Данный опросник имеет несколько структурных уровней, что позволяет получить информацию различного объема и характера. Для обработки результатов необходимо иметь четыре набора "ключей", соответствующих шкалам: "достоверность", поведенческая регуляция", "коммуникативный потенциал", "моральная нормативность". Каждое совпадение ответа с "ключом" оценивается в 1 балл.

Шкала достоверности оценивает степень объективности ответов. В случае, когда общее количество баллов превышает 7, полученные результаты целесообразно считать необъективными вследствие стремления оптанта как можно больше соответствовать "социально желаемому личностному типу". Поставьте себе по 1 баллу за каждый ответ "нет" на следующие вопросы: 1, 10, 19, 31, 51, 69, 78, 92, 101,116,128,138,148.


Шкала поведенческой регуляции поставьте по 1 баллу за каждый ответ "да" на 4, 6, 7, 8, 11, 12, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 28, 29, 30, 37, 39, 40, 41, 47, 57, 60, 63, 65, 67, 68, 70, 71, 73, 75, 80, 82, 83, 84, 86, 89, 94, 95, 96, 98, 102, 103, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 115, 117, 118, 119, 120, 122, 123, 124, 129, 131, 135, 136, 137, 139, 143, 146, 149, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 161, 162-й вопросы и ответы "нет" на 2, 3, 5, 23, 25, 32, 38, 44, 45, 49, 52, 53, 54, 55, 58, 62, 66, 87, 105, 127, 132, 134, 140-й вопросы.

 Подсчитав "сырые" баллы, переведите их в стены: 67 и более баллов — 1 стен; 53–66 баллов – 2 стена; 43–52 балла – 3 стена; 33-42 балла – 4 стена; 26–32 балла — 5 стенов; 21–25 баллов — 6 стенов; 15-20 баллов — 7 стенов; 12-14 баллов — 8 стенов; 8-11 баллов — 9 стенов; 7 и менее баллов — 10 стенов.

При этом, следует иметь в виду, что низким, (для всех шкал) считается значение от 1 до 3 стенов, а высоким – от 8 до 10 стенов. Значение в 4–7 стенов является средним. Превышение этих значений свидетельствует о высоком развитии данного качества, а более низкие значения свидетельствуют о недостаточном развитии рассматриваемой характеристики.


1–3 стена (43 балла и более) — характерен низкий уровень поведенческой регуляции, определенная склонность к нервно-психическим срывам, отсутствие адекватности самооценки и адекватного восприятия действительности.

8–10 стенов (14 баллов и менее) — характерен высокий уровень нервно-психической устойчивости и поведенческой регуляции, высокая адекватная самооценка, адекватное восприятие действительности.

Шкала коммуникативного потенциала поставьте по 1 баллу за каждый ответ "да" на 9, 24, 27, 33, 43, 46, 61, 64, 81, 88, 90, 99, 104, 106, 114, 121, 126, 133, 142, 151, 152-й вопросы и каждый ответ "нет" на 26, 34, 35, 48, 74,85,107,130,144,147,159-й вопросы.

Подсчитав "сырые" баллы, переведите их в стены: 25 и более баллов — 1 стен; 22-24 балла — 2 стена; 20-21 балл — 3 стена; 18-19 баллов 4 стена; 16-17 баллов — 5 стенов; 13-15 баллов — 6 стенов; 11-12 баллов — 7 стенов; 9-10 баллов — 8 стенов; 7-8 баллов — 9 стенов; 6 и менее баллов — 10 стенов.


1–3 стена (20 баллов и более) — характерен низкий уровень коммуникативных способностей, затруднение в построении контактов с окружающими, проявление агрессивности, повышенная конфликтность.

8–10 стенов (10 баллов и менее) — характерен высокий уровень коммуникативных способностей, легко устанавливает контакты с окружающими, не конфликтен.

Шкала морально-нравственной нормативности поставьте по 1 баллу за каждый ответ "да" на 14, 22, 36, 42, 50, 56, 59, 72, 77, 79, 91, 93, 125, 141, 141, 150, 164, 165-й вопросы и каждый ответ "нет" на 13, 76, 97,100,160,163-й вопросы.

 Подсчитав "сырые" баллы, переведите их в стены: 21 и более баллов — 1 стен; 19-20 баллов — 2 стена; 17-18 баллов — 3 стена; 15-16 баллов — 4 стена; 13-14 баллов — 5 стенов; 11-12 баллов —6 стенов; 9-10 баллов — 7 стенов; 7-8 баллов — 8 стенов; 5-6 баллов – 9 стенов; 4 и менее баллов – 10 стенов.

1–3 стена (17 баллов и более) — характерен низкий уровень социализации, не может адекватно оценить свое место и роль в коллективе, не стремится соблюдать общепринятые нормы поведения.


8-10 стенов (8 баллов и менее) — характерен высокий уровень социализации, адекватно оценивает свою роль в коллективе, ориентируется на соблюдение общепринятых норм поведения.

Шкала личностного потенциала социально-психологической адаптации "сырые" баллы шкал "поведенческая регуляция", "коммуникативный потенциал", "моральная нормативность" суммируются, что соответствует значению данной шкалы. Полученные значения переводятся в стены: 103 и более баллов — 1 стен; 81-102 балла — 2 стена; 73-80 баллов — 3 стена; 60-72 балла — 4 стена; 51-59 баллов — 5 стенов; 45-50 баллов — 6 стенов; 36-44 балла — 7 стенов; 31-35 баллов — 8 стенов; 23-30 баллов — 9 стенов; 22 и менее баллов – 10 стенов.

В соответствии с полученными значениями можно отнести себя к одной из трех основных групп, выделяемых по уровню адаптивности:

6-10 стенов — 1 группа — группа хорошей и нормальной адаптации. Лица, входящие в состав этой группы, достаточно легко адаптируются к новым условиям деятельности, быстро "входят" в новый коллектив, достаточно легко и адекватно ориентируются в ситуации, быстро вырабатывают стратегию своего поведения и социализации.


к правило, не конфликтны, обладают высокой эмоциональной устойчивостью. Функциональное состояние лиц этих групп в период адаптации остается в пределах нормы, работоспособность сохраняется.

3-5 стенов — 2 группа — группа удовлетворительной адаптации. Большинство лиц этой группы обладают признаками различных акцентуаций, которые в привычных условиях частично компенсированы и могут проявляться при смене деятельности. Поэтому успех адаптации во многом зависит от внешних условий среды. Эти лица, как правило, обладают невысокой эмоциональной устойчивостью. Процесс социализации осложнен, возможны асоциальные срывы, проявления агрессивности и конфликтности. Функциональное состояние на начальном этапе адаптации может быть снижено. Лица этой группы требуют постоянного контроля.

1-2 стена — 3 группа — группа неудовлетворительной адаптации. Лица этой группы обладают признаками явных акцентуаций характера, а психическое состояние можно охарактеризовать как пограничное. Процесс адаптации протекает тяжело. Возможны нервно-психические срывы, длительные нарушения функционального состояния. Лица этой группы обладают низкой нервно-психической устойчивостью, конфликтны, могут допускать делинквентные (правонарушающие) поступки.

