Фома Аквинский
лат. Thomas Aquinas
St-thomas-aquinas.jpg
Рождение

1225(1225)

замок Роккасекка, близ Аквино

Смерть

7 марта 1274 (49 лет)

  • аббатство Фоссанова[d], Папская область[1]
Почитается в Католической церкви
Канонизирован 18 июля 1323
В лике святой и католический святой[d]
День памяти в Католической церкви 28 января (новая дата), 7 марта (старая дата)
Труды богословские сочинения, «Сумма теологии»
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Фома́ Акви́нский (иначе Фома Аквинат, Томас Аквинат, лат. Thomas Aquinas, итал. Tommaso d’Aquino; родился примерно в 1225, замок Рокказекка, близ Аквино — умер 9 марта 1274, монастырь Фоссануова, около Рима) — итальянский[2][3] философ и теолог, канонизирован католической церковью как святой, систематизатор ортодоксальной схоластики, учитель церкви, Doctor Angelicus, Doctor Universalis, «princeps philosophorum» («князь философов»), основатель томизма, член ордена доминиканцев; с 1879 года признан наиболее авторитетным католическим религиозным философом, который связал христианское вероучение (в частности, идеи Августина Блаженного) с философией Аристотеля.


ормулировал пять доказательств бытия Бога. Признавая относительную самостоятельность естественного бытия и человеческого разума, утверждал, что природа завершается в благодати, разум — в вере, философское познание и естественная теология, основанная на аналогии сущего, — в сверхъестественном откровении.

Краткая биография[править | править код]

Фома родился 25 января[источник не указан 943 дня] 1225 года в замке Рокказекка близ Аквино и был седьмым сыном графа Ландольфа Аквинского. Мать Фомы Теодора происходила из состоятельного неаполитанского рода. Отец мечтал, чтобы он со временем стал аббатом бенедиктинской обители Монтекассино, расположенной неподалёку от их родового замка. В 5 лет Фому отдали в бенедиктинскую обитель, где он пробыл 9 лет. В 1239—1243 годах учился в университете Неаполя. Там он сблизился с доминиканцами и решил вступить в доминиканский орден. Однако семья воспротивилась его решению, и его братья заточили Фому на два года в крепости Сан-Джовани. Обретя свободу в 1245 году, он принял монашеские обеты Доминиканского ордена и отправился в Парижский университет. Там Аквинат стал учеником Альберта Великого.


В 1248—1250 годах Фома учился в Кельнском университете, куда переехал вслед за своим учителем. В 1252 году возвратился в доминиканский монастырь св. Иакова в Париже, а четыре года спустя был назначен на одно из закрепленных за доминиканцами мест преподавателя теологии в Парижском университете. Здесь он пишет свои первые труды — «О сущности и существовании», «О началах природы», «Комментарий к „Сентенциям“». В 1259 году папа Урбан IV вызывает его в Рим. В течение 10 лет он преподаёт богословие в Италии — в Ананьи и Риме, одновременно пишет философско-богословские сочинения. Большую часть этого времени он провёл в должности советника по богословским вопросам и «чтеца» при папской курии. В 1269 году вернулся в Париж, где возглавил борьбу за «очищение» Аристотеля от арабских толкователей и против ученого Сигера Брабантского. К 1272 году относится написанный в резкой полемической форме трактат «О единстве интеллекта против аверроистов» (лат. De unitate intellectus contra Averroistas). В том же году его отозвали в Италию для учреждения новой школы доминиканцев в Неаполе. Недомогание принудило его прервать преподавание и писательский труд к концу 1273 года. В начале 1274 года Фома Аквинский умер в монастыре Фоссанова по дороге на церковный собор в Лион.

Труды[править | править код]

Труды Фомы Аквинского включают:

  • два обширных трактата в жанре суммы, охватывающих широкий спектр тем, — «Сумма теологии» и «Сумма против язычников» («Сумма философии»)
  • дискуссии по теологическим и философским проблемам («Дискуссионные вопросы» и «Вопросы на различные темы»)
  • комментарии на:
    • несколько книг Библии
    • 12 трактатов Аристотеля
    • «Сентенции» Петра Ломбардского
    • трактаты Боэция,
    • трактаты Псевдо-Дионисия
    • анонимную «Книгу о причинах»

  • ряд небольших сочинений на философские и религиозные темы
  • несколько трактатов об алхимии
  • стихотворные тексты для богослужения, например, работа «Этика»

«Дискуссионные вопросы» и «Комментарии» явились во многом плодом его преподавательской деятельности, включавшей, согласно традиции того времени, диспуты и чтение авторитетных текстов, сопровождающихся комментариями.

