ет­ся так­же прин­ци­пом це­ле­со­об­раз­но­сти («бог и при­ро­да ни­че­го не де­ла­ют на­прас­но»), но те­лео­ло­гизм А. не име­ет ни­че­го об­ще­го с про­ви­ден­циа­лиз­мом или креа­цио­низ­мом, т. к. ста­вит сво­ей осн. це­лью объ­яс­нить веч­ность био­ло­гич. ви­дов: це­ле­вой при­чи­ной ока­зы­ва­ет­ся реа­ли­за­ция фор­мы (ви­да). В сво­их со­чи­не­ни­ях о жи­вот­ных (со­став­ля­ю­щих око­ло чет­вер­ти все­го ари­сто­те­лев­ско­го сво­да) А. за­ло­жил ос­но­вы на­уч. зо­о­ло­гии, со­че­тая де­скрип­тив­но-эм­пи­рич. под­ход («Ис­то­рия жи­вот­ных») с те­ле­о­ло­гич. объ­яс­не­ни­ем мор­фо­ло­гии и фи­зи­о­ло­гии жи­вот­ных («О ча­стях жи­вот­ных», «О рож­де­нии жи­вот­ных», «О дви­же­нии жи­вот­ных»).


В кос­мо­ло­гии А. твёр­до при­дер­жи­ва­ет­ся гео­цен­трич. мо­де­ли и ут­вер­жда­ет ко­неч­ность ми­ра (во­пре­ки ато­ми­стич. тео­рии бес­ко­неч­но­сти Все­лен­ной) и его веч­ность – во­пре­ки пла­то­нов­ско­му «Ти­мею» и ио­ний­ским кос­мо­го­ни­ям. Мир де­лит­ся на под­лун­ный, со­стоя­щий из че­ты­рёх эле­мен­тов (ог­ня, воз­ду­ха, во­ды и зем­ли), и над­лун­ный (све­ти­ла и сфе­ра не­под­виж­ных звёзд, со­стоя­щие из «пя­то­го», бо­же­ст­вен­но­го эле­мен­та – эфи­ра, или квинт­эс­сен­ции). Ка­ж­дый из че­ты­рёх под­лун­ных эле­мен­тов ха­рак­те­ри­зу­ет­ся со­че­та­ни­ем двух пер­вич­ных свойств; огонь – го­ря­чее + су­хое, воз­дух – го­ря­чее + влаж­ное, во­да – влаж­ное + хо­лод­ное, зем­ля – су­хое + хо­лод­ное. По тра­диц. ин­тер­пре­та­ции, пер­вич­ные свой­ст­ва им­ма­нент­ны бес­ка­че­ст­вен­ной «пер­во­ма­те­рии» – суб­стра­ту, что объ­яс­ня­ет воз­мож­ность их взаи­мо­пре­вра­ще­ния: напр., ут­ра­чи­вая свой­ст­во го­ря­че­го и при­об­ре­тая свой­ст­во хо­лод­но­го, огонь ста­но­вит­ся воз­ду­хом, и т. д. Двум лёг­ким эле­мен­там (ог­ню и воз­ду­ху) при­су­ще «ес­те­ст­вен­ное» дви­же­ние вверх, двум тя­жё­лым (во­де и зем­ле) – «ес­те­ст­вен­ное» дви­же­ние вниз; над­лун­но­му эфи­ру при­су­ще ес­те­ст­вен­ное дви­же­ние по кру­гу, объ­ясняю­щее ви­ди­мое вра­ще­ние не­ба. Не­из­мен­ность эфи­ра и его веч­ное кру­го­вра­ще­ние га­ран­ти­ру­ют веч­ность ми­ра. Един­ст­вен­ный вид из­ме­не­ния в над­лун­ном ми­ре – про­стран­ст­вен­ное пе­ре­ме­ще­ние, под­лун­ный мир под­вер­жен всем че­ты­рём ви­дам из­ме­не­ния. Эта дуа­ли­стич. кос­мо­ло­гия, вдох­нов­лён­ная ми­фо­ло­гич. пред­став­ле­ния­ми о «гор­нем» ми­ре бо­гов, бы­ла серь­ёз­ным рег­рес­сом по срав­не­нию с ио­ний­ской и ато­ми­стич. фи­зи­кой, ут­вер­ждав­шей един­ст­во фи­зич. за­ко­нов и од­но­род­ность Все­лен­ной.


Психология

А. раз­ли­ча­ет ес­те­ст­вен­но-на­уч­ную и мо­раль­ную пси­хо­ло­гию. Пер­вая из­ло­же­на в трак­та­те «О ду­ше» и рас­смат­ри­ва­ет «ду­шу» (псю­хэ) в био­ло­гич. кон­тек­сте – как но­си­тель­ни­цу разл. «ор­га­ни­че­ских» функ­ций в жи­вот­ном цар­ст­ве (от рас­те­ний до че­ло­ве­ка); вто­рая из­ло­же­на в 1-й и 6-й кни­гах «Ни­ко­ма­хо­вой эти­ки» и фо­ку­си­ру­ет­ся на пси­хо­логич. ос­но­ве мо­раль­но­го ха­рак­те­ра че­ло­ве­ка (ра­зум и эмо­ции, доб­ро­де­тель, сла­бо­во­лие и т. д.). А. от­вер­га­ет как ма­те­риа­ли­стич. кон­цеп­ции «ду­ши» ран­них ио­ний­ских фи­ло­со­фов (душа – воз­дух и т. д.), так и пи­фа­го­рей­ско-пла­то­нов­ский дуа­лизм (ду­ша – бес­смерт­ная бо­же­ст­вен­ная суб­стан­ция) и оп­ре­де­ля­ет ду­шу как фор­му, или эн­теле­хию (ко­неч­ную реа­ли­за­цию), те­ла. Ду­ша от­но­сит­ся к те­лу как фор­ма к ма­те­рии и как ак­туа­ли­за­ция к по­тен­ци­аль­но об­ла­даю­ще­му жиз­нен­ны­ми функ­ция­ми. В под­лун­ном ми­ре по­тен­ци­аль­но жи­вы­ми яв­ля­ют­ся «ор­га­ни­че­ские» (т. е. об­ла­даю­щие функ­цио­наль­ны­ми ор­га­на­ми) те­ла рас­те­ний, жи­вот­ных и че­ло­ве­ка; ду­ша оп­ре­де­ля­ет­ся как их «пер­вая эн­те­ле­хия», ко­то­рая от­но­сит­ся ко «вто­рой» как об­ла­да­ние зна­ни­ем – к его реа­ли­за­ции в на­уч. ис­сле­до­ва­нии. Т. о., ду­ша и те­ло – не две раз­лич­ные ве­щи, а два ас­пек­та пси­хо­фи­зич. един­ст­ва.