 


Источник: www.bibliotekar.ru

Описание методики

Многоуровневый личностный опросник (МЛО) «Адаптивность» разработан А. Г. Маклаковым и С. В. Чермяниным (1993). Предназначен для изучения адаптивных возможностей индивида на основе оценки некоторых психофизиологических и социально-психологических характеристик, отражающих интегральные особенности психического и социального развития. Опросник принят в качестве стандартизированной методики и рекомендуется к использованию для решения задач профессионального психологического отбора, психологического сопровождения учебной и профессиональной деятельности.

Результаты тестирования по МЛО могут быть интерпретированы от простейших суждений («годен — не годен») до подробной личностной характеристики.

Многоуровневый личностный опросник (МЛО) «Адаптивность» состоит из 165 вопросов и имеет 4-е структурных уровня, что позволяет получить информацию различного объёма и характера.

  • Шкалы 1-го уровня являются самостоятельными и соответствуют базовым шкалам СМИЛ (MMPI), позволяют получить типологические характеристики личности, определить акцентуации характера.
  • Шкалы 2-го уровня соответствуют шкалам опросника ДАН («Дезадаптационные нарушения»), предназначенного для выявления дезадаптационных нарушений преимущественно астенических и психотических реакций и состояний.
  • Шкалы 3-го уровня: поведенческая регуляция (ПР}, коммуникативный потенциал (КП) и моральная нормативность (МН).
  • Шкала 4-го уровня — личностный адаптационный потенциал (ЛАП).

Теоретические основы

Теоретической основой теста является представление об адаптации, как о постоянном процессе активного приспособления индивида к условиям социальной среды, затрагивающего все уровни функционирования человека. Эффективность адаптации в значительной степени зависит как от генетически обусловленных свойств нервной системы, так и от условий воспитания, усвоенных стереотипов поведения, адекватности самооценки индивида. Искаженное или недостаточно развитое представление о себе ведет к нарушению адаптации, что может сопровождаться повышенной конфликтностью, непониманием своей социальной роли, ухудшением состояния здоровья. Случаи глубокого нарушения адаптации могут приводить к развитию болезней, срывам в учебной, профессиональной деятельности, антисоциальным поступкам. Процесс адаптации чрезвычайно динамичен. Его успех во многом зависит от целого ряда объективных и субъективных условий, функционального состояния, социального опыта, жизненной установки и др. Каждый человек по-разному относится к одним и тем же событиям, а один и тот же воздействующий стимул у разных людей может вызвать различную ответную реакцию.


жно выделить некоторый интервал ответных реакций индивида, который будет соответствовать представлению о психической норме, а также можно определить некоторый «интервал» отношений человека к тому или иному явлению, касающихся, прежде всего категорий общечеловеческих ценностей, не выходящий за рамки общепринятых моральных норм. Степень соответствие этому «интервалу» психической и социально-нравственной нормативности и обеспечивает эффективность процесса социально-психологической адаптации, определяет личностный адаптационный потенциал (ЛАП), являющейся важнейшей интегративной характеристикой психического развития. Характеристику личностного потенциала адаптации можно получить, оценив поведенческую регуляцию, коммуникативные способности и уровень моральной нормативности.

Поведенческая регуляция (ПР) — это понятие характеризующее способность человека регулировать своё взаимодействие со средой деятельности. Основными элементами поведенческой регуляции являются: самооценка, уровень нервно-психической устойчивости, а также наличие социального одобрения (социальной поддержки) со стороны окружающих людей. Все выделенные структурные элементы не являются первоосновой регуляции поведения. Они лишь отражают соотношение потребностей, мотивов, эмоционального фона настроения, самосознания, «Я-концепции» и др. Система регуляции — это сложное, иерархическое образование, а интеграция всех её уровней в единый комплекс и обеспечивает устойчивость процесса регуляции поведения.


Коммуникативные качества (коммуникативный потенциал — КП) является следующей составляющей личностного адаптационного потенциала (ЛАП). Поскольку человек практически всегда находится в социальном окружении, его деятельность сопряжена с умением построить отношения с другими людьми. Коммуникативные возможности (или умение достигнуть контакта и взаимопонимания с окружающими) у каждого человека различны. Они определяются наличием опыта и потребности общения, а также уровнем конфликтности.

Моральная нормативность (МН) обеспечивает способность адекватно воспринимать индивидом предлагаемую для него определённую социальную роль. В данном тесте вопросы, характеризующие уровень моральной нормативности индивида, отражают два основных компонента процесса социализации: восприятие морально-нравственных норм проведения и отношение к требованиям непосредственного социального окружения.

Процедура проведения

Инструкция

«Сейчас Вам будет предложен ряд вопросов, на которые Вы должны ответить только «да» ( + ) или «нет» ( — ). Вопросы касаются непосредственно Вашего самочувствия, поведения или характера. «Правильных» или «неправильных» ответов здесь быть не может, поэтому не старайтесь долго их обдумывать или советоваться с товарищами — отвечайте исходя из того, что больше соответствует Вашему состоянию или представлению о самом себе».

Обработка и интерпретация результатов


На каждый вопрос теста пациент должен отвечать «да» или «нет». Поэтому при обработке результатов учитывается количество ответов совпавших с «ключом». Каждое совпадение ответа с «ключом» оценивается в один балл.

Шкалы 3-го и 4-го уровня

Для решения задач профконсультирования достаточно использовать характеристики 3-го и 4-го уровней. Обработку результатов целесообразно начинать с 3-го уровня. Для этого необходимо иметь четыре набора «ключей», соответствующих шкалам: достоверность, поведенческая регуляция (ПР), коммуникативный потенциал (КП), моральная нормативность (МН).

«Ключи» к 3-му и 4-му уровню методики МЛО

Шкалы «Да» «Нет»
Достоверность 1, 10, 11, 19, 31, 51, 69, 78, 92, 101, 116, 128, 138, 148.
Поведенческая регуляция (ПР) 4, 6, 7, 8, 11, 12, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 28, 29, 30, 37, 39, 40, 41, 47, 57, 60, 63, 65, 67, 68, 70, 71, 73, 80, 82, 83, 84, 86, 89, 94, 95, 96, 98, 102, 103, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 115, 117, 118, 119, 120, 122, 123, 124, 127, 129, 131, 135, 136, 137, 139, 143, 146, 149, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 161, 162. 2, 3, 5, 23, 25, 32, 38, 44, 45, 49, 52, 53, 54, 55, 58, 62, 66, 75, 87, 105, 127, 132, 134, 140.
Коммуникативный потенциал (КП) 9, 24, 27, 33, 43, 46, 61, 64, 81, 88, 90, 99, 104, 106, 114, 121, 126, 133, 142, 151, 152. 26, 34, 35, 48, 74, 85, 107, 130, 144, 147, 159.
Моральная нормативность (МП) 14, 22, 36, 42, 50, 56, 59, 72, 77, 79, 91, 93, 125, 141, 145, 150, 164, 165. 13, 76, 97, 100, 160, 163.
Личностный адаптационный потенциал {ЛАП) 4, 6, 7, 8, 9, 11, 12, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 22, 24, 27, 28, 29, 30, 33, 36, 37, 39, 40, 41, 42, 43, 46, 47, 50, 56, 57, 59, 60, 61, 63, 64, 65, 67, 68, 70, 71, 72, 73, 77, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 86, 88, 89, 90, 91, 93, 94, 95, 96, 98, 99, 102, 103, 104, 106, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 129, 131, 133, 135, 136, 137, 139, 141, 142, 143, 145, 146, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 161, 162, 164, 165. 2, 3, 5, 13, 23, 25, 26, 32, 34, 35, 38, 44, 45, 48, 49, 52, 53, 54, 55, 58, 62, 66, 74, 75, 76, 85, 87, 97, 100, 105, 107, 130, 132, 134, 140, 144, 147, 159, 160, 163.

