Затронуть такую интересную тему меня побудило размышление над одним из ныне оконченных периодов моего духовного образования. Большинство людей, посещающих церковные приходы, имеют довольно смутное представление о важном этапе в жизни знакомых им батюшек, который, собственно говоря, предшествует принятию священного сана. Надеюсь, что небольшая экскурсия в семинарскую аудиторию от человека, посвятившего учебе в духовных школах более шести лет своей жизни, будет интересна и принесет свою пользу. Сразу скажу, что я передаю свое личное впечатление от тех мест, где я учился, но я не думаю, что учеба в других аналогичных заведениях кардинально отличается от моей.

  Человек, принимающий священный сан, приобретает новый масштаб в глазах людей. К нему предъявляются повышенные требования, он находится в центре внимания, как своих прихожан, так и людей более далеких от Церкви. От него ожидают ответов на вечные вопросы, действенных советов по решению бытовых и духовных проблем, глубоких и проникновенных поучений и конечно соответствующего уровня нравственной жизни.


ичем это может не зависеть от возраста, знаний, опыта священника: в глазах многих он пастырь и образец, который имеет все упомянутые настройки по умолчанию. Не так важно кем был этот парень позавчера, важно то, что сегодня. На его груди висит крест, он приступил к служению, поэтому он обязан оправдывать ожидания. У многих может не стоять вопроса: а способен ли он на это, только потому что на нем крест, и каков его внутренний багаж на сегодняшний день? Что ему удалось накопить и что он готов отдать? Во избежание недоразумений от прочитанного, сразу оговорюсь что речь идет не о том, чтобы обидеть или принизить какого-то священника. Я хотел бы просто обратиться с просьбой быть более снисходительными к нашим замечательным пастырям, не требовать от них слишком многого, а также обращать внимание не только на висящий на груди крест, но и на лицо, на то, к кому именно вы обращаетесь, что за человек перед вами.Чему учат в семинарии

  В то время, когда я ещё только мечтал учиться в семинарии, у меня  были свои определенные стереотипы о священниках и их подготовке. Для меня любой священник был большим авторитетом в духовных вопросах, который разбирается во всех тонкостях богословской мудрости, идеально знает Библию и может без большого труда помочь человеку разобраться в его недоумениях. К тому же ему не нужен духовник, он ведь сам исповедует людей, читает святых отцов, поэтому вполне способен сам решить свои проблемы, открыв нужную страницу в книге. Все необходимое он получает в процессе подготовки в семинарии, после чего приступает к своему высокому служению.


  Согласен, сказанное выше выглядит довольно наивно, но я действительно так думал, будучи подростком. Но что-то мне подсказывает, что такие стереотипы жили не только в моей голове, но и продолжают существовать в представлениях большого числа людей. Если вы не относите себя к таким, то, возможно, сказанное ниже не будет для вас открытием.

  Я не буду писать о том, как проходит подготовка будущих пастырей, это отдельная интересная тема. Лучше я расскажу о том, чего не проходят в наших семинариях.

 1. Кому-то это покажется странным, но в семинарии не учат большинству ответов на вопросы, которые чаще всего возникают у прихожан. На лекциях вы вряд ли услышите инструкции о том, как правильно справлять поминки, можно ли зажигать свечи от соседней лампады, можно ли читать ту или иную молитву и какую именно в конкретной ситуации, или как найти вторую половинку. Будущим священникам не объясняют, можно ли вышивать по воскресеньям или как зажечь свечу в храме, если на подсвечнике рядом других горящих свечей нет.


также прочие вопросы, вроде таких: где правильно ставить крест на могиле усопшего или что делать, если он тебе является по ночам, и самый распространённый: чем снять наведенную порчу? Программа духовного образования не предусматривает отдельной дисциплины, где каждое приходское недоумение разбиралось бы в мельчайших подробностях. Кроме недостатка времени, есть и другая причина, а именно: в такой дисциплине нет необходимости. Серьезное богословское образование вырабатывает у человека определенный вкус к окружающей его информации и воспитывает умеренно критичный ум. Человеку, не имеющему такого вкуса и мышления, бывает непросто разобраться и не утонуть в том обилии литературы, мнений, слухов, традиций и советов, которые раздаются со всех сторон. Здесь важно положительное знание своей веры и умение отделять главное от второстепенного. Если я знаю чему меня учит Евангелие и каков святоотеческий дух, я вряд ли спутаю его с околоправославной попсой или сектантским примитивизмом. И для этого мне не обязательно досконально все изучать, достаточно пробежаться глазами и понять что это не православие Апостольской Церкви. То же можно сказать и о вопросах, начинающихся с фразы «А можно ли..» Неоходимо уметь пользоваться важным принципом христианства, который изложен апостолом: «Где Дух Господень, там свобода» (2Кор.3:17). Знание и понимание этой важной отличительной особенности христианства избавит человека от задавания сотни подобных ненужных вопросов и укажет как применять это в своей жизни. Если я осознаю, что для меня главное в православии, я не буду бояться свечи, зажженой не от того подсвечника.