Про­стей­шие функ­ции ду­ши – пи­та­ние и раз­мно­же­ние – реа­ли­зу­ют­ся на низ­шей сту­пе­ни цар­ст­ва жи­во­го – в рас­те­ни­ях; ду­ша жи­вот­ных, кро­ме то­го, об­ла­да­ет функ­ци­ями дви­же­ния и чув­ст­вен­но­го вос­при­ятия; ду­ша че­ло­ве­ка, по­ми­мо рас­ти­тель­ных и жи­вот­ных функ­ций, об­ла­да­ет так­же ра­зу­мом (ло­го­сом). Все функ­ции ду­ши свя­за­ны с те­лес­ны­ми ор­га­на­ми и по­то­му смерт­ны: единств. ис­клю­че­ние – «ак­тив­ный ин­тел­лект» (ум-нус), «при­вхо­дя­щий из­вне» и по­то­му не имею­щий ма­те­ри­аль­но­го суб­стра­та и бес­смерт­ный (ари­сто­те­лев­ская уступ­ка дуа­лиз­му). В рам­ках мо­раль­ной пси­хо­ло­гии в «Ни­ко­ма­хо­вой эти­ке» А. де­лит че­ло­ве­че­скую ду­шу на ра­цио­наль­ную и ир­ра­цио­наль­ную ча­сти. Ир­ра­цио­наль­ная под­раз­де­ля­ет­ся на рас­титель­но-ре­про­дук­тив­ную, со­вер­шен­но ли­шён­ную ра­зу­ма и не имею­щую от­но­ше­ния к мо­раль­ной дея­тель­но­сти, и бо­лее вы­со­кую (эмо­цио­наль­ную, вме­сти­ли­ще «стра­стей»), «при­ча­ст­ную ра­зу­му» по­столь­ку, по­сколь­ку она спо­соб­на «слу­шать» ра­зум, как «сын – от­ца».


свою оче­редь ра­цио­наль­ная часть ду­ши де­лит­ся на «на­уч­ную», или «тео­ре­ти­че­скую» (нус), и «вы­чис­ляю­щую», или «вы­ра­ба­ты­ваю­щую ре­ше­ния» (спо­соб­ность «здра­во­го смыс­ла» – φρόνησις). Как ра­цио­наль­ная, так и ир­ра­цио­наль­ная ча­сти на­де­ле­ны сво­им осо­бым ви­дом «же­ла­ния», или «стрем­ле­ния». Во­ля че­ло­ве­ка по­ни­ма­ет­ся как «же­лаю­щий ра­зум», или «ра­зум­ное же­ла­ние». Ощу­ще­ние (αἴσϑησις) А. объ­яс­ня­ет как ас­си­ми­ля­цию ор­га­на чувств объ­ек­ту вос­при­ятия: вос­при­ни­мая те­п­ло, ру­ка на­гре­ва­ет­ся, вос­при­ни­мая цвет, глаз ок­раши­ва­ет­ся и т. д. Та­кая ас­си­ми­ля­ция про­ис­хо­дит бла­го­да­ря про­пор­цио­наль­но­му сме­ше­нию ба­зис­ных про­ти­во­по­лож­но­стей в ор­га­не (напр., го­ря­че­го и хо­лод­но­го): чув­ст­вен­ное вос­при­ятие, т. о., по­доб­но мо­раль­ной доб­ро­де­те­ли в эти­ке, есть «се­ре­ди­на» ме­ж­ду дву­мя по­лю­са­ми: слиш­ком силь­ный и слиш­ком сла­бый сти­мулы не вос­при­ни­ма­ют­ся. В от­ли­чие от пи­та­ния, при ко­то­ром про­ис­хо­дит ус­вое­ние ма­те­рии пи­щи, ощу­ще­ние вос­при­ни­ма­ет толь­ко чув­ст­вен­ную фор­му объ­ек­та, но не его ма­те­рию. На­ря­ду с отд. ощу­ще­ния­ми А. при­зна­вал на­ли­чие «об­ще­го ощу­ще­ния» (ϰοινὴ αἴσϑησις , лат. sen­sus com­mu­nis), от­вет­ст­вен­но­го за вос­при­ятие «об­щих сен­сор­ных дан­ных» (та­ких, как раз­мер, фор­ма, дли­тель­ность, по­кой или дви­же­ние, еди­нич­ность или чис­ло вос­при­ни­мае­мых объ­ек­тов), за осоз­на­ние фак­та вос­при­ятия и за раз­ли­че­ние объ­ек­тов вос­при­ятия раз­ных ор­га­нов чувств. Жи­вот­ная ду­ша от­ли­ча­ет­ся от рас­ти­тель­ной спо­соб­но­стью к «во­об­ра­же­нию» (φαν­τασία ), или мен­таль­но­му вос­про­из­ве­де­нию чув­ст­вен­но­го об­раза ве­щи по­сле ак­та вос­при­ятия; из этой спо­соб­но­сти вы­во­дят­ся па­мять, вос­по­ми­на­ние и сно­ви­де­ния. Дви­га­тель­ная функ­ция ду­ши за­ви­сит от на­ли­чия же­ла­ния или вле­че­ния к объ­ек­ту же­ла­ния, дан­но­му ли­бо в не­по­средств. ощу­ще­нии ли­бо в чув­ст­вен­ном об­ра­зе, т. е. вы­во­дит­ся из ощу­ще­ния или во­об­ра­же­ния. Чис­тая мысль, или ин­тел­лект (нус), вос­при­ни­ма­ет умо­по­сти­гае­мые фор­мы ве­щей по­доб­но то­му, как ощу­ще­ние вос­при­ни­ма­ет их чув­ст­вен­ные фор­мы. Что­бы вос­при­ни­мать лю­бые фор­мы, ин­тел­лект дол­жен быть сам сво­бо­ден от лю­бых форм и не свя­зан с ма­те­ри­ей. При этом «ду­ша ни­ко­гда не мыс­лит без об­ра­зов»: ин­тел­лект мыс­лит чис­тые фор­мы че­рез об­ра­зы; не­воз­мож­но мыс­лить не­про­тя­жён­ный или вне­вре­мен­ной объ­ект.