Шкала достоверности, оценивает степень объективности ответов. В случае если общее количество баллов по данной шкале превышает 10 баллов, то полученные результаты целесообразно считать необъективными, вследствие стремления пациента как можно «больше» соответствовать социально желаемому личностному типу.«Сырые» баллы шкал «поведенческая регуляция», «коммуникативный потенциал», «моральная нормативность» суммируются, что соответствует значению шкалы 4-го уровня — «Личностный потенциал социально-психологической адаптации» (ЛАП).

Полученные значения 3-го уровня переводятся по таблице в стены, группа развития адаптационных способностей определяется по шкале 4-го уровня, значения которой также переводятся в стены.

Перевод в стандартные баллы результатов, полученных по шкалам 3-го уровня теста МЛО

Стены
шкалы
ПР
КП
МН
1
46->
27-31
18->
2
38-45
22-26
15-17
3
30-37
17-21
12-14
4
22-29
13-16
10-11
5
16-21
10-12
7-9
6
13-15
7-9
5-6
7
9-12
5-6
3-4
8
6-8
3-4
2
9
4-5
1-2
1
10
0-3
0
0

Перевод в стены результатов полученных по шкале 4-го уровня и определение группы адаптационных способностей по тесту МЛО

Наименование показателей
Стены
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
ЛАП 17-20 лет
58 и –>
47-57
40-46
33-39
27-32
23-26
18-22
15-17
12-14
1-11
ЛАП 27-35 лет
61 и –>
51-60
40-50
33-39
28-32
22-27
16-21
11-15
6-10
1-5
Группа
4 группа
3 группа
2 группа
1 группа

Краткая интерпретация шкал 3-го уровня

Наименование шкалы Интерпретация низких значений (в стенах) Интерпретация высоких значений (в стенах)
ПР
низкий уровень поведенческой регуляции, определённая склонность к нервно-психическим срывам, отсутствие адекватности самооценки и адекватного восприятия действительности. высокий уровень нервно-психической устойчивости и поведенческой регуляции, высокая адекватная самооценка, адекватное восприятие действительности.
КП
низкий уровень коммуникативных способностей, затруднение в построении контактов с окружающими, проявление агрессивности, повышенная конфликтность. высокий уровень коммуникативных способностей, быстрое становление контактов с окружающими, не конфликтность.
МН
низкий уровень социализации, неадекватная оценка своего места и роли в коллективе, отсутствие стремления соблюдать общепринятые нормы поведения. высокий уровень социализации, адекватная оценка своей роли в коллективе, ориентация на соблюдение общепринятых норм поведения.

Интерпретация групп адаптационных способностей личности по тесту МЛО («Адаптивность»)

Группа
Интерпретация
1-2
Группа хороших адаптационных способностей. Лица той группы легко адаптируются к новым условиям деятельности, быстро «входят» в новый коллектив, достаточно легко и адекватно ориентируются в ситуации, быстро вырабатывают стратегию своего поведения и социализации. Как правило, не конфликтны, обладают высокой эмоциональной устойчивостью. Функциональное состояние лиц этой группы в период адаптации остаётся в пределах нормы, работоспособность сохраняется.
3
Группа удовлетворительной адаптации. Большинство лиц этой группы обладают признаками различных акцентуаций, которые в привычных условиях частично компенсированы и могут проявляться при смене деятельности. Поэтому успех адаптации во многом зависит от внешних условий среды. Эти лица, как правило, обладают невысокой эмоциональной устойчивостью. Процесс социализации осложнён, возможны асоциальные срывы, проявление агрессивности и конфликтности. Функциональное состояние в начальные этапы адаптации может быть нарушено. Лица этой группы требуют постоянного контроля.
4
Группа сниженной адаптации. Эта группа обладает признаками явных акцентуаций характера и некоторыми признаками психопатий, а психическое состояние можно охарактеризовать как пограничное. Процесс адаптации протекает тяжело. Возможны нервно-психические срывы, длительные нарушения функционального состояния. Лица этой группы обладают низкой нервно-психической устойчивостью, конфликтны, могут допускать делинквентные поступки.

Шкалы 2-го уровня

Шкалы 2-го уровня соответствуют шкалам опросника ДАН («Дезадаптационные нарушения»). Опросник ДАН включает в себя 77 вопросов и имеет 3 шкалы:

  1. «Астенические реакции и состояния» (АС);
  2. «Психотические реакции и состояния» (ПС);
  3. «Дезадаптационные нарушения» (ДАН).

Обработку результатов следует начинать со шкал: «Астенические реакции» и «Психотические реакции». Для этого необходимо иметь 2 набора «ключей», соответствующих шкалам АС и ПС, каждое совпадение с «ключом» оценивается в один балл.

«Ключи» ко 2-му уровню методики МЛО

Шкалы «Да» «Нет»
Астенические реакции и состояния (шкала АС) 6, 7, 12, 13, 14, 18, 27, 31, 32, 33, 34, 37, 41, 43, 46, 48, 49, 51, 52, 53, 55, 57, 58, 59, 60, 61, 63, 64, 71, 72, 73, 74. 1, 2, 9, 11, 21, 25, 26, 30, 38, 42, 67.
Психотические реакции и состояния (шкала ПС) 3, 4, 5, 8, 10, 15, 17, 19, 20, 22, 23, 24, 28, 29, 35, 36, 39, 40, 44, 45, 47, 50, 54, 56, 65, 66, 68, 69, 70, 76, 77. 16, 62, 75.
Интегративная оценка «Дезадаптационные нарушения» (шкала ДАН) 3, 4, 5, 6, 7, 8, 10, 12, 13, 14, 15, 17, 18, 19, 20, 22, 23, 24, 27, 28, 29, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 39, 40, 41, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 63, 64, 65, 66, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 76, 77. 1, 2, 9, 11, 16, 21, 25, 26, 30, 38, 42, 62, 67, 75.

Для астенических реакций и состояний в большей степени характерно ухудшение сна, снижение аппетита, отсутствие мотивации к профессиональной деятельности, низкая толерантность к неблагоприятным факторам труда, высокий уровень тревожности, ипохондрическая фиксация. Для психотических реакций типичны высокий уровень нервно-психического напряжения, агрессивность, ухудшение межличностных контактов, нарушение морально-нравственной ориентации, явления аффективного возбуждения и торможения.«Сырые» баллы шкал АС и ПС суммируются, и эти значения соответствуют интегральной оценке — «Дезадаптационные нарушения» (ДАН).

ДАН = АС(«сырые» баллы) + ПС («сырые» баллы)

Полученные «сырые» значения шкал АС, ПС и ДАН переводятся в стены.