Историко-философские истоки[править | править код]

Наибольшее влияние на философию Фомы оказал Аристотель, в значительной мере творчески переосмысленный им; также заметно влияние неоплатоников, греческих и арабских комментаторов Аристотеля, Цицерона, Псевдо-Дионисия Ареопагита, Августина, Боэция, Ансельма Кентерберийского, Иоанна Дамаскина, Авиценны, Аверроэса, Гебироля и Маймонида и многих других мыслителей.

Идеи Фомы Аквинского[править | править код]

Теология и философия. Ступени истины[править | править код]

Аквинат разграничивал области философии и теологии: предметом первой являются «истины разума», а второй — «истины откровения». Философия находится в услужении у теологии и настолько же ниже её по значимости, насколько ограниченный человеческий разум ниже Божественной премудрости. Теология — священное учение и наука, основывается на знании, которым обладает Бог и те, кто удостоен блаженства. Приобщение к Божественному знанию достигается через откровения.


Теология может что-то позаимствовать у философских дисциплин, но не потому, что испытывает в этом необходимость, а лишь ради большей доходчивости преподаваемых ею положений.

У Аристотеля выделялись четыре последовательных ступени истины: опыт (empeiria), искусство (techne), знание (episteme) и мудрость (sophia).

У Фомы Аквинского мудрость становится независимой от других ступеней, высшим знанием о Боге. Она основывается на Божественных откровениях.

Аквинат выделял три иерархически соподчиненных типа мудрости, каждый из которых наделён своим «светом истины»:

  • мудрость Благодати;
  • мудрость богословская — мудрость веры, использующая разум;
  • мудрость метафизическая — мудрость разума, постигающая сущность бытия.

Некоторые истины Откровения доступны для понимания разумом человека: например, что Бог существует, что Бог един. Другие — понять невозможно: например, Божественное триединство, воскрешение во плоти.

На основе этого Фома Аквинский выводит необходимость различать теологию сверхъестественную, основанную на истинах Откровения, которые человек своими силами не способен понять, и теологию рациональную, основанную на «естественном свете разума» (познающую истину силой человеческого интеллекта).


Фома Аквинский выдвинул принцип: истины науки и истины веры не могут противоречить друг другу; между ними существует гармония. Мудрость — стремление постичь Бога, наука же — способствующее этому средство.

О бытии[править | править код]

Акт бытия, будучи актом актов и совершенством совершенств, пребывает внутри всякого «сущего» как его сокровенная глубина, как его подлинная действительность.

Каждой вещи существование несравненно более важно, чем её сущность. Единичная вещь существует не благодаря своей сущности, потому что сущность никак не имплицирует (подразумевает) существование, а благодаря сопричастности акту творения, то есть воле Бога.

Мир — совокупность субстанций, зависимых своим существованием от Бога. Только в Боге сущность и существование нераздельны и тождественны.

Фома Аквинский различал два вида существования:

  • существование самосущностное или безусловное.
  • существование случайное или зависимое.

Только Бог — подлинное, истинное бытие. Всё остальное существующее в мире обладает не подлинным бытием (даже ангелы, стоящие на высшей ступени в иерархии всех творений). Чем выше стоят «творения», на ступенях иерархии, тем большей автономией и самостоятельностью они обладают.

Бог творит не сущности, чтобы потом заставить их существовать, а существующие субъекты (основания), бытийствующие в соответствии со своей индивидуальной природой (сущностью).


О материи и форме[править | править код]

Сущность всего телесного заключается в единстве формы и материи. Фома Аквинский, как и Аристотель, рассматривал материю пассивным субстратом, основой индивидуации. И лишь благодаря форме вещь является вещью определённого рода и вида.