 

Метафизика

Тер­мин «ме­та­фи­зи­ка» про­ис­хо­дит от на­зва­ния «то, что идёт по­сле (греч. μετά) фи­зи­ки», под ко­то­рым Ан­д­ро­ник Ро­дос­ский в 1 в. до н. э. объ­е­ди­нил со­чи­не­ния А. по «пер­вой фи­ло­со­фии», по­мес­тив их в сво­ём из­да­нии «по­сле» со­чи­не­ний по фи­зи­ке. Сам А. на­зы­вал эту фи­лос. дис­ци­п­ли­ну так­же «муд­ро­стью» (со­фия) и ино­гда – «тео­ло­ги­ей». Не­оп­ла­то­нич. ком­мен­та­то­ры (Сим­пли­кий) впер­вые ис­тол­ко­ва­ли сло­во «по­сле» в смыс­ле транс­цен­дент­ности, сверх­при­род­но­сти. В от­ли­чие от отд. на­ук, «от­се­каю­щих» в ка­че­ст­ве сво­его пред­ме­та отд. род бы­тия, пер­вая фи­ло­со­фия изу­ча­ет «бы­тие как та­ко­вое», а так­же ко­неч­ные при­чи­ны и «пер­во­на­ча­ла» (ἀρχαί) все­го су­ще­го. Та­кое оп­ре­де­ле­ние «пер­вой фи­ло­со­фии» как об­щей он­то­ло­гии да­ёт­ся в 4-й кн. «Ме­тафи­зи­ки» и со­от­вет­ст­ву­ет схо­ла­стич. «об­щей ме­та­фи­зи­ке» (meta­physica gene­ra­lis). На­ря­ду с этой кон­цеп­ци­ей ме­та­фи­зи­ки в тек­стах А. при­зна­ёт­ся и дру­гая, со­глас­но ко­то­рой ме­та­фи­зи­ка изу­ча­ет осо­бый вид бы­тия, а имен­но бы­тие «обо­соб­лен­ное» и не­под­виж­ное, т. е. бо­же­ст­вен­ное. Эта вто­рая кон­цеп­ция со­от­вет­ст­ву­ет схо­ла­стич. «спе­ци­аль­ной ме­та­фи­зи­ке» (meta­physica spe­cia­lis), или тео­ло­гии. (Со­глас­но тео­рии нем. учё­но­го В. Йе­ге­ра, это рас­хо­ж­де­ние объ­яс­ня­ет­ся эво­лю­ци­ей взгля­дов А. от пла­то­нич. ве­ры в сверх­чув­ст­вен­ное бы­тие к фи­зи­ка­лиз­му.)

Он­то­ло­гия А. вклю­ча­ет: 1) уче­ние о ка­те­го­ри­ях су­ще­го, или тео­рию суб­стан­ци­аль­но­го и ак­ци­ден­таль­но­го бы­тия; 2) тео­рию сущ­но­сти; 3) уче­ние о четы­рёх при­чи­нах и на­ча­лах бы­тия; 4) уче­ние о воз­мож­но­сти и дей­ст­ви­тель­но­сти, или по­тен­ци­аль­ном и ак­ту­аль­ном бы­тии. Уче­ние о ка­те­го­ри­ях («пре­ди­катах») фор­маль­но пред­став­ля­ет со­бой клас­си­фи­ка­цию всех воз­мож­ных зна­че­ний гла­го­ла «быть» и ти­пов пре­ди­ка­ции, со­от­вет­ст­вую­щих разл. ро­дам бы­тия. Осн. мысль А. со­сто­ит в том, что в вы­ска­зыва­нии «Со­крат есть че­ло­век» тер­мин «есть» име­ет др. зна­че­ние, не­же­ли в вы­ска­зы­ва­нии «Со­крат есть бе­лый», т. к. вы­ра­жа­ет сущ­ность, а не ка­че­ст­во, и, сле­до­ва­тель­но, ука­зы­ва­ет на дру­гой род бы­тия. Та­ких «ка­те­го­рий» А. ус­та­нав­ли­ва­ет 10: 1) сущ­ность (напр., «че­ло­век»); 2) ко­ли­че­ст­во («два»); 3) ка­че­ст­во («бе­лый»); 4) от­но­ше­ние («вдвое боль­ший»); 5) ме­сто («в Ли­кее»); 6) вре­мя («вче­ра»); 7) по­ло­же­ние («ле­жит»); 8) со­стоя­ние («воо­ру­жён»); 9) дей­ст­вие («бьёт»); 10) стра­да­ние («его бьют»). Пер­вая ка­те­го­рия обо­зна­ча­ет суб­стан­ци­аль­ное, или не­за­ви­си­мое, бы­тие; ка­те­го­рии 2–10 – бы­тие ак­ци­ден­таль­ное, или «при­вхо­дя­щее». Ка­че­ст­ва, ко­ли­че­ст­ва и т. д. ре­аль­ны («есть») лишь по­столь­ку, по­сколь­ку оп­ре­де­ля­ют сущ­ность или «им­ма­нент­ны» ей. (Как ука­зал Э. Бен­ве­нист, ка­те­го­рии А. яв­ля­ют­ся клас­си­фи­ка­ци­ей час­тей ре­чи: сущ­ность – су­ще­ст­ви­тель­ное, ка­че­ст­во – при­ла­га­тель­ное, ко­ли­че­ст­во – чис­ли­тель­ные, от­но­ше­ние – срав­ни­тель­ная сте­пень при­ла­га­тель­но­го, дей­ст­вие и стра­да­ние – ак­тив­ный и пас­сив­ный за­ло­ги гла­го­ла и т. д.) Толь­ко сущ­ность мо­жет су­ще­ст­во­вать са­мо­стоя­тель­но, в от­ли­чие от ак­ци­ден­таль­ных, или за­ви­си­мых, ро­дов бы­тия.