Перевод шкал АС, ПС и ДАН в стены (мужская популяция, возраст 20-25 лет)

Наименование показателей
Стены
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
Шкала АС
36 –>
30-35
22-29
16-21
10-15
7-9
5-6
3-4
2
0-1
шкала ПС
27 –>
22-26
16-21
13-15
8-12
6-7
4-5
2-3
1
0
шкала ДАН
51 –>
43-50
36-42
31-35
21-30
16-20
11-15
6-10
3-5
2-0

Краткая интерпретация основных астенических и психотических проявлений

Название шкал
Смысловая интерпретация низких значений (1-3 стена)
Шкала «Астенических реакций и состояний» (АС) Высокий уровень ситуационной тревожности, расстройства сна, ипохондрическая фиксация, повышенная утомляемость, истощаемость, слабость, резкое снижение способности к продолжительному физическому или умственному напряжению, низкая толерантность к неблагоприятным факторам профессиональной деятельности, особенно при чрезвычайных нагрузках, аффективная лабильность с преобладанием пониженного настроения, слезливость, гнетущая безысходность, тоска, хандра, восприятие настоящего окружения и своего будущего только в мрачном свете, наличие суицидальных мыслей, отсутствие мотивации к профессиональной деятельности и др.
Шкала «Психотические реакции и состояния» (ПС) Выраженное нервно-психическое напряжение, импульсивные реакции, приступы неконтролируемого гнева, ухудшение межличностных контактов, нарушение морально-нравственной ориентации, отсутствие стремления соблюдать общепринятые нормы поведения, групповых и корпоративных требований, делинквентное поведение, чрезмерная агрессивность, озлобленность, подозрительность, иногда: аутизм, деперсонализация, наличие галлюцинаций и др.
Интегральная шкала ДАН Выраженные (достаточно выраженные) признаки дезадаптационных нарушений. Требуется консультация психиатра. Показана комплексная психологическая и фармакологическая коррекция.

Шкалы 1-го уровня — базовые шкалы СМИЛ

Методика ДАН может использоваться самостоятельно или в общем контексте МЛО «Адаптивность». Для осуществления углубленного психологического изучения (выявления акцентуаций характера) и выбора методов индивидуальной комплексной психологической коррекции необходимо провести обработку шкал 1-го уровня, которые аналогичны базовым шкалам СМИЛ (MMPI). Подсчитывается количество совпадений с «ключом» по каждой шкале.

«Ключи» к базовым шкалам СМИЛ в методике МЛО «Адаптивность» (шкалы 1-го уровня) =

Шкалы «Да» «Нет»
L
1, 10, 31, 69, 78, 92, 101, 116, 128, 148.
F
4, 8, 11, 18, 20, 22, 37, 41, 47, 60, 72, 82, 84, 86, 91, 96, 98, 103, 115, 153. 2, 25, 43, 44, 53.
К
35. 15, 46, 48, 64, 73, 90, 102, 151.
Hs
17, 67. 2, 3, 5, 23, 38, 53, 55, 58, 62, 75, 93.
D
16, 17, 30, 39, 46. 5, 14, 23, 26, 27, 32, 34, 50, 52, 53, 54, 55, 67, 68, 77, 102.
Hy
11, 17, 20, 21, 28, 65, 67. 2, 3, 23, 33, 38, 42, 45, 48, 53, 58, 61, 62, 64, 75, 88, 90, 95, 97, 99.
Pd
6, 8, 11, 12, 14, 41, 42, 56, 72, 81, 82, 91, 114. 13, 35, 45, 48, 55, 79, 90, 97, 100, 102.
Mf
63, 66, 73. 9, 43, 50, 74, 86, 87.
Pa
4, 7, 8, 10, 18, 39, 43, 46, 48, 98, 104, 125, 150, 152. 33, 42, 84, 137, 145, 155.
Pt
7, 10, 11, 16, 28, 30, 37, 41, 67, 73, 80, 88, 103, 104, 110, 117, 120, 122, 123. 2, 52.
Sc
4, 6, 7, 8, 10, 11, 12, 14, 16, 21, 24, 36, 39, 56, 60, 63, 70, 80, 89, 98, 103, 105, 106, 108, 111, 119, 123, 124. 13, 38, 44, 66, 107.
Ma
6, 7, 27, 36, 42, 49, 56, 59, 76, 77, 80, 89, 90, 93, 95. 40, 43, 64, 96.
Si
64, 85, 126, 160, 163. 12, 49, 90, 74, 144, 147, 159.

Затем «сырое» значение переводится в Т-баллы, в соответствии с правилами перевода шкал СМИЛ.

Перевод «сырых» баллов базовых шкал СМИЛ (MMPI) опросника МЛО «Адаптивность» в стандартные Т-баллы

Особенностью перевода является то, что к «сырым» показателям отдельных шкал прибавляются, с учётом коэффициента, значения шкалы K (коррекция), после чего только осуществляется перевод в Т-баллы.

(Hs + 0,5K; Pd + 0,4K; Pt + 1K; Sc + 1K; Ma + 0,2K)

В тех случаях, когда значение по шкале L (шкала достоверности) превышает 70 Т-ед., полученные данные следует расценивать как недостоверные, ввиду неискренних ответов пациента на вопросы МЛО, и интерпретация по остальным всем шкалам не производится. При значениях изучаемых показателей в пределах 71-80 Т-ед. можно утверждать о наличии определенных личностных акцентуаций. Превышение изучаемых показателей по шкалам более 81 Т-ед. свидетельствует о наличии выраженных акцентуаций характера. При 90 и более Т-ед. показана обязательная консультация психиатра (психоневролога).

Смысловая интерпретация результатов обследования с применением 1-го уровня МЛО «Адаптивность» (патохарактерологические особенности личности)

Шкала достоверности (L). Включает те утверждения, которые выявляют тенденцию представлять себя в более выгодном свете, продемонстрировать очень строгое соблюдение правил. Высокие показатели по данной шкале (70 Т и выше) указывают на умышленное стремление приукрасить себя, отрицая наличия в своем поведении слабостей, присущих любому человеку.

Шкала надежности (F). Высокие показатели (70 Т и выше) свидетельствуют об излишней самокритичности. Тенденции к преувеличению существующих проблем, стремление подчеркнуть дефекты своего характера. Признаки отсутствия гармонии и психологического комфорта. Признаки защитных реакций: возможно, неосознанная попытка изобразить другое (выдуманное) лицо, а не свои личностные особенности. Повышенные значения по данной шкале, возможно, являются следствием излишней взволнованности при проведении процедур обследования.

Шкала коррекции (К). Тенденция к искажению результатов обследования, что связано с чрезмерной осторожностью, высоким самоконтролем в ходе обследования и (или) желанием показать себя «в лучшем свете». Также возможен неосознанный контроль поведения.