Аквинат различал с одной стороны субстанциональную (через неё субстанция как таковая утверждается в своем бытии) и акцидентальную (случайную) формы; а с другой стороны — материальную (имеет собственное бытие лишь в материи) и субсистентную (имеет собственное бытие и деятельна без всякой материи) формы. Все духовные существа являются сложными субсистентными формами. Чисто духовные — ангелы — имеют сущность и существование. В человеке заключена двойная сложность: в нём различаются не только сущность и существование, но также материя и форма.

Фома Аквинский рассматривал принцип индивидуации: форма — не единственная причина вещи (иначе все индивиды одного вида были бы неразличимы), поэтому был сделан вывод — в духовных существах формы индивидуализируются через самих себя (потому что каждое из них — отдельный вид); в телесных же существах индивидуализация происходит не через их сущность, а через собственную материальность, количественно ограниченную в отдельном индивиде.

Таким образом «вещь» принимает определённую форму, отражающую духовную уникальность в ограниченной материальности.


Совершенство формы рассматривалось как наибольшее подобие самого Бога.

О человеке и его душе[править | править код]

Индивидуальность человека — личностное единство души и тела.

Душа — животворящая сила человеческого организма; она нематериальна и самосущна; она — субстанция, обретающая свою полноту лишь в единстве с телом, благодаря ей телесность обретает значимость — становясь человеком. В единстве души и тела рождаются мысли, чувства и целеполагания. Душа человека бессмертна.

Фома Аквинский считал, что сила разумения души (то есть степень познания ею Бога) определяет красоту человеческого тела

Конечная цель жизни человека — достижение блаженства, обретаемого в созерцании Бога в загробном мире.

По своему положению человек — промежуточное существо между тварями (животными) и ангелами. В ряду телесных созданий — он высшее существо, его отличает разумная душа и свободная воля. В силу последней человек ответственен за свои поступки. А корень его свободы — разум.

Человек отличается от животного мира наличием способности познания и, на основании этого, способностью совершать свободный осознанный выбор: именно интеллект и свободная (от какой-либо внешней необходимости) воля являются основаниями совершения подлинно человеческих действий (в отличие от действий, свойственных как человеку, так и животному), принадлежащих к сфере этического.


взаимоотношении двух высших способностей человека — интеллекта и воли, преимущество принадлежит интеллекту (положение, вызвавшее полемику томистов и скотистов), поскольку воля с необходимостью следует интеллекту, представляющего для неё то или иное сущее, как благое; однако при совершении действия в конкретных обстоятельствах и при помощи определённых средств на первый план выходит волевое усилие (О зле, 6). Наряду с собственными усилиями человека для совершения благих действий требуется также Божественная благодать, не устраняющая своеобразие человеческой природы, а совершенствующая её. Также Божественное управление миром и предвидение всех (в том числе индивидуальных и случайных) событий не исключает свободы выбора: Бог, как наивысшая причина, допускает самостоятельные действия вторичных причин, в том числе и влекущие за собой негативные нравственные последствия, поскольку Бог в состоянии обращать ко благу зло, сотворенное самостоятельными агентами.

О познании[править | править код]

Фома Аквинский считал, что универсалии (то есть понятия вещей) существуют трояко:

  • «до вещей», (в разуме Бога как идеи будущих вещей, как вечные идеальные прообразы сущего).
  • «в вещах», получив конкретное осуществление.
  • «после вещей» — в мышлении человека в результате операций абстрагирования и обобщения (номинализм, концептуализм)

Сам Фома Аквинский придерживался позиции умеренного реализма, восходящей к аристотелевскому гилеморфизму, отказавшись от позиций крайнего реализма, опирающихся на платонизм в его августиновской версии.


Вслед за Аристотелем Аквинат различает пассивный и активный интеллект.

Фома Аквинский отрицал врожденные идеи и понятия, а интеллект до начала познания считал подобным tabula rasa (лат. «чистая доска»). Однако людям прирождённы «общие схемы», которые начинают действовать в момент столкновения с чувственным материалом.

  • пассивный интеллект — интеллект, в который попадает чувственно воспринимаемый образ.
  • активный интеллект — абстрагирование от чувств, обобщение; возникновение понятия.