В «Ка­те­го­ри­ях» пер­вич­ны­ми сущ­но­стя­ми (т. е. наи­бо­лее ре­аль­ны­ми) при­зна­ют­ся еди­нич­ные ве­щи («этот конь»), то­гда как уни­вер­са­лии (ро­ды и ви­ды) ква­ли­фи­ци­ру­ют­ся как «вто­рые сущ­ности», по­сколь­ку они «ска­зы­ва­ют­ся» (пре­ди­ци­ру­ют­ся) о пер­вич­ных сущ­но­стях, но не на­обо­рот. Од­на­ко в 7-й кн. «Ме­та­фи­зи­ки» «пер­вая сущ­ность» ото­жде­ст­в­ля­ет­ся со «чтой­но­стью», или фор­мой ве­щи. По­сколь­ку всё, что «ска­зы­ва­ет­ся об x», он­то­ло­ги­че­ски за­ви­си­мо от x, уни­вер­са­лии (та­кие, как ро­ды и ви­ды) не мо­гут быть пер­вы­ми сущ­но­стя­ми – во­пре­ки пла­то­нов­ской тео­рии идей. Ес­ли ка­те­го­ри­аль­ный ана­лиз на­це­лен на «су­щее», то кау­заль­ный ана­лиз име­ет сво­им пред­ме­том сущ­ность, или ре­аль­ное бы­тие. Знать для А. оз­на­ча­ет знать пер­вые при­чи­ны или на­ча­ла ве­щи или яв­ле­ния. Та­ких при­чин че­ты­ре: фор­ма (или «чтой­ность»), ма­те­рия («то, из че­го»), дви­жу­щая или про­из­во­дя­щая при­чи­на («то, под дей­ст­ви­ем че­го») и це­ле­вая при­чи­на («то, ра­ди че­го»). В ми­ре ар­те­фак­тов про­из­во­дя­щая при­чи­на (мас­тер) все­гда вне­по­лож­на ве­щи; в ми­ре жи­вых ор­га­низ­мов дви­жущая, фор­маль­ная и це­ле­вая при­чи­ны мо­гут сов­па­дать: «че­ло­век ро­ж­да­ет че­ло­ве­ка». Фор­ма не мо­жет су­ще­ст­во­вать без ма­те­рии, как и ма­те­рия без фор­мы: это уче­ние об их не­раз­дель­но­сти из­вест­но как ги­ле­мор­физм. Син­тез ма­те­рии и фор­мы об­ра­зу­ет еди­нич­ную, или кон­крет­ную, вещь («вот это не­что»). Ма­те­рия – это чис­тая воз­мож­ность бы­тия, фор­ма – её реа­ли­за­ция, или дей­ст­ви­тель­ность (энер­гия, в био­ло­гии – эн­те­ле­хия). Ак­ту­аль­но су­щее воз­ни­ка­ет из по­тен­ци­аль­но су­ще­го под дей­ст­ви­ем пред­су­ще­ст­вую­ще­го ак­ту­аль­но су­ще­го. Та­ким ак­ту­аль­но су­щим для все­го ми­ра в це­лом яв­ля­ет­ся не­под­виж­ный пер­вый дви­га­тель, или бо­же­ст­вен­ный ум-нус, при­во­дя­щий в дви­же­ние сфе­ру не­под­виж­ных звёзд как объ­ект эро­са.

Этика

А. от­вер­га­ет идеа­ли­стич. эти­ку Пла­то­на с её иде­ей аб­со­лют­но­го бла­га, из­бе­гая при этом со­фис­тич. ре­ля­ти­виз­ма и стре­мясь объ­ек­тив­но обос­но­вать её в са­мой че­ло­ве­че­ской при­ро­де. Эти­ка А. – часть по­ли­тич. нау­ки, ко­то­рая ис­сле­ду­ет мо­раль­ный ха­рак­тер че­ло­ве­ка в свя­зи с по­ве­де­ни­ем, эмо­ция­ми («стра­стя­ми») и дос­ти­же­ни­ем сча­стья (эв­де­мо­нии). Это прак­тич. нау­ка, цель ко­то­рой – «дей­ст­вие» (прак­сис). В от­ли­чие от тео­ре­тич. на­ук, эти­ка и по­ли­ти­ка не мо­гут при­тя­зать на без­оши­боч­ную точ­ность. Чис­то тео­ре­тич. зна­ние эти­ки бес­по­лез­но: слу­ша­те­ли лек­ций по эти­ке долж­ны уже быть мо­раль­но вос­пи­та­ны и знать, что хо­ро­шо и что пре­до­су­ди­тель­но (фак­то­ло­гич. зна­ние); толь­ко в этом слу­чае они мо­гут под­нять­ся на тео­ре­тич. уро­вень и по­нять, по­че­му это так (на­уч. зна­ние при­чин). Во­пре­ки пла­то­нов­ской кон­цеп­ции еди­но­го аб­со­лют­но­го бла­га (идеи до­б­ра) А. при­зна­ёт мно­же­ст­вен­ность благ, ко­то­рые яв­ляют­ся ко­неч­ны­ми це­ля­ми разл. на­ук и прак­тич. ис­кусств. Наи­выс­шее бла­го для че­ло­ве­ка – сча­стье (эв­де­мо­ния), ко­то­рое по­ни­ма­ет­ся од­ни­ми как на­сла­ж­де­ние (жизнь ра­ди удо­воль­ст­вия), дру­ги­ми – как честь и сла­ва (прак­тич. жизнь по­ли­ти­ка), треть­и­ми – как со­зер­ца­ние-тео­рия (со­зер­цат. жизнь фи­ло­со­фов). Сча­стье есть дея­тель­ность (энер­гия) ду­ши, со­глас­ная с доб­ро­де­те­лью, ко­то­рая оп­ре­де­ля­ет мо­раль­ный вы­бор (προαίρεσις). Для пол­но­го сча­стья не­дос­та­точ­но од­но­го об­ла­да­ния доб­ро­де­те­лью: не­об­хо­дим ми­ни­мум «внеш­них» благ (та­ких, как со­ци­аль­ный ста­тус, здо­ро­вье, кра­со­та, на­ли­чие де­тей и т. д.). Не­об­хо­ди­мым ус­ло­ви­ем сча­стья яв­ля­ет­ся друж­ба, ко­то­рая бы­ва­ет трёх ви­дов: 1) ра­ди удо­воль­ст­вия, 2) ра­ди поль­зы и 3) ра­ди бла­го­род­ст­ва; толь­ко в бла­го­род­ной друж­бе друг яв­ля­ет­ся не сред­ст­вом, а це­лью и ста­но­вит­ся «дру­гим Я», ко­то­ро­му же­ла­ют до­б­ра «ра­ди не­го са­мо­го». Доб­ро­де­те­ли де­лят­ся на эти­че­ские (доб­ро­де­те­ли ха­рак­те­ра) и диа­но­эти­че­ские (ин­тел­лек­ту­аль­ные); пер­вые со­от­вет­ст­ву­ют ир­ра­цио­наль­ной (эмо­цио­наль­ной) час­ти ду­ши, вто­рые – ра­цио­наль­ной. Этич. доб­ро­де­те­ли пред­став­ля­ют со­бой «ус­та­нов­ки», или «на­вы­ки» (ἕξις), а не зна­ния (во­пре­ки Со­кра­ту), и вос­пи­ты­ва­ют­ся че­рез уп­раж­не­ние (ἄσϰησις): мы ста­но­вим­ся до­б­ры­ми, со­вер­шая до­б­рые де­ла, как ста­но­вят­ся ки­фа­ри­ста­ми, иг­рая на ки­фа­ре. Диа­но­этич. доб­ро­де­те­ли при­об­ре­та­ют­ся че­рез обу­че­ние. Этич. доб­ро­де­тель пред­став­ля­ет со­бой «се­реди­ну» ме­ж­ду дву­мя край­но­стя­ми – из­быт­ком и не­дос­тат­ком оп­ре­де­лён­ной эмо­ции. Так, му­же­ст­во – это «се­ре­ди­на» ме­ж­ду без­рас­суд­ст­вом и тру­со­стью; це­ло­муд­рие – се­ре­ди­на ме­ж­ду рас­пу­щен­но­стью и бес­чув­ст­вен­но­стью и т. д. «Зо­ло­тая се­ре­ди­на» оп­ре­де­ля­ет­ся «пра­виль­ным прин­ци­пом» (ло­го­сом): т. о., мо­раль­ное со­вер­шен­ст­во ос­но­ва­но на со­гла­сии ме­ж­ду ра­зу­мом и чув­ст­ва­ми. В 6-й кн. «Ни­ко­ма­хо­вой эти­ки» пра­виль­ный прин­цип ото­жде­ст­в­ля­ет­ся со «здра­вым смыс­лом», или мо­раль­ной ра­зум­но­стью (φρόνησις ). «Нель­зя быть доб­рым, не бу­ду­чи ра­зум­ным, как и нель­зя быть ра­зум­ным, не бу­ду­чи до­б­рым». Здра­вый смысл яв­ля­ет­ся диа­но­этич. доб­ро­де­те­лью прак­тич. ра­зу­ма, муд­рость – диа­но­этич. доб­ро­де­те­лью тео­ре­тич. или на­уч. ра­зу­ма. В ито­ге А. раз­мы­ва­ет гра­ни­цы ме­ж­ду этич. и диа­но­этич. доб­ро­де­те­ля­ми и сбли­жа­ет­ся с со­кра­тов­ским ин­тел­лек­туа­лиз­мом. Эти­ка А. – это этика са­мо­реа­ли­за­ции че­ло­ве­ка, по­ни­мае­мой как пре­тво­ре­ние на де­ле его «пред­на­зна­че­ния», или «де­ла» (эр­гон), т. е. ра­цио­наль­ной дея­тель­но­сти. Та­кая са­мо­реа­ли­за­ция воз­мож­на толь­ко в гражд. об­щи­не, или по­ли­се.