2. В семинарии не проводят мастер-классов по принятию исповеди. Конечно, там оговариваются некоторые важные моменты, даются практические советы, иногда разбираются ситуации, существует курс по аскетике — науке о борьбе со страстями и достижении святости. Но в целом, все что касается душепопечительства приходит уже с многолетним практическим опытом. Поэтому, если вы пришли на исповедь к молодому священнику имейте это в виду. На качестве таинства это не отразится, потому что Бог прощает грехи, но в плане получения духовного совета здесь нужно быть внимательным и осторожным.

3. Наверняка это удивит вас еще больше, но в семинарии фактически не учат совершать богослужение в роли священнослужителя. Я имею в виду именно практику, теории богослужения во всех возможных ее формах там вполне хватает. За все время учебы мне вспоминается только два практических момента в течение одного занятия: обучение каждению и совершению проскомидии. Все остальное также приходит с практикой, когда новопоставленный клирик приступит к своим непосредственным обязанностям.

4. Как это не прискорбно, но в семинарии фактически не учат тому, как объяснять разным людям, в том числе малоцерковным, христианские истины на понятном им языке. Скажу по своему небольшому опыту, что в моменты общения с людьми, смутно представляющими что такое православие и зачем оно нужно, я вспоминал отнюдь не семинарские лекции и цитировал не катехизис.


большей части я использовал те доступные примеры, аналогии и объяснения, которые я почерпнул из лекций известных миссионеров, прослушанных в сети Интернет. Если бы я не интересовался этим дополнительно, то как бы я мог изложить истину православия для простых людей, мне представить трудно. Справедливости ради нужно сказать, что этим вопросам уделяли время некоторые семинарские преподаватели, но в качестве личного дополнения к своему предмету. За что им большая благодарность.

5. Чаще всего люди приходят к священнику не с вопросами о высоком богословии или последних достижениях библеистики, а с обычными житейскими проблемами, которые далеко не всегда связаны с его компетенцией. Конечно священник должен как-то помогать и поддерживать таких людей, но встает вопрос как именно. В семинарии нет предмета по семейной конфликтологии или воспитанию детей. Все, что может почерпнуть здесь студент, это крупицы ценных советов от опытных преподавателей, которые можно иногда услышать в качестве отвлечения от темы предмета. Все остальное, как вы уже поняли, когда-нибудь придет с опытом. Конечно бывают и молодые священники, которые могут дать полезный духовный или житейский совет, но в целом ситуация такова. Требовать от священника решить ваши проблемы, просто исходя из его сана и полномочий, не всегда эффективно по объективным причинам.


6. Жизнь и служение священника напрямую связаны со сверхъестественным миром и его влиянием на нашу повседневность. Несмотря на это, духовное образование больше предполагает освоение теории богословия и прочих дисциплин и совершения внешней стороны богослужения. Возможно, сказанное выше звучит немного сложно, поэтому поясню проще. В семинарии нет практического курса по экзорцизму, не даётся инструкций, что делать при встрече с ангелами, демонами или привидениями, как правильно расправиться с полтергейстом или истолковать вещий сон. Нужно понимать, что мы имеем дело не с вполне строгой теорией, типа математики или биологии, где можно предугадывать закономерности и выводить формулы. Область служения священника намного неоднозначнее и сложнее, поэтому не стоит наивно полагать что семинаристов обучают каким-то тайным искусствам или особо сильным молитвам, которые делают их на порядок сильнее простых смертных. К счастью, всем управляет Бог, Который не делит людей по сортам и готов помочь одинаково каждому, кто обратиться к Нему с верой. Священник, как предполагается, более опытный в духовной жизни и наделенный Богом определёнными полномочиями, может лишь помочь человеку разобраться в сложившейся ситуации и указать ему правильное направление — к Богу.