  1. Шкала ипохондрии (Hs). Тенденция к астеноневротическому типу реагирования. Склонность к социальной пассивности, подчиняемости. Медленная адаптация к профессиональным условиям деятельности, климатическим факторам и новому коллективу. Плохая переносимость смены обстановки. Плохое самообладание в ходе межперсональных конфликтов.
  2. Шкала депрессии (D). Направлена на выявление депрессивных состояний. Тенденция к сниженному фону настроения, неуверенности в своих силах, тревоге, повышенном чувстве вины, ослаблении волевого контроля. Признаки излишней сензитивности (повышенная чувствительность, обидчивость). Низкая толерантность (устойчивость) к психическим и физическим нагрузкам. Неспособность быстро принимать самостоятельные решения. При неудачах — склонность впадать в отчаяние.
  3. Шкала истерии (Ну). Повышение показателей по шкале выявляет эмоциональную лабильность, вытеснение сложных психологических проблем, социальную и эмоциональную незрелость личности, вплоть до истерических проявлений (при повышении показателей выше 80 Т). Признаки истероидных черт характера. Стремление казаться значительнее, лучше, чем это есть на самом деле. Склонность к эгоцентризму и самосожалению. Выраженное желание во что бы то ни стало обратить на себя внимание окружающих.
  4. Шкала психопатии (Pd). Признаки социальной дезадаптации. Тенденция к повышенной агрессивности, межперсональной конфликтности, частой перемене настроения, интересов и привязанностей, обидчивость. Склонность к аффектам, особенно в ситуациях ущемления чувства собственного достоинства. В ходе принятия решений преобладает импульсивность. Зачастую — пренебрежение к социальными и корпоративным нормами и ценностями. Временный подъем по этой шкале, возможно, вызван какой-нибудь ситуационной причиной.
  5. Шкала мужественности-женственности (Mf). Шкала измеряет степень идентификации пациента с мужским или женским ролевым поведением. По-разному интерпретируется в зависимости от пола пациента. Высокие показатели в мужском варианте профиля характеризуют наличие женских черт характера: чувствительность, ранимость, способность тонко чувствовать нюансы межличностных отношений, гуманистическую направленность интересов.
  6. Шкала паранойяльности (Ра). Склонность к ригидной (негибкой) системе в подходе к решению различных жизненных проблем, медленной смене настроения, постепенному накапливанию аффекта. Конкретность мышления, излишняя детализации и педантизм. Тенденция к упорному и активному насаждению своих взглядов и ценностей, что является причиной частых конфликтов с окружающими. Зачастую — переоценка собственных удач и достижений, формирующих совершенную идею исключительности. Склонность к соперничеству, ревности, злопамятству, мстительности, формированию сверхценных идей отношений.
  7. Шкала психастении (Рt). Характерна излишняя тревожность по любым причинам, нерешительность и боязливость в принятии решений. Постоянные сомнения в правильности выбора решения и поставленных целей. Тенденция к тщательной перепроверке своих поступков и проделанной работы. Повышенное чувство вины за малейшие неудачи и ошибки. Мнительность, неуверенность в себе. Обязательная ориентация на мнение коллектива (группы), приверженность к общепринятым нормам. Склонность к альтруистическим проявлениям, действиям на маргинальном (предельном) уровне своих возможностей, только чтобы заслужить одобрение со стороны окружающих лиц.
  8. Шкала шизоидности (Sc). Шизоидный тип поведения, проявляющийся сочетанием повышенной чувствительности с эмоциональной холодностью и отчужденностью в межличностных отношениях. Выраженная интуитивность, способность тонко чувствовать и воспринимать абстрактные образы. Повседневные (житейские) радости и горести, как правило, не вызывают должного эмоционального отклика. Склонность к фантазированию, ориентация на своё субъективное видение сущности явлений, нежели на общепринятые, устоявшиеся, шаблонные представления. Иногда — продуцирование нелепых и труднообъяснимых поступков, странных и непонятных идей и высказываний.
  9. Шкала гипомании (Ma). Гипертимный тип поведения (независимо от обстоятельств, приподнятое настроение, чрезмерная активность, бурная деятельность, «плещущая через край» энергия без четкой направленности). Хорошая коммуникабельность (охотное и быстрое установление контактов с окружающими людьми). Постоянное стремление к поиску «острых ощущений». Желание испытать себя и свои силы в экстремальных и нестандартных ситуациях. Ориентация на работу с частыми командировками, сменой коллективов и мест проживания. Однако, интересы, как правило, скоротечны, поверхностны, неустойчивы. Все быстро «приедается», дефицит выдержки и настойчивости. Эгоцентризм, эмоциональная незрелость, ненадежность моральных установок и привязанностей.
  10. Шкала социальной интроверсии (Si). Склонность к ограничению социальных контактов. Определенные сложности в установлении межперсональных контактов. Ориентация на общение в узком кругу друзей и знакомых.

Стимульный материал

Текст опросника

Текст опросника ДАН («Дезадаптационные нарушения»)

Источник: www.psylab.com.ua

Известно, что в процессе развития личности будущего специалиста особую роль играет начальный этап обучения в вузе. Сложность его заключается в том, что у студента происходит перестройка всей системы ценностно-познавательных ориентаций личности, осваиваются новые способы познавательной деятельности и формируются определенные типы и формы межличностных связей и отношений. И чем эффективнее пройдет адаптация студентов к вузовскому обучению, тем выше будет психологический комфорт, учебная мотивация, направленность и характер учебной деятельности на старших курсах.

В общем, под адаптацией понимают приспособление организма к различным требованиям среды (как социальным, так и физическим) без ощущения внутреннего дискомфорта и без конфликта со средой.

Процессы адаптации направлены, на сохранение гомеостаза и реализуются на трех функциональных уровнях: физиологическом, психологическом и социальном. Важным аспектом социальной адаптации является принятие индивидом социальной роли. Психологическую адаптацию человека можно определить как приспособление личности к существованию в обществе в соответствии с социальными требованиями этого общества и с собственными потребностями, мотивами и интересами.

В нашем исследовании мы рассматриваем адаптацию как процесс активного и творческого приспособления индивида к условиям социальной среды, в частности к условиям обучения и воспитания в учебном заведении.

Некоторые исследователи выделяют следующие этапы адаптации студентов: физиологическая адаптация к учебному процессу (занимает около 2 недель), психологическая адаптация (длится до 2 месяцев), социально-психологическая адаптация (продолжается до 3 лет) [2].

Если процесс адаптации не происходит вовремя, то развитие неудовлетворенности обучением в ВУЗе и нарушений психических функций (мышление, внимание, память, восприятие) происходит по принципу усиливающей обратной связи: чем больше накапливается нарушений, тем больше они усугубляют процесс дальнейшей дезадаптации. Начинаются нарушения со стороны здоровья. Искаженное или недостаточно развитое представление о себе ведет к нарушению адаптации, что может сопровождаться повышенной конфликтностью, непониманием своей социальной роли, снижением работоспособности, ухудшением состояния здоровья. Случаи глубокого нарушения адаптации могут приводить к развитию болезней, срывам в учебной, профессиональной деятельности, антисоциальным поступкам [1].

Целью нашего исследования является изучение и регуляция процесса адаптации студентов 1 курса автомобильного факультета Чебоксарского института (филиала) ГОУ ВПО «Московский государственный открытый университет».

Задачи:

  • создать психолого-педагогические условия для ускорения процессов адаптации первокурсников к обучению в вузе;
  • изучить личностный адаптационный потенциал студентов.

Объект исследования — особенности социально-психологической адаптации студентов.

Для оценки личностного адаптационного потенциала (ЛАП) применялся многоуровневый личностный опросник (МЛО) «Адаптивность» А.Г. Маклакова, который помимо интегративного показателя ЛАП давал возможность определять значения парциальных показателей таких, как: моральная нормативность, коммуникативный потенциал и поведенческая регуляция.

В опросе приняли участие 30 первокурсников и 30 студентов второго курса дневного отделения автомобильного факультета ЧИ (ф) МГОУ. Все опрашиваемые – юноши. Средний возраст студентов 1 курса – 17,2 года; второго – 18,2 года. Тест был проведен на первой неделе второго семестра 2006-2007 учебного года.

Опросник включал в себя 165 пунктов. Обработка результатов осуществлялась путем подсчета количества совпадений ответов испытуемого с ключом по каждой из пяти шкал: достоверность, адаптивные способности, поведенческая регуляция (нервно-психическая устойчивость, самооценка, наличие социального одобрения со стороны окружающих), коммуникативные способности, моральная нормативность.