Политика

По­ли­тич. нау­ка стре­мит­ся к прак­тич. дос­ти­же­нию об­ще­го бла­га, как эти­ка – бла­га ин­ди­ви­ду­аль­но­го. Ин­ди­ви­ду­аль­ное и об­ще­ст­вен­ное бла­го, по А., сов­па­да­ют, но об­щее бла­го име­ет цен­но­ст­ный при­ори­тет (как «бо­лее бо­же­ст­вен­ное»); по­ли­ти­ка, сле­до­ватель­но, ока­зы­ва­ет­ся «ар­хи­тек­то­ни­че­ской» нау­кой, оп­ре­де­ляю­щей це­ле­со­образ­ность и ста­тус всех др. на­ук и ис­кусств. Пер­вич­ной фор­мой со­ци­аль­ной ор­га­ни­за­ции яв­ля­ет­ся се­мья, се­мьи объ­е­ди­ня­ют­ся в сель­ские об­щи­ны, а сель­ские об­щи­ны в гражд. об­щи­ну, или город-го­су­дар­ст­во (по­лис), – выс­шую фор­му со­ци­аль­ной ор­га­ни­за­ции. Гражд. ста­тус оп­ре­де­ля­ет­ся пра­вом уча­стия в по­ли­тич. и су­деб­ной прак­ти­ке. По­лис су­ще­ст­ву­ет «по при­ро­де», и че­ло­век по при­ро­де яв­ля­ется «по­лис­ным жи­вот­ным», т. е. су­ще­ст­вом, не спо­соб­ным жить в оди­но­че­ст­ве и ес­те­ст­вен­но об­разую­щим об­щи­ны. Как се­мья ос­но­ва­на на доб­ро­воль­ном под­чи­не­нии же­ны и де­тей му­жу-от­цу, так по­лис ос­но­ван на под­чи­не­нии управ­ляе­мых управ­ляю­щим. В пра­виль­ных фор­мах прав­ле­ния, или кон­сти­ту­ци­ях (по­ли­ти­ях), пра­ви­те­ли пра­вят ра­ди об­ще­го бла­га, в из­вра­щён­ных – ра­ди соб­ст­вен­но­го. К пра­виль­ным от­но­сят­ся мо­нар­хия (прав­ле­ние од­но­го), ари­сто­кра­тия (прав­ле­ние не­мно­гих) и по­ли­тия (прав­ле­ние мно­гих). Из­вра­щён­ная фор­ма мо­нар­хии – ти­ра­ния, ари­сто­кра­тии – оли­гар­хия, по­ли­тии – де­мо­кра­тия. Фор­мы прав­ле­ния раз­ли­ча­ют­ся по сво­им цен­но­ст­ным ус­та­нов­кам, ко­то­рые оп­ре­де­ля­ют ус­ло­вия до­пус­ка гра­ж­дан к долж­но­стям. Оли­гар­хия ос­но­ва­на на прин­ци­пе бо­гат­ст­ва, ари­сто­кра­тия – на прин­ци­пе доб­ле­сти, де­мо­кра­тия – на прин­ци­пе сво­бо­ды. «Же­ла­тель­ный», или иде­аль­ный, гос. строй («По­ли­ти­ка», кн. 7–8) мо­жет быть оха­рак­те­ри­зо­ван как «ари­сто­кра­тия» в из­на­чаль­ном смыс­ле сло­ва («прав­ле­ние луч­ших» – «По­ли­ти­ка», 1293 b 5 слл.). В нём со­слов­ная диф­фе­рен­циа­ция со­ци­аль­ных функ­ций (Пла­тон) за­ме­ня­ется воз­рас­тной: в мо­ло­до­сти гра­ж­да­не иде­аль­но­го по­ли­са вы­пол­ня­ют во­ен. функ­цию, в ста­рос­ти – соб­ст­вен­но по­ли­ти­че­скую («со­ве­ща­тель­ную»), фи­зич. труд (зем­ле­де­лие, ре­мес­ло) и тор­гов­ля – удел ра­бов; от­ли­чит. при­знак сво­бод­но­го гра­ж­да­ни­на – «до­суг» (схо­лэ), не­об­хо­ди­мый для реа­ли­за­ции эв­де­мо­нии в эс­те­тич. или умо­зрит. дея­тель­но­сти. Раб­ст­во, по А., су­ще­ст­ву­ет «от при­ро­ды», от­но­ше­ние «раб – гос­по­дин» – та­кой же не­об­хо­ди­мый эле­мент струк­ту­ры по­ли­са, как «же­на – муж» – в се­мье; ра­ба­ми долж­ны быть не гре­ки («вар­ва­ры»). Ис­хо­дя из уче­ния о «зо­ло­той се­ре­ди­не», А. вы­дви­га­ет в ка­че­ст­ве ус­лов­но-об­раз­цо­во­го гос. уст­рой­ст­ва, лег­че все­го реа­ли­зуе­мо­го для боль­шин­ст­ва по­ли­сов в ре­аль­ных ус­ло­ви­ях, по­ли­тию (сме­ше­ние оли­гар­хии и де­мо­кра­тии), в ко­то­рой по­ля­ри­за­ция бед­ных и бо­га­тых сни­ма­ет­ся пре­об­ла­да­ни­ем за­жи­точ­ных сред­них сло­ёв.