Познание начинается с чувственного опыта под действием внешних объектов. Объекты человеком воспринимаются не целиком, а частично. При вхождении в душу познающего познаваемое теряет свою материальность и может войти в неё лишь в качестве «вида». «Вид» предмета является его познаваемым образом. Вещь существует одновременно вне нас во всем своем бытии и внутри нас в качестве образа.

Истина — это «соответствие интеллекта и вещи». То есть понятия, образуемые человеческим интеллектом, истинны в той мере, в какой они соответствуют своим понятиям, предшествующим в интеллекте Бога.

На уровне внешних чувств создаются первоначальные познавательные образы. Внутренние чувства обрабатывают первоначальные образы.

Внутренние чувства:

  • общее чувство — главная функция, цель которого собирать воедино все ощущения.
  • пассивная память — хранилище впечатлений и образов, созданных общим чувством.
  • активная память — извлечение сохраненных образов и представлений.
  • интеллект — наивысшая чувственная способность.

Познание свой необходимый исток берет в чувственности. Но чем выше духовность, тем выше степень познания.

Ангельское познание — умозрительно-интуитивное познание, не опосредованное чувственным опытом; осуществляется с помощью присущих понятий.

Человеческое познание — обогащение души субстанциональными формами познаваемых предметов.

Три умственно-познавательных операции:

  • создание понятия и задержка внимания на его содержании (созерцание).
  • суждение (позитивное, негативное, экзистенциональное) или сопоставление понятий;
  • умозаключение — связывание суждений друг с другом.

Три вида познания:

  • ум — вся сфера духовных способностей.
  • интеллект — способность умственного познания.
  • разум — способность к рассуждению.

Познание — есть самая благородная деятельность человека: теоретический разум постигающий истины, постигает и абсолютную истину, то есть Бога.

Этика[править | править код]

Будучи первопричиной всех вещей, Бог, вместе с тем, является конечной целью их устремлений; конечной целью морально благих человеческих действий является достижение блаженства, состоящее в созерцании Бога (невозможного, согласно Фоме, в пределах настоящей жизни), все остальные цели оцениваются в зависимости от их упорядоченной направленности на конечную цель, уклонение от которой представляет собой зло, коренящееся в недостатке существования и не являющееся некоторой самостоятельной сущностью (О зле, 1). Вместе с тем Фома отдавал должное деятельности, направленной на достижение земных, конечных форм блаженства. Началами собственно нравственных деяний с внутренней стороны являются добродетели, с внешней — законы и благодать. Фома анализирует добродетели (навыки, позволяющие людям устойчиво использовать свои способности во благо (Сумма теологии I—II, 59-67)) и противостоящие им пороки (Сумма теологии I—II, 71-89), следуя аристотелевской традиции, однако он полагает, что для достижения вечного счастья помимо добродетелей существует необходимость в дарах, блаженствах и плодах Св. Духа (Сумма теологии I—II, 68-70). Нравственную жизнь Фома не мыслит вне наличия теологических добродетелей — веры, надежды и любви (Сумма теологии II—II, 1-45). Вслед за теологическими идут четыре «кардинальные» (основополагающие) добродетели — благоразумие и справедливость (Сумма теологии II—II, 47-80), мужество и умеренность (Сумма теологии II—II, 123—170), с которыми связаны остальные добродетели.

В своих этических воззрениях Аквинат опирался на принцип свободы воли человека, на учение о сущем как благе и о Боге как абсолютном благе и о зле как лишенности блага[источник не указан 150 дней]. По Аквинату, зло являет собой лишь менее совершенное благо[источник не указан 150 дней]; оно допускается Богом ради того, чтобы во Вселенной осуществлялись все ступени совершенства. Важнейшей идеей в этике Аквината является концепция, согласно которой блаженство составляет конечную цель человеческих устремлений. Оно заключается в самой превосходной человеческой деятельности — в деятельности теоретического разума, в познании истины ради самой истины и, значит, прежде всего в познании абсолютной истины, то есть Бога. Основу добродетельного поведения людей составляет коренящийся в их сердце естественный закон, требующий осуществления блага, избежания зла. По Аквинату, без божественной благодати вечное блаженство недостижимо.