  Я перечислил все эти интересные подробности загадочной учёбы в таких заведениях, как семинария, не просто для того, чтобы кого-то удивить или развлечь.


этого можно сделать определённый вывод: приходя в Церковь не нужно отключать голову и надеяться, что специально обученные странные люди с бородами решат все ваши проблемы и обеспечат вам спокойную безмятежную жизнь. Кроме совершения таинств и обрядов, священник призван помогать людям встретиться с Богом и разрешать различные трудности, возникающие у пасомых. Но всегда стоит помнить, что священник, это такой же человек как и мы с вами, он может чего-то не знать, в чем-то заблуждаться или не быть способным ответить на каверзный вопрос. Это не умаляет его достоинства и значимости его служения. И вот почему. В отличие от любой другой профессии, здесь особенно проявляется один важный фактор. Врач может неправильно сделать операцию и убить человека, строитель может быть недостаточно квалифицированным, чтобы построить дом. Священник же не претендует на то, что он все делает сам. Через него действует Бог, Который вопреки всем недостаткам священника может спасти через него людей. Большую часть в деле спасения людей занимает не священник и не его поучения, а Бог, Который невидимо действует через него. Это не значит что священнику нет необходимости учиться. Это не говорит о том, что по его вине не могут пострадать люди. Это означает, что он всего лишь служитель Господа, который помогает другим встретиться с Ним и предоставляет все остальное Его Промыслу.

 

Источник: pravblog.ru


Обращенные к Богу…

– Олег Павлович, мне как человеку, не посвященному в дела семинарии, хотелось бы узнать о специфике преподавания. Скажите, чем она отличается от высших светских учебных заведений?

– Семинария сущностно отличается от светских учебных заведений по, пожалуй, одной, но ключевой причине: она готовит будущих священнослужителей. И если светские вузы готовят студента к работе в рамках общества для отношений «человек-машина», «человек-человек» и т.п., то семинария готовит своих слушателей к службе Богу – в первую очередь. Светские вузы направляют учащихся на профессиональную, социальную и, в какой-то мере, нравственную самореализацию (причем нравственная сторона затрагивается слабо). А семинария не просто дает своим ученикам набор профессиональных знаний, которыми необходимо обладать священнику, но и призвана воспитать более глубокие, глубинные, совершенно особенные черты личности, без которых невозможно предстоять пред алтарем Божиим и общаться с прихожанами, выполняя духовническое служение.

Как и в светских высших учебных заведениях, студент семинарии должен показать знания и продемонстрировать умения, чтобы получить соответствующую оценку за владение тем или иным предметом. Но духовная составляющая связана с религиозным внутренним миром человека, не исчислимым в пятибалльной системе…


seminarijaВ семинарии все пять лет, которые учатся юноши, они проводят в церкви.

– То есть они учатся и…

– Ежедневно участвуют в церковных богослужениях. С богослужениями связан весь распорядок дня студентов семинарии. Есть утренние и вечерние молитвы, пение в церковном хоре. Все пять лет семинаристы читают и поют на клиросе, помогают священникам и дьяконам в алтаре, делают уборку в соборах, если это необходимо. Они живут храмовой жизнью. Постоянно участвуя в богослужениях, студенты воспитывают в себе необходимый церковный дух. Говоря о семинарии, можно провести некоторую аналогию с военными училищами. Здесь тоже в какой-то степени закрытое учебное заведение для юношей, со своим распорядком дня и особыми правилами. Ведь, по большому счету, семинария тоже должна воспитывать воинов – воинов Христовых для духовной битвы с «князем мира сего», то есть диаволом.

– Наверное, семинаристы прикрепляются к какому- либо определенному храму, приходу и служат там?

– Во-первых, у нас в самой семинарии есть храм Иоанна Богослова – апостола, евангелиста, любимого ученика Иисуса Христа.

Исторически так сложилось, что наша семинария находится на территории кремля, и поэтому уже после воссоздания духовного училища, позже ставшего семинарией, студенты участвовали в богослужениях в близлежащих храмах: Борисо-Глебском соборе, Христорождественском соборе.


А после восстановления Спасо-Преображенского мужского монастыря и его действующего храма, также располагающихся в кремле, студенты начали помогать монахам и монастырским священникам. Преображенский собор находится так близко к семинарии, что ребятам, чтобы пройти к нему от своего корпуса, даже зимой не нужно одеваться.