Поэтика и риторика

Во­пре­ки Пла­то­ну, осу­ж­дав­ше­му по­эзию как пре­пят­ст­вую­щую мо­раль­но­му вос­пи­та­нию гра­ж­дан в иде­аль­ном по­ли­се, А. в «По­эти­ке» по­пы­тал­ся до­ка­зать вос­пи­тат. цен­ность по­эзии с по­мо­щью тео­рии ка­тар­си­са, или очи­ще­ния: со­пе­ре­жи­ва­ние стра­стям ге­роя не рас­па­ля­ет стра­сти слу­ша­те­ля, как счи­тал Пла­тон, а, на­обо­рот, при­водит к бла­го­твор­но­му «очи­ще­нию» от жа­ло­сти и стра­ха, тем са­мым вос­ста­нав­ли­вая ду­шев­ную гар­мо­нию и бла­го­твор­но вли­яя на этос.

Ри­то­ри­ка А., как и по­эти­ка, – твор­ческая нау­ка, при­клад­ная диа­лек­ти­ка, цель ко­то­рой – фор­ма­ли­за­ция и на­хо­жде­ние спо­со­бов убе­ж­де­ния мас­со­вой ауди­то­рии не­за­ви­си­мо от кон­крет­но­го по­во­да. Ри­то­ри­ка де­лит­ся на три ро­да: со­ве­ща­тель­ную, или по­ли­ти­че­скую (в нар. со­б­ра­нии), ка­саю­щую­ся при­ня­тия ре­ше­ний от­но­си­тель­но бу­ду­ще­го; су­деб­ную, ка­саю­щую­ся за­кон­но­сти или не­за­кон­но­сти дей­ст­вий, со­вер­шён­ных в про­шлом; эпи­дейк­ти­че­скую, ко­то­рая трак­ту­ет со­бы­тия, как бы имею­щие ме­сто в на­стоя­щем и под­ле­жа­щие мо­раль­но­му одоб­ре­нию или осу­ж­де­нию. Три осн. сред­ст­ва убе­ж­де­ния: ха­рак­тер ора­то­ра; эмо­цио­наль­ное со­стоя­ние ау­ди­то­рии; до­во­ды, со­дер­жа­щие ре­аль­ные или ка­жу­щие­ся до­ка­за­тель­ст­ва. Наи­бо­лее дей­ст­вен­ным сред­ст­вом убе­ж­де­ния А. при­зна­ёт ли­бо до­во­ды, ос­но­ван­ные на при­ме­рах (ри­то­рич. ана­лог ин­дук­тив­но­го до­ка­за­тель­ст­ва), ли­бо ри­то­рич. сил­ло­гизм, или эн­ти­ме­му. Эн­ти­ме­ма ис­хо­дит из по­сы­лок, вер­ных по боль­шей час­ти, и опус­ка­ет по­сыл­ки, ко­то­рые ау­ди­то­рия лег­ко вос­пол­нит са­ма как оче­вид­ные.

По мас­шта­бу влия­ния на по­сле­дую­щее раз­ви­тие фи­лос. мыс­ли А. не име­ет се­бе рав­ных во всей ис­то­рии фи­ло­со­фии (см. Ари­сто­те­лизм). Соз­дан­ный А. по­ня­тий­ный ап­па­рат обо­га­тил ми­ро­вой фи­лос. и ин­тел­лек­ту­аль­ный лек­си­кон (по­ня­тия «ма­те­рии и фор­мы», «воз­мож­но­сти и дей­ст­ви­тель­но­сти», «тео­рии и прак­ти­ки» и др. соз­да­ны А.); сам стиль совр. на­уч. мыш­ле­ния (ис­то­рия во­про­са, «по­ста­нов­ка про­бле­мы», ар­гу­мен­ты за и про­тив, «ре­ше­ние» и т. д.) вос­хо­дит к ме­то­до­ло­гии Ари­сто­те­ля.

Луч­шие из­да­ния греч. тек­ста отд. трак­та­тов – в се­ри­ях: Ox­ford Clas­si­cal Texts, Col­lec­tion G. Bude (P.), Bib­liotheca Teub­neri­ana (Lpz.); фраг­мен­ты ут­ра­чен­ных со­чи­не­ний: Aris­to­te­lis Ope­ra. Vol. 3: Li­brorum de­per­di­torum frag­menta / Col­le­git Olof Gigon, Ber­olini et Novi Ebo­raci, 1987; луч­ший рус. пер. «Ме­та­фи­зи­ки» – А. В. Ку­биц­ко­го (М.; Л., 1934; пе­ре­изд. – СПб., 2002).

Источник: bigenc.ru

Биографические сведения.

Аристотель (384-322 гг. до н.э.) — величайший древнегреческий философ. Родился во Фракии в г. Стаги­ре (на берегу Эгейского моря). Отец — придворный врач македонско­го царя Аминта II.

В 15 лет Аристотель остался сиротой — на попечении своего дяди (брата отца), который тоже был врачом. Уже в молодости Аристотель активно интересовался естественными науками.

В 367 г. до н.э. Аристотель отправился в Афины, где поступил в Академию Платона, и пробыл там 20 лет, до самой смерти Платона.

После смерти учителя Аристотель покидает Афины, проводит не­сколько лет в странствиях. В 343 г. до н.э. по приглашению македон­ского царя Филиппа он приехал в столицу Македонии Пеллу и три или четыре года учил наследника Филиппа — Александра (Македон­ского).

После воцарения Александра в 335 г. до н.э. 50-летний Аристотель возвратился в Афины и открыл свою философскую школу — Ликей (Лицей). Учеников и последователей Аристотеля часто называли «перипатетиками» (прогуливающимися), так как в Ликее философи­ей принято было заниматься во время прогулок по роще.

После смерти Александра Македонского в Афинах победила антима­кедонская партия и Аристотеля обвинили в богохульстве, в 323 г. он вы­нужден был покинуть Афины.