Результаты всех шкал, кроме шкалы «достоверность», выражались в процентах и интерпретировались в соответствии со следующими нормативами: 0 — 40% — высокий уровень выраженности показателей, высокий уровень развития адаптивных способностей; 40 – 60 % — средний уровень; 60 – 100 % — низкий уровень.

Оценку личностного адаптационного потенциала (ЛАП), являющегося важной интегральной характеристикой психического развития можно получить, оценив уровень поведенческой регуляции, коммуникативной способности и моральной нормативности.

Остановимся подробнее на данных первокурсников.
Установлено, что показатели поведенческой регуляции студентов 1 курса принимают значения высокого уровня выраженности. Как известно, поведенческая регуляция (ПР) – это понятие, характеризующее способность человека регулировать своё взаимодействие со средой. Это значит, что студенты 1 курса имеют адекватную самооценку, высокий уровень нервно-психической устойчивости (НПУ) и располагают социальным одобрением (поддержкой) со стороны окружающих людей.

Внутри данного параметра результаты распределились следующим образом.

Уровень поведенческой регуляции

Уровень

Низкий

Средний

Высокий

% , кол-во человек

3,3% (1 чел.)

3,3% (1 чел.)

93,4 % (28 чел.)

Коммуникативный потенциал человека являются следующей составляющей личностного адаптационного потенциала. Поскольку человек практически всегда находится в социальном окружении, его деятельность сопряжена с умением построить отношения с другими людьми. Коммуникативные возможности (или умение достигнуть контакта и взаимопонимания с окружающими) у каждого человека различны. Они определяются наличием опыта, потребностью в общении, принципами построения контакта, групповой идентификацией, а также уровнем конфликтности.

Выяснено, что коммуникативный потенциал студентов 1 курса (42,5 %) лежит в области средней выраженности данного признака.

Уровень коммуникативного потенциала

Уровень

Низкий

Средний

Высокий

%, кол-во человек

16,7 % (5 чел.)

30 % (9 чел.)

53,3 % (16 чел.)

Не менее важной стороной процесса адаптации является соблюдение моральных норм поведения (моральная нормативность – МН), обеспечивающих способность адекватно воспринимать индивидом предлагаемую для него определенную социальную роль. В данном тесте, вопросы, характеризующие уровень моральной нормативности индивида отражают 2 основных компонента процесса социализации: восприятие морально-нравственных норм поведения и отношение к требованиям непосредственного социального окружения. Установлено, что показатель моральной нормативности опрошенных соответствует среднему уровню (44,9 %).

Уровень моральной нормативности

Уровень

Низкий

Средний

Высокий

%, кол-во человек

16,7 % (5 чел.)

40 % (12 чел.)

43,3 % (13 чел.)

Интегративной характеристикой адаптации является уровень адаптивных способностей. Его среднее значение составило 34,8 %. Согласно шкале, данное значение соответствует зоне высокой выраженности изучаемого параметра.

Уровень адаптивных способностей

Уровень

Низкий

Средний

Высокий

%, кол-во человек

6,7% (2 чел.)

23,3 % (7 чел.)

70 % (21 чел.)

При сравнении показателей 1 и 2 курсов, наблюдается тенденция к высокой степени выраженности признаков у студентов 2 курса. Это закономерно, так как у них процесс адаптации подходит к завершению. Однако разница не столь существенна, что позволяет предположить быструю адаптацию первокурсников 2006-2007 уч. года за счет их вовлеченности (около 40 %) в спортивную и культурно-массовую жизнь института

Средние значения изучаемых показателей, %

 

Адаптивные
способности

Поведенческая
регуляция

Коммуникативные
способности

Моральная
нормативность

1 курс

34,8

23,4

42,5

44,9

2 курс

29,3

20,9

36,7

38,6

Наибольший интерес и практическую пользу представляло изучение индивидуальных показателей первокурсников.

Таким образом, тест помог выявить студентов, испытывающих затруднения в процессе адаптации. Были определены индивидуально-психологические качества первокурсников, подлежащие развитию в процессе социально-психологического обеспечения их профессиональной адаптации.

Итак, в целях ускорения и усовершенствования адаптации первокурсников к обучению в вузе необходимо:

  • создавать условия для познавательно-информационного приспособления студентов к новому окружению, структуре высшей школы, содержанию обучения в ней, её требованиям, своим обязанностям;
  • знакомить с содержанием профессиональной подготовки в вузе для формирования положительного отношения к выбранной специальности;
  • способствовать процессам внутренней интеграции групп студентов-первокурсников и объединению этих групп со студентами других курсов факультета и института;
  • готовить студентов к новым формам и методам учебной работы в высшей школе.

Литература

1. Орехова Е.Ю. Педагогические условия активизации процесса адаптации студентов младших курсов к вузу (на примере студентов коренных малочисленных народов севера, ханты и манси): автореф. дисс. .. канд. пед. наук. – Рязань, 2006.

2. Симаева И. Н. Динамика эмоционально-чувственного состояния личности в процессе адаптации к деятельности. — Калининград, 2002.