… и к человеку

– Вы говорите, что на протяжении всех пяти лет студентов учат служить Богу, а прихожанам они разве не служат?

– Дело в том, что служба Богу проявляется и в служении людям. И такое служение как раз методологически разумнее построено, чем светские варианты служения. Там, где есть только служение людям ради людей, все очень быстро может скатиться к «выгоранию»: обидам, требованию каких- то «бонусов», похвал и благодарности для служителя. А служащий в первую очередь Богу, не будет ждать воздаяния от людей, зато сможет делиться с ними любовью более щедро – ведь ему Сам Бог как бы восполняет запасы этой любви. Это в идеале, конечно.

Ведь в идеале священник является духовным наставником, учителем и помощником, который нравственно окормляет жизнь своих прихожан.

– А как у студентов устанавливается контакт с прихожанами? Этому учат в семинарии?

seminarija v pitere– У студентов достаточно много направлений как учебных, так и практических, в рамках которых они участвуют в жизни прихода. Начнем с того, что при монастыре и семинарии работает церковно-приходская школа. Ее посещают не только дети, но и взрослые. Наши учащиеся активно участвуют в воспитательном процессе и духовном окормлении слушателей школы. Это очень серьезный аспект их подготовки к будущей пастырской деятельности. Еще, например, в учебном плане есть предмет – гомилетика. Это теория и практика проповеднической деятельности. Наши студенты в качестве практической деятельности по гомилетике должны готовить и читать проповеди перед прихожанами храма. Студенты сами готовят и читают проповеди, а потом вместе с товарищами и преподавателями проводят анализ: какие ошибки были допущены и что делать дальше, чтобы больше их не совершать. Также наши воспитанники общаются с прихожанами, когда помогают священнослужителям в исполнении треб, и отвечают на вопросы, задаваемые прихожанами. Это уже десятилетиями, а может, и столетиями отработанная практика участия семинаристов в приходской жизни.

– Методы работы с детьми и взрослыми в церковно-приходской школе кардинально отличаются?

– Если дети – пока еще «чистые листики», и с ними легче работать, то у взрослых людей уже сформировались свои взгляды, стереотипы, а это дополнительные трудности.

Дети – открытые души, не зашлакованные грехами, поэтому они расположены к любому воздействию.

Но детская душа очень тонко чувствует фальшь. Когда с ними искренне ведется разговор, они открываются, распускаются, как цветы, и работать в эти моменты очень благодатно. Но если они чувствуют неуверенность в наставнике, то сразу же закрываются, и установить с ними духовный контакт сложно, а подчас и невозможно. Для решения подобных проблем в семинарии есть специальные учебные предметы: педагогика и психология. Преподаватели работают с учетом того, что наши учащиеся и выпускники, став священниками, должны будут окормлять воскресные школы. Следовательно, обе учебные дисциплины разрабатываются в православном русле.

– И все остальные предметы имеют такой же характер?

– Пока нет. Сейчас мы находимся на завершающей стадии перехода к новому стандарту обучения, который становится идентичным направлению теологии в светских вузах. Поэтому добавляются информатика, экономика, основы безопасности жизнедеятельности, мировая художественная культура и другие предметы, которые входят в государственный стандарт образования светских учебных заведений. Но, вместе с тем, мы стремимся сохранить христианскую составляющую, христианское осмысление, без которого невозможно представить духовное учреждение.

Пути в священство

– После окончания семинарии студенты смогут быть только священниками?

– Сюда поступают люди, уже изначально определившие свое будущее как служение Богу.

seminarija2В церковных документах официально прописаны миссия и предназначение семинарии – подготовка священнослужителей. Да, есть специальные семинарии, которые готовят, например, миссионеров, или имеют другие направления обучения. Но это отдельные, «штучные» учреждения. Поэтому, если человек приходит к нам, значит, он определился и хочет стать именно священником.

– Можно ли стать священником, не учась в семинарии?

– Сейчас это, пожалуй, исключение из правила. Быть рукоположенным можно только после получения специального духовного образования – после семинарии или духовного училища. По усмотрению правящего архиерея могут быть рукоположенными учащиеся уже после третьего курса семинарии. Раньше, в советское время, получить духовное образование было сложно, вся государственная система была ориентирована на то, чтобы отодвигать молодежь от религиозного воспитания. Из-за этого в последние годы советской власти и в 90-е годы образовалась достаточно серьезная «вилка» между потребностью в специальной подготовке священнослужителей и уровнем их реальных возможностей. Теперь, конечно же, нашим священноначалием была поставлена четкая задача: быстрее повышать уровень духовного образования.