Умер Аристотель на о. Евбея в 322 г. до н.э.

1 Название «Ликей» возникло потому, что школа располагалась в роще, посвящен­ной Аполлону Ликейскому (Волчьему).

Аристотеля заслужено называют энциклопедистом Древней Гре­ции. Его работы охватывают почти все известные тогда области зна­ния, Аристотель является основоположником ряда наук: логики, психо­логии, биологии, политологии, экономики, истории, философии и др.

Аристотель первым предложил и систему классификации наук.

Основные труды

Покидая Афины, все свои работы Аристотель оставил ученику Теофрасту, от которого они перешли к ученику последнего — Нелею. Более ста лет труды Аристотеля пролежали в подзем­ном хранилище. В I в. н.э. они попали в Рим, где были систематизиро­ваны и изданы Андроником Родосским.

Сохранилось большое количество работ Аристотеля (хотя далеко не все) в самых разных областях знаний, но многие из них известны только в многократных переводах с одного языка на другой (с древне­греческого — на сирийский, с сирийского — на арабский, с арабско­го — на еврейский, с еврейского — на латынь, с латыни — на совре­менные европейские языки).

Работы по философии были объединены в единую книгу, которая полу­чила название «Метафизика» (букв. — «после физики»), так как в дан­ном собрании сочинений она шла после книги под названием «Физика».

Относительно некоторых других работ существуют сомнения в ав­торстве Аристотеля — возможно, они принадлежат его ученикам. Часть произведений Аристотеля написана совместно с его учениками, которые подбирали и систематизировали материалы для этих работ, например по истории греческих полисов (городов-государств), истории животного и растительного мира.

К числу основных трудов Аристотеля относятся:

— Диалоги: «О философии». «Эвдем». «Протрептик».

— Логика (Органон): «Первая аналитика». «Вторая аналитика». «То­пика». «Опровержение софизмов». «Об истолковании». «Категории».

— Философия: «Метафизика».

— Физика: «Физика». «О небе». «О возникновении и уничтожении». «Метеорология».

— Биология: «История животных». «О частях животных». «О движе­ниях животных». «О происхождении животных».

— Психология: «О душе».

— Этика: «Никомахова этика». «Эвдемова этика». «Большая этика».

— Политика: «Политика». «Афинская полития».

— Экономика: «Экономика».

— Искусствоведение: «Поэтика».

— Ораторское искусство: «Риторика».

Источник: studopedia.ru

  Аристотель подверг критике учение Платона о раздельном существовании материи и формы. Он выдвинул концепцию, согласно которой материя и форма существуют в единстве. Это единство материи и формы и есть бытие. Наиболее логично и подробно взаимосвязь материи и формы Аристотель раскрывает в своем учении о четырех причинах (началах):

  • материальной,
  • формальной,
  • производящей,
  • целевой.
  1. Материальная причина — это материя или строительный материал. Сам по себе строительный материал не может стать чем-то. Например, лес, камни, глина и т.п. не могут стать домом. Для этого необходимо иметь план дома.
  2. План дома — это формальная причина. Однако план (или идеальная модель) это еще не дом. Это чистая форма, идея.
  3. Третья причина — производящая. Производящая причина — это то, что выступает в качестве созидателя, строителя, производителя. В нашем примере это архитектор и строители.
  4. Наконец, четвертая причина — цель. Целевая причина — это итог, результат, осуществление замысла. Это дом, в котором уже можно жить.