Политика и право[править | править код]

Закон (Сумма теологии I—II, 90-108) определяется как «любое повеление разума, которое провозглашается ради общего блага тем, кто печется об общественности» (Сумма теологии I—II, 90, 4). Вечный закон (Сумма теологии I—II, 93), посредством которого божественное провидение управляет миром, не делает излишним другие виды закона, проистекающие от него: естественный закон (Сумма теологии I—II, 94), принципом которого является основной постулат томистской этики — «надлежит стремиться к благу и совершать благое, зло же надлежит избегать», известен в достаточной мере каждому человеку, и человеческий закон (Сумма теологии I—II, 95), конкретизирующий постулаты естественного закона (определяя, например, конкретную форму наказания за совершенное зло), который необходим, поскольку совершенство в добродетели зависит от упражнения и удержания от недобродетельных наклонностей, и силу которого Фома ограничивает совестью, противящейся несправедливому закону. Исторически сложившееся позитивное законодательство, являющееся продуктом человеческих установлений может быть, при определённых условиях, изменено. Благо отдельного человека, общества и универсума определяется божественным замыслом, и нарушение человеком божественных законов является действием, направленным против его собственного блага (Сумма против язычников III, 121).

Следуя Аристотелю, Фома полагал для человека естественной общественную жизнь, требующую управления ради общего блага. Фома выделял шесть форм правления: в зависимости от принадлежности власти одному, немногим или многим и в зависимости от того, исполняет ли данная форма правления надлежащую цель — сохранение мира и общего блага, или же преследует частные цели правителей, противоречащие общественному благу. Справедливые формы правления — монархия, аристократия и полисная система, несправедливые — тирания, олигархия и демократия. Наилучшая форма правления — монархия, поскольку движение к общему благу наиболее эффективно осуществляется, направляясь единым источником; соответственно наихудшая форма правления — тирания, поскольку зло, осуществляемое волей одного, больше, чем зло, проистекающее из множества различных воль, кроме того демократия лучше тирании тем, что служит благу многих, а не одного. Фома оправдывал борьбу с тиранией, особенно если установления тирана явно противоречат божественным установлениям (например, принуждая к идолопоклонству). Единовластие справедливого монарха должно учитывать интересы различных групп населения и не исключает элементов аристократии и полисной демократии. Церковную власть Фома ставил выше светской, ввиду того, что первая направлена на достижение божественного блаженства, в то время как последняя ограничивается преследованием лишь земного блага; однако для реализации этой задачи необходима помощь высших сил и благодати.

5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского[править | править код]

Знаменитые пять доказательств бытия Бога приведены в ответе на 2 вопрос «О Боге, есть ли Бог»; De Deo, an Deus sit) части I трактата «Сумма теологии». Рассуждения Фомы строятся как последовательное опровержение двух тезисов о небытии Бога: во-первых, если Бог —- бесконечное благо, а так как «если бы одна из контрарных противоположностей была бесконечна, то она полностью уничтожила бы другую», следовательно, «если Бог существовал бы, нельзя было бы обнаружить никакого зла. Но в мире обнаруживается зло. Следовательно, Бога не существует»; во-вторых, «все, что мы наблюдаем в мире, <…> может осуществиться и через иные начала, поскольку природные вещи сводятся к началу, которое есть природа, а те, которые осуществляются сообразно сознательному намерению, сводимы к началу, которое есть человеческий разум или воля. Следовательно, нет никакой необходимости допускать существование Бога».

1. Доказательство через движение

« Первый и наиболее очевидный путь исходит из движения (Prima autem et manigestior via est, quae sumitur ex parte motus). Несомненно и подтверждается чувствами, что в мире имеется нечто движимое. Но все, что движимо, движимо чем-то иным. Ибо все, что движется, движется только потому, что находится в потенции к тому, к чему оно движется, а движет нечто постольку, поскольку оно актуально. Ведь движение есть не что иное, кроме как перевод чего-либо из потенции в акт. Но нечто может быть переведено из потенции в акт только неким актуальным сущим. <…> Но невозможно, чтобы одно и то же в отношении одного и того же было одновременно и потенциально, и актуально; оно может быть таковым только в отношении различного. <…> Следовательно, невозможно, чтобы нечто в одном отношении и одним и тем же образом было движущим и движимым, т.е. чтобы оно двигало само себя. Следовательно, все, что движется, должно быть движимо чем-то иным. А если то, благодаря чему нечто движется, [также] движимо, то и оно должно быть движимо чем-то иным, и то иное, [в свою очередь, тоже]. Но так не может продолжаться до бесконечности, поскольку тогда не было бы первого движущего, а следовательно, и какого-либо иного движущего, поскольку вторичные движущие движут лишь постольку, поскольку движимы первым движущим. <…> Следовательно, мы должны необходимо прийти к некоему первому движущему, которое не движимо ничем, а под ним все разумеют Бога (Ergo necesse est deventire ad aliquod primum movens, quod a nullo movetur, et hoc omnes intelligunt Deum). »