Источник: urok.1sept.ru

УДК 17.031 Вестник СПбГУ. Сер. 6. 2011. Вып. 2 Д. А. Гусев Специфика моральной нормативности Мораль как социальный институт обладает тем одновременно замечательным и парадоксальным свойством, что в качестве нормативной социальной системы содержит и явный набор требований к субъекту, и присутствующее в скрытой форме требование самообоснования. Речь идет не о том, что моральный субъект, склоняемый каким-либо регулятором к тем или иным действиям, оказывающимся в горизонте компетенции морали, вынужден каждый раз осуществлять своеобразную редукцию планируемого им поступка к моральным основаниям, или же наоборот, он сам предъявляет морали требование обосновать конкретное долженствование, с которым он сталкивается в обществе. Локальные сомнения в обоснованности моральных норм, бунт против ценностных установок, наконец, нигилистические и скептические настроения в отношении общепринятой морали являются, скорее, критикой конкретной моральной системы по существу, чем сущности морали вообще. Можно предположить, что для исследователя основная проблема морали обнаруживается не в ее так называемой моральности, т. е. уже заданном культурой или обществом наборе ценностей, смыслов и стратегий поведения, а в нормативности, т. е. принципиальном присутствии морали в обществе в качестве непреодолимой и неконтролируемой напряженности всего социального поля, как сказал бы П. Бурдье. Мораль как историческое и локальное социальное явление предельно понятна исследователю (хотя бы в чисто культурологическом аспекте), но совершенно не ясна в качестве дисциплинарной матрицы, скрытого феномена принуждения, имманентным образом организующего социальное взаимодействие. Обращаясь к проблеме моральной нормативности, необходимо учитывать во многом неоднозначный и принципиально неопределенный характер данного словосочетания. С одной стороны, мораль, понимаемая как фактор и механизм социальной регуляции и компонент конституирования идентичности субъекта, уже является сугубо нормативной системой — типом социальной дисциплинарности, — институционализированной в различных формах, обладающей конкретными механизмами упорядочивания индивидов и контроля над ними и их действиями, воплощающимися в определенных практиках и моделях поведения. С другой стороны, для исследователя оказывается неочевидным источник собственно нормативности самой морали, понимаемой в качестве способа установления дисциплинарности. Другими словами, мораль демонстрирует возможность реконструкции как действующей схемы упорядочивания и регуляции общества и одновременно с этим — невозможность четкого установления механизма действия морали в качестве императивной силы. С этой позиции смысл и значение конкретных моральных требований можно редуцировать к более широким ценностным и смысловым установкам; аналогичным образом моральные требования per se возможно представить и описать в виде моделей (паттернов) поведения. Однако саму идею подчинения моральным смыслам и требованиям © Д. А. Гусев, 2011 10 достаточно проблематично анализировать и тем более реконструировать, хотя бы с той точки зрения, что моральная нормативность, о которой собственно и идет речь, не являет себя непосредственно, но (в)скрывается в качестве периферийного обстоятельства осуществления моральных норм или имплицитного условия существования (разворачивания) морального дискурса. Моральный дискурс становится возможным исключительно в форме императивов, причем не кантовского типа, т. е. опирающихся вовсе не на идею долга и рационального субъекта. Здесь имеются в виду прежде всего императивы другого порядка, однозначно связывающие всякое действие и суждение субъекта с моральным горизонтом, что и позволяет говорить в итоге о моральном субъекте. Приведенная формулировка в принципе ничего не дает для понимания сути логики морального дискурса, т. e. моральной нормативности, кроме того, что в очередной раз демонстрирует оригинальность самой проблемы феномена моральной нормативности в рамках теоретической этики, обращенной традиционно в сторону содержательных вопросов (функция морали, роль в обществе, механизмы действия морали и ее происхождение и т. п.). Итак, ключевой вопрос для исследователя морали должен формулироваться следующим образом: как все мы оказываемся субъектами морали (т. е. включаемся в систему нормативности), автономность воли которых определяется степенью интегрированности в моральный дискурс? Другими словами: что позволяет нам безошибочно обнаруживать в своих действиях и суждениях моральный компонент, а также безоговорочно вводит моральное измерение во всякую интенцию или мотив еще на дорефлексивном этапе? Ст. Тулмин в статье «The Logic of Moral Reasoning» [1] формулирует, с его точки зрения, самый простой и рядовой вопрос, который может быть поставлен в отношении морали вообще или же морального суждения и действия в частности: «Правильно ли так поступать с позиций морали?». В дальнейшем этот вопрос трансформируется в другой: «Почему именно так необходимо поступать?». Однако данное вопрошание опять же подвергает сомнению конкретную форму морали, некий частный моральный дискурс, но не саму мораль с ее нормативностью. Для автора оказываются невозможными вопросы типа: «Почему я вообще обязан поступать “правильно”?» и «Почему я обязан быть обязанным в каком-то смысле и в особенности в моральном смысле?». «В пределах морали можно отвечать только на первый тип вопросов, но не на второй, так как мораль не содержит ни механизма, ни даже самой возможности самообоснования», — продолжает Тулмин. Аналитическая традиция, которой следует в данном случае автор, посредством логико-языковых процедур демонтажа морального дискурса демонстрирует полное отсутствие базовых аксиом в моральном дискурсе, которые бы позволили закрепить столь проблематичную императивность морали. Для классической философско-этической традиции, начиная с Сократа и заканчивая, скажем, Ницше, вопрос о морали ставился всегда как вопрос о сути морали, ее сущности, но практически никогда как вопрос о ее логике и самой возможности. Смена метафизической оптики, осуществленная в философском горизонте экзистенциализмом и получившая в ХХ столетии громкое название «онтологического поворота», фактически не затронула этическую сферу (философию морали), тщательно маскируемый упадок которой и обнаружил себя позже в радикальном стремлении представить логицистскую картину морального дискурса, т. е. устранить собственно моральное (нормативное) из морали, заменив его на терминологию философии языка и логики со все11 ми последующими коннотациями. Попытки выйти из аналитического тупика свелись к психологизации морали и дальнейшему стремлению вписать ее в естественно-научную парадигму (антропология, этология, психология, нейробиология и т. п.). В конечном итоге один только психоанализ в лице Ж. Лакана, А. Миллера, Дж. Батлер и некоторых других рискнул вернуться к проблематике морали не как языковой конструкции или же репрезентации синаптических сигналов, но как к самостоятельной поведенческой и семиотической структуре, как принадлежащей субъекту, так и внеположенной ему, с которой он, с одной стороны, вынужден считаться, а с другой — по сути вынуждаем ею действовать. Впрочем, и здесь аналитика морали не выходила за рамки «духовного» и «психического» аспекта морального субъекта, игнорируя неудобный вопрос о существе моральной нормативности. Существующие традиционные способы аналитики морали оказываются ограниченными в силу того, что они изначально обращены к той сфере, которая и составляет мораль в классическом понимании, но на самом деле оказывается внешней по отношению к последней и к работе всего морального дискурса. Возьмем, к примеру, наиболее распространенный подход к исследованию морали (и ее нормативности в том числе) — представление морали через проблематику «сущего и должного». Вопрос о взаимосвязи сущего и должного для моральной философии от Аристотеля до Канта всегда ставился принципиально: «...сменялись преимущественные ориентации то на сущее, то на должное; сущее и должное трактовались как совершенно разнородные и несоприкасающиеся области, предпринимались попытки снять их противоположность путем сведения одного к другому и вовсе отбросить одну из сторон» [2, с. 62]. Сфера этического трактовалась преимущественно сквозь категорию должного, в которое было введено ценностно-нормативное измерение. Исходя из онтологического понимания должного как идеального конструкта, трансцендентного жизненному миру сущего, и решалась проблема моральной нормативности. Есть нечто, к чему все люди стремятся: некий идеал, цель, благо и т. п. — некая проективная установка, с которой невозможно не соотносить собственно сущее — поступки, суждения и максимы. Транскрипция должного в сущем осуществляется известным инструментарием — это и концепт пользы, и удовольствия, и добродетели, и долга. Второй не менее известный подход — раскрытие идеи морального через дилемму «общественного и индивидуального». В рамках этого подхода мораль и моральность есть социальное качество, источник которого требуется однозначно установить в условиях биполярного феномена человека, трактуемого и как уникального индивида, и как существо коллективное (общественное). Сторонники данного подхода заявляют тезис о неоднородности и «симфоничности» морали, которые обнаруживаются вследствие различия между «двумя нормативно-ценностными системами: “моралью нравственно совершенствующейся личности” и “общественной моралью”» [3, с. 52]. В связи с этим одним из главных вопросов этики становится вопрос о том, как соотносятся эти две локальные моральные системы и как возможно сосуществование этих двух самостоятельных механизмов регуляции. В рамках данной концепции моральная нормативность предстает набором индивидуальных и общественных интуиций в связи с теми или иными ценностями, смыслами и представлениями о пользе. Моральный дискурс становится неоднородной, разноуровневой структурой, которая существует в виде снятия конфликта общественного и индивидуального, — своего рода система сдержек и противовесов в обществе. 