Работы аристотеля по философии  Идея и план, благодаря производителям, превратили пассивный строительный материал (материю) в реальность. Потенциальная материя благодаря акту становления по замыслу (плану, форме), превращается в действительность. Таким образом, форма, по Аристотелю, является активной основой бытия. Это свойство (быть для пассивной материи планом, целью и результатом) Аристотель назвал энтелехией. Энтелехия может быть частного порядка (в нашем примере) и высшего порядка. Энтелехия высшего порядка — это Бог, или вечный и неподвижный ум. Этот ум есть форма всех форм. Он источник изменения бытия. Однако этот источник как всемирная целевая причина (энтелехия) не существует сам по себе до материи и вне ее. Энтелехия внутренне присуща бытию. Итак, бытие есть единство пассивной, чувственной материи и активной, сверхчувственной формы, обладающей, как уже подчеркивалось, рядом свойств. Материя, следовательно, — пассивная субстанция, форма — активная субстанция. Форма всегда выступает как сущность любого уровня природного явления: вещи, тела, растения, человека, вселенной.
  В мире, согласно Аристотелю, все целесообразно. В любом движении, в любом становлении чего-либо есть цель. Учение о всеобщей целесообразности в мире называется телеологией (теле — цель).
  Аристотель внес вклад в понимание движения. Он различал четыре вида движения: 1) возникновение и уничтожение; 2) качественное изменение, или превращение свойств; 3) количественное изменение, то есть увеличение или уменьшение; 4) перемещение в пространстве. Главным из этих видов, по Аристотелю, является движение в пространстве, которое выступает условием остальных видов движения и к которому сводятся все остальные виды. Движение в пространстве проявляется в трех видах: круговом, прямолинейном и сочетании первого и второго.
  Виды движения связаны у Аристотеля с учением о физических элементах природы. Вслед за Эмпедоклом Аристотель выделял четыре элемента, из которых состоит вся природа: огонь, воздух, вода, земля. Кроме этих четырех элементов, есть еще пятый элемент — эфир, который занимает все мировое пространство и из которого состоят небесные тела. Эфир обладает свойством неизменности.
  Аристотель — сторонник геоцентризма. В центре мира находится неподвижная Земля. Земля — шар. Вокруг Земли обращаются небесные сферы, на которых закреплены планеты и небо со звездами. Геоцентризм Аристотеля впоследствии был разработан Птолемеем. Геоцентрическая система Птолемея — Аристотеля была принята всеми и просуществовала до открытия Коперника.
  Аристотель создал логику — науку о мышлении. Все работы Аристотеля по логике («Категории», «Первая аналитика», «Топика» и другие) позднее объединили в одно название — «Органон» (орудие, инструмент познания). Аристотель сформулировал три закона мышления: закон тождества (понятие должно употребляться в одном и том же значении), закон противоречия (предложения и суждения не могут быть истинными одновременно с их отрицанием), закон исключенного третьего (если даны два взаимопротиворечащих суждения, то при данных условиях истинно может быть только одно).
  «Логика Аристотеля, — пишет Бертран Рассел, — это первая попытка установить в систематизированном виде общую форму языка и доказательства. Многое в ней вдохновлено Платоном, но это не уменьшает ее значения. В любом случае Аристотель сделал для логики то, что вскоре сделал Евклид в геометрии. Аристотелева логика полностью господствовала вплоть до XIX века». (Б. Рассел. Мудрость Запада, с. 139-140).
  Аристотель разработал учение о категориях. Он предложил классификацию категорий, выделив десять категорий: 1) сущность; 2) качество; 3) количество; 4) отношение; 5) место; 6) время; 7) положение; 8) обладание; 9) действие; 10) страдание.
  Также Аристотель разработал этику, теорию государства, теорию искусства. Центральный принцип этики — разумное поведение, умеренность (метриопатия).
  Оценивая этику Аристотеля, В.Ф. Асмус пишет: «Аристотель выделяет этику в особую и притом значительную проблему философии. Вопросам этики посвящены в собрании сочинений Аристотеля три специальных сочинения: «Этика Никомаха», предназначенная для Никомаха, сына Аристотеля; «Этика Евдема», составленная, по-видимому, на основании записей его друга и ученика Евдема; «Большая этика» — извлечение из обеих предыдущих.
  Учение о нравственной деятельности и о нравственных доблестях строится у Аристотеля на основе его объективной телеологии, охватывающей весь мир и всю деятельность в нем человека.
  В человеке, как и во всякой вещи, заложено внутреннее стремление к благой цели, однако это стремление встречается с препятствиями, которые также таятся в природе самого человека. То, к чему все стремится, есть благо, и всякая деятельность стремится к некоторому благу. Некоторые цели при этом лишены самодовлеющего значения и остаются только средствами, подчиненными другим целям. Но есть цель, которой люди желают только ради нее самой. Такая цель — высшее благо, и раскрывает ее высшая руководящая наука — политика. И хотя благо отдельного лица совпадает с благом государства, достигнуть блага для всего государства и удержать это благо — наиболее высокая и совершенная задача.
  Согласно первоначальному определению, высшее благо есть блаженство, т.е. хорошая жизнь и деятельность. Это блаженство не может состоять ни в материальном богатстве, ни в наслаждении, ни даже в одной добродетели. Например, богатство не может быть высшей целью жизни, так как оно всегда есть средство для другой цели, в то время, как «совершенное благо самодовлеюще» (Ник. Этика, I, 5, 1097 в 8). Как самодовлеющее, благо жизни, согласно формальному определению, — само себе цель и ни в чем не нуждается. Но по содержанию высшее благо определяется особенностью и назначением человека. Из сравнения с другими живыми существами ясно, что человек только один обладает не только способностью питания и чувствования, но также и разумом. Поэтому дело человека — разумная деятельность, а назначение совершенного человека — в прекрасном выполнении разумной деятельности, в согласии каждого дела со специальной, характеризующей его добродетелью. Благо человека — в достижении согласия с самой совершенной из добродетелей. Но жизнь, стремящаяся к высшему благу, может быть только деятельной. Бытие наше заключается в энергии, в жизни и в деятельности: существующее в возможности проявляет свою деятельность только на деле. Добрые качества, остающиеся необнаруженными, не дают блаженства. Здесь как на олимпийских состязаниях: награда достанется не тому, кто сильнее и красивее всех, а тому, кто победил в состязании (см. Ник. Этика, I, 8, 1099 а 3-7)».
  Человек — существо общественное. Наилучшие формы государства — монархия, аристократия, полития (умеренная демократия); наихудшие — тирания, олигархия, охлократия (господство толпы). Суть искусства — подражание (мимесис), цель трагедии — «очищение» духа (катарсис).
  Перипатическая школа после Аристотеля
  Преемником Аристотеля по руководству школой стал его ученик и друг Теофраст, скончавшийся в возрасте 85 лет в 288 г. до н.э. Еще при Аристотеле учеников Ликея прозвали перипатетиками, т. е. «прохаживающимися», за то, что они имели обыкновение прохаживаться вслед за Аристотелем в саду Ликея во время занятий или лекций. Теофраст развил в Ликее успешную преподавательскую деятельность, а в своих многочисленных работах охватил все отрасли философии. Он был не только крупный философ, но и ученый. Аристотель положил своими работами начало научному изучению животного мира, Теофраст положил такое же начало изучению мира растений. В философии он занимался самостоятельным исследованием некоторых проблем логики. Он обогатил теорию силлогизма учением о гипотетических умозаключениях, введя в их состав также умозаключения разделительные. Он не соглашался с некоторыми частностями в определениях метафизики и физики Аристотеля, но обычно следовал за ним, несмотря на разногласия. В деятельности мышления он видел движение души; в учении Аристотеля о различии между страдательным и активным разумом он находил известные трудности, однако в целом признавал само это различие. В трактовке вопросов этики, которую он развивал во многих работах с большим знанием людей, и в учении о характерах он также незначительно расходился с Аристотелем. Серьезно он отклонялся от Аристотеля в своем отрицании брака, который, согласно его мнению, мешает научному исследованию, а равно своим отрицанием кровавых жертв и употребление мясной пищи. Отрицание это он обосновывал мыслью о сродстве всех живых существ.
  Из личных учеников Аристотеля выделились Евдем из Родоса и Аристоксен из Тарента. Первый из них выдвинулся своими учеными работами в области истории, оставаясь в них верным взглядам учителя. За это он получил прозвище «вернейшего» ученика Аристотеля. В логике он принял новшества Теофраста, а в физике точно следовал Аристотелю. В этике он определил созерцание, в котором Аристотель находил высшее счастье, Как богопознание, и вообще гораздо теснее, чем Аристотель, связывал этику с богословием.
  Аристоксен известен своим учением о музыкальной гармонии. Не только в теории музыки, но и в этике он соединил аристотелизм с пифагореизмом.
  Ряд последующих перипатетиков были больше учеными специалистами и литераторами, чем философами.
  Зато крупным философом Ликея был Стратон из Лампсака, стоявший в Афинах во главе Ликея в течение 18 лет (287-269). В его лице в Ликее возобладало натуралистическое направление, переходящее в ряде случаев в прямой материализм. Он не только находил необходимым вносить поправки в учение Аристотеля по отдельным вопросам, но выступил против основных дуалистически, и идеалистических элементов его учения. Он отождествил бога, который у Аристотеля был «мышлением о мышлении» и «неподвижным перводвигателем мира», с бессознательно действующей силой природы; на место аристотелевской телеологии он поставил чисто физическое объяснение явлений природы; ее последние основания он находил в тепле и в холоде. Он рассматривал все душевные функции — ощущения и мышление — как движение единой разумной сущности, которую он локализовал, поместив ее в голове между бровями, и утверждал, что именно отсюда она распространяется по различным частям тела вместе с «пневмой», или дыханием, которая служит ее материальным субстратом.

Источник: www.sites.google.com


Categories: Философия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.