– Слушатели семинарии, как правило, дети священников?

– В моей памяти всплывает образ одного моего ученика, действующего священника нашей епархии, который говорил:

«Чтобы стать священником, нужно родиться в атеистической семье, окончить православную гимназию, а затем поступить в семинарию».

И это не единичный пример. Поступают ребята из самых разных семей. Также к нам приходят из монастырей послушники и монахи. Главное – не то, из какой ты семьи, а какую цель перед собой ставишь. Для молодого человека сложно самоопределиться. Возможно, в семье священника дети изначально исполнены православным духом и настроены в будущем нести служение своего отца. Ребенок верующих родителей уже с материнской утробы находится в церкви. Вместе с мамой поет и читает на клиросе, участвует в духовной жизни и с самого детства, исповедуясь и причащаясь, начинает осознавать себя в храме. Так составляются достойные церковные священнические династии.

– На кого рассчитаны вступительные испытания в семинарии?

– Все приходят с разным уровнем духовного опыта. Это зависит от самого человека, а не от уровня его подготовки. В чем заключается смысл вступительных испытаний?

Казалось бы, что сложного – молитвы знать наизусть, тропарь своему святому небесному покровителю, чьим именем наречен в Таинстве Крещения, или прочитать на любой странице Псалтырь на церковно-славянском языке.

Но вступительные испытания построены таким образом, что человек невоцерковленный их не выдержит. Зачем, к примеру, на вступительных экзаменах просить прочесть молитву Ангелу Хранителю из утреннего правила? Все очень просто. Эта молитва фактически последняя. Если человек знает ее наизусть, следовательно, он постоянно читает утреннее правило. А если он ее не знает, сразу становится понятно, что у него с личной молитвенной жизнью не все в порядке. Умеет читать на церковно-славянском – значит, участвует в богослужениях, живет приходской жизнью, и его можно принимать в семинарию. А остальное – дело преподавателей и духовных семинарских наставников: человеку необходимо укоренение в христианской жизни, православном предании, в том, что уже две тысячи лет передается в Церкви из поколения в поколение.

Беседовала Евгения Трушина

По материалам газеты «Рязань Православная»

Источник: portal-logos.ru

В России сегодня существует несколько десятков принадлежащих Русской Православной Церкви высших учебных заведений, которые готовят кандидатов в священнослужители. Такие учреждения по христианской традиции называются семинариями. В них действует система двухуровневого образования: четыре года бакалавриата и два магистратуры.

В России сегодня существует несколько десятков принадлежащих Русской Православной Церкви высших учебных заведений, которые готовят кандидатов в священнослужители. Такие учреждения по христианской традиции называются семинариями. В них действует система двухуровневого образования: четыре года бакалавриата и два магистратуры.

В семинариях изучают традиции православия и фундаментальные постулаты христианства, как догматические, так и нравственные. Основными предметами являются Священное Писание Нового и Ветхого Заветов, также патрология, догматическое богословие, литургика, церковная история. Но это не значит, что, кроме Библии, семинаристы ничего не читают и не изучают.

В каждой семинарии есть кафедры разного назначения. Например, на филологических кафедрах изучаются русский, латинский, древнегреческий и церковнославянский языки, культура речи и другие родственные дисциплины. На церковно-исторической кафедре, помимо церковных истории, изучаются отечественная и всемирная истории.

Есть также кафедры богословия, литургические, церковно-практические и некоторые другие – всё зависит от специфики учебного заведения. В основном преобладают гуманитарные дисциплины, изучается как религиозная, так и светская философия, различные отрасли психологии, хотя в ряде учреждений есть и высшая математика, и физическая культура, и даже наука и религия.

Основательно изучается вероучения протестантских и католических церквей, сектоведение, на гомелетике семинаристы учатся составлять проповеди, а на риторике и ораторскому искусству практикуются в умении вести дискуссию.

В итоге, получается, что студент, окончивший Духовную семинарию, становится не только специалистом-богословом, но также прекрасно разбирается и в гуманитарных науках.

Источник: fulledu.ru


Categories: Другое

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.