12 Очевидно, что оба подхода при всей их практической эффективности в исследовании феномена морали неудовлетворительно отвечают на вопрос об источнике морали, т. е. об инстанции моральной нормативности — о таком ее свойстве, которое по сути и определяет мораль как таковую. Возможно, это происходит по причине того, что сам вопрос в них ставится некорректно по отношению к предмету изучения, а именно морали, что связано в свою очередь с ограниченным пониманием морали в качестве социального феномена. Зачастую морали изначально приписывается характеристика, выводимая из тех ее локальных функций и ролей, которые она исполняет, однако которыми она не ограничивается. Важным, по-видимому, оказывается не то, что мораль регулирует отношения в обществе, определяет их порядок и интенсивность, а также конституирует субъективность, но то, что она вообще производит постоянную внутреннюю работу по принудительному сопряжению субъектов в своеобразные паттерны, проявляющиеся в схемах поведения, получающих импульс от ценностных структур в культуре. Скрытая внутренняя логика морального дискурса, выражаемая в понятии моральной нормативности, должна стать основным центром аналитики морали. При исследовании источника морали, т. е. ее сути, принципиальным должны быть не результирующие состояния морального дискурса, такие как нормы, ценности, правила, кодексы, суждения, оценки, концепты, хабитус и т. п., но исключительно сама работа по производству и воспроизводству морального дискурса. Исследование, заинтересованное в прояснении сути морали, обязано своим объектом избрать не столько имеющиеся инстанции морали, сколько условия и способы формирования морали (морального дискурса), а следовательно, и моральной нормативности. При такой постановке проблемы требуется «концептуализация» не самой морали, но форм осуществления морального дискурса (а не его репрезентации). Ряд современных теорий позволяет последовательно перевести и переформулировать имеющуюся моральную проблематику необходимым нам образом. На базе коммуникативной теории Ю. Хабермаса и герменевтического метода П. Рикера оказывается возможным выделить неотъемлемые элементы-условия разворачивания и осуществления морального дискурса, по-видимому и производящие моральную нормативность. Здесь важно иметь в виду следующее: с одной стороны, в теории коммуникативного действия Хабермаса открывается специфический механизм формирования морали как коммуникативной процедуры, т. е. изначального процесса, в который включены все члены общества, поддерживающие общий код смыслов. С другой стороны, Рикер через концепцию полей справедливости и признания первичности фигуры Другого для конституирования субъекта определяет социальный фактор происхождения морали: этика, моральный дискурс, мораль, согласно Рикеру, возникают и фиксируются не в рамках работы индивидуального и автономного сознания (разума), как это было в эти Налицо необходимость герменевтического подхода: с одной стороны, мы хотим дать ясную и непротиворечивую дефиницию морали, но с другой — предполагаем это сделать из ее наличествующего содержания и существующего контекста, которые мы обнаруживаем только благодаря предпосылочному знанию о том, что такое мораль. Таким образом, всякое различение внутри морального дискурса становится возможным лишь благодаря признанию и рефлексии о целостной моральной системе. М. Фуко предпринимает аналогичную процедуру в своем методе «археологии знания», когда приоритетными и центральными категориями всей теории становятся косвенно обнаруживаемые и по большей части предполагаемые концепты власти и дискурса и их отношение в форме знания, а не их доступные диспозитивы. 13 ке Канта, но вырабатываются в процессе коллективного волеизъявления, каковым принято считать поле политического действия. Таким образом, в современной этической и социальной мысли в работах Ю. Хабермаса, П. Рикера, а также Э. Энском и А. Пятигорского происходит до некоторого предела возвращение к аристотелевскому пониманию сущности морали, но уже с позиции ее разворачивания как самостоятельной формы действия человека, исходящей из реальных условий собственного осуществления, а не сложившихся функций. Ведь если обратиться к концепции Аристотеля, то анализ комплементарного отношения морали и политики позволяет обнаружить укорененность первой в практическом деятельностном дискурсе, причем не с позиции нормы, но с позиции факта сознания, направленного как на собственное действие, так и на действие другого; вторая же, как ни парадоксально, берет на себя функцию источника приоритетов и ценностей (идеи Блага у Аристотеля). Итак, смысл морали заключается не в ее содержании, а в ее всеобщности и универсальности для каждого члена общества. В терминах всеобщности и строится вся этика Аристотеля, начиная от понятия блага как соразмерной каждому разумному существу цели, заканчивая понятием золотой середины как рационально достигаемого оптимума решений относительно множества целей прочих людей. В связи с вышесказанным представляется возможным выделить базовые условия разворачивания моральной нормативности: во-первых, таким условием выступает коммуникация (коммуникативные процедуры), которую можно принять за поле формирования моральных суждений. Коммуникация выступает возможностью признания и одновременно репрезентации Другого, что вводит в моральный дискурс идею множественности моральных субъектов. Во-вторых, это собственно дискурсивность как способность морали интегрироваться в структуру субъекта, его когнитивный и смысловой горизонты, связывать последние с социальным миром. Идея Другого принципиальна для сознания в том смысле, что несет иную, чем прежде, логику действия и поведения субъекта в силу появления новой для него логики жизненного мира. Репрезентация реальности субъекту, как, впрочем, и субъекта самому себе, организуется в соответствии с интерпретацией социального мира как множественности автономных моральных инстанций, что в свою очередь создает герметичную синтетическую систему коллективного действия, чем и оказывается мораль. Наконец, последняя, ключевая характеристика (условие) разворачивания морального дискурса — это его плюральность и контекстуальность моральных норм. Моральный дискурс с этой точки зрения реализуется как одновременная кантоминация разнородных ситуаций, перспектив и ретроспектив действий, тем самым демонстрируя колоссальную емкость в поглощении и ассимиляции взаимодействий Других друг с другом. Контекстуальность позволяет мгновенно перестраивать схемы интерпретации Например, у Х. Арендт. Ср. с идеей многого и единого в политической философии Ж.-Л. Нанси, который характеризует поле политического и этического с точки зрения многого, но не единого, т. е. обнаруживает Других в поле контакта и действия субъекта. Вспомним А. Бадью и его радикальную концепцию «этики ситуаций», который выступает против универсалистской модели морального дискурса, охватывающей все пространство действия. Данной модели он противопоставляет гораздо более ресурсоемкую, но и более эффективную в смысле решения моральных дилемм идею производства морального дискурса единомоментно, в каждой конкретной локальной ситуации. 14 и соответственно интеграции всякого действия в общий моральный континуум. Скажем так, моральный дискурс не обладает заданной внешней нормативностью, но сам ее производит, включая в себя новые формы и форматы действия. Вышеперечисленные условия и обстоятельства разворачивания морального дискурса, очевидно, результируют в итоге в феномен моральной нормативности, который по отношению ним выступает предметной фактичностью действия субъекта и социальной нормы, которые мы вынуждены констатировать, говоря о морали. То есть можно предполагать, что приведенная редукция сферы моральной нормативности к своим фундаментальным условиям не является конечной и настоятельно требует дальнейшего уточнения. Литература 1. Toulmin St. The Logic of Moral Reasoning // Contemporary Ethics: Selected Readings / ed. by James P. Sterba. New Jersey: Prentice-Hall, 1989. 84 p. 2. Перов Ю. В. Судьбы моральной философии // ΛΟΓΟΣ. Ленинградские международные чтения по философии культуры. 1991. Кн. 1. 3. Прокофьев А. В. Концептуализация понятия «общественная мораль»: некоторые проблемы и трудности // Вопросы философии. 2008. № 3. С. 52. Статья поступила в редакцию 16 декабря 2010 г. Этим можно обосновать трансформацию теоретической этики и множества ее субэтик в прикладные этики: биоэтику, экологическую этику, медицинскую этику, этику права и т. п. 15 

Источник: www.docme.ru


Categories: Норма

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.