2. Доказательство через производящую причину

« Второй путь исходит из смыслового содержания действующей причины (Secunda via est ex ratione causae efficientis). В чувственно воспринимаемых вещах мы обнаруживаем порядок действующих причин, но мы не находим того (да это и невозможно), чтобы нечто было действующей причиной в отношении самого себя, поскольку в этом случае оно предшествовало бы себе, что невозможно. Но невозможно и то, чтобы [порядок] действующих причин уход в бесконечность. Поскольку во всех упорядоченных [друг относительно друга] действующих причинах первое есть причина среднего, а среднее — причина последнего (неважно, одно это среднее или их много). Но при устранении причины, устраняется и её следствие. Следовательно, если в [порядке] действующих причин не будет первого, не будет последнего и среднего. Но если [порядок] действующих причин уходит в бесконечность, то не будет первой действующей причины, а потому не будет и последнего следствия и средней действующей причины, что очевидным образом ложно. Следовательно, необходимо допускать некую первую действующую причину, которую все называют Богом (Ergo est necesse ponere aliquam causam efficientem primam, quam omnes Deum nominant). »

3. Доказательство через необходимость

« Третий путь исходит из [смыслового содержания] возможного и необходимого (Tertia via est sumpta ex possibili et necessario). Мы обнаруживаем среди вещей некие такие, которые могут как быть, так и не быть, поскольку мы обнаруживаем, что нечто возникает и разрушается, и, следовательно, может как быть, так и не быть. Но невозможно, чтобы все, что является таковым, было всегда, поскольку то, что может не быть, иногда не есть. Если, следовательно, все может не быть, то когда-то в реальности не было ничего. Но если это истинно, то и сейчас не было бы ничего, поскольку то, чего нет, начинает быть только благодаря тому, что есть; если, следовательно, ничего сущего не было, то невозможно, чтобы нечто начало быть, а потому и сейчас не было бы ничего, что очевидным образом ложно. Следовательно, не все сущие являются возможными, но в реальности должно существовать нечто необходимое. Но все необходимое либо имеет причину своей необходимости в чем-либо еще, либо нет. Но невозможно, чтобы [ряд] необходимых [сущих], имеющих причину своей необходимости [в чем-то еще], уход в бесконечность, как это невозможно в случае действующих причин, что уже доказано. Следовательно, необходимо полагать нечто само-по-себе-необходимое, не имеющее причины необходимости в чем-то еще, но являющееся причиной необходимости прочего. И таковое все называют Богом (Ergo necesse est ponere aliquid quod sit per se necessarium, non habens causam necessitatis aliunde, sed quod est causa necessitatis aliis, quod omnes dicunt Deum). »

4. Доказательство от степеней бытия

« Четвертый путь исходит из степеней [совершенств], обнаруживаемых в вещах (Quarta via sumitur ex gradibus qui in rebus inveniuntur). Среди вещей обнаруживаются более и менее благие, истинные, благородные и т.д. Но «более» и «менее» сказывается о различных [вещах] в соответствии с их различной степенью приближения к тому, что является наибольшим. <…> Следовательно, существует нечто наиболее истинное, наилучшее и благороднейшее и, следовательно, в высшей степени сущее <…>. Но то, что называется наибольшим в определенном роде, есть причина всего того, что относится к этому роду. <…> Следовательно, существует нечто, являющееся причиной бытия всех сущих, а также их благости и всяческого совершенства. И таковое мы называем Богом (Ergo est aliquid quod omnibus entibus est causa esse, et bonitatis, et cuiuslibet perfectionis, et hoc dicimus Deum). »

5. Доказательство через целевую причину

« Пятый путь исходит из управления вещами [универсума] (Quintia via sumitur ex gubernatione rerum). Мы видим, что нечто, лишенное познавательной способности, а именно природные тела, действуют ради цели, что очевидно из того, что они всегда или почти всегда действуют одним и тем же образом, так, что стремятся к тому, что является [для них] лучшим. Поэтому ясно, что они движутся к цели не случайно, но намеренно. Но то, что лишено познавательной способности, может стремиться к цели только в том случае, если оно направляемо кем-то познающим и мыслящим <…>. Следовательно, существует нечто мыслящее, которым все природные вещи направляются к [своей] цели. И таковое мы называем Богом (Ergo est aliquid intelligens, a quo omnes res naturales ordinatur ad finem, et hoc dicimus Deus). »

Рецепция учения Фомы Аквинского[править | править код]

Учение Фомы Аквинского, несмотря на некоторое противодействие со стороны традиционалистов (некоторые из томистских положений были осуждены парижским архиепископом Этьеном Тампье в 1277 году), оказало большое влияние на католическую теологию и философию, чему способствовала канонизация Фомы в 1323 году и признание его наиболее авторитетным католическим теологом в энциклике Aeterni patris папы Льва XIII (1879 год).

Идеи Фомы Аквинского получили развитие в рамках философского направления, именуемого «томизмом» (наиболее яркими представителями которого являются Томмазо де Вио (Каэтан) и Франсиско Суарес), оказали некоторое влияние на развитие нововременной мысли (особенно явное у Готфрида Вильгельма Лейбница).

В течение ряда веков философия Фомы не играла заметной роли в философском диалоге, развиваясь в узко-конфессиональных рамках, однако с конца XIX века учение Фомы снова начинает вызывать широкий интерес и стимулировать актуальные философские исследования; возникает ряд философских направлений, активно использующих философию Фомы, известных по общим наименованием «неотомизм», основателем которого является Жак Маритен.

Издания[править | править код]

В настоящее время существуют многочисленные издания сочинений Фомы Аквинского, в оригинале и переводах на различные языки; неоднократно выходили полные собрания сочинений: «Пиана» в 16 тт. (по постановлению Пия V), Рим, 1570; Пармское издание в 25 тт. 1852—1873, переизд. в Нью-Йорке, 1948—1950; Opera Omnia Vives, (в 34 т.) Париж, 1871-82; «Леонина» (по постановлению Льва XIII), Рим, с 1882 (с 1987 года — републикация предыдущих томов); издание Мариетти, Турин; издание Р. Буса (Thomae Aquinatis Opera omnia; ut sunt in indice thomistico, Stuttgart-Bad Cannstatt, 1980), вышедшая также на CD дисках.

Переводы[править | править код]

  1. Сумма теологии / Пер. С. И. Еремеева и А. А. Юдина. — Ч. I . Вопросы 1-43. — Киев: Эльга-Ника-центр; М.: Элькор-МК, 2002. — 560 с.; Ч. I. Вопросы 44-74. — Киев: Ника-Центр, 2003. — 336 с; Ч. I. Вопросы 75-119. — Киев: Ника-Центр, 2005. — 576 с.; Ч. II—I. Вопросы 1-48. — Киев: Ника-Центр, 2006. — 576 с.; Ч. II—I. Вопросы 49-89. — Киев: Ника-Центр, 2008. — 536 с.; Ч. II—I. Вопросы 90-114. — Киев: Ника-Центр, 2010. — 432 с.; Ч. II—II. Вопросы 1-46. — Киев: Ника-Центр, 2011. — 576 с.
  2. Сумма против язычников / Перевод и примечания Т. Ю. Бородай. — М.: Институт философии, теологии и истории св. Фомы. Кн. 1, 2004; Кн. 2, 2004.
  3. Против ошибок греков / Комментированный пер. Ильи Бея. — К.: Кайрос, 2017. — 190 с.

Источник: ru.wikipedia.org

Проблемы первого, второго и пятого аргументов

Первые два аргумента, в принципе, очень похожи, так что и рассмотреть их можно вместе. По сути дела, это доказательство придумал ещё Аристотель. Оно очень простое и сводится к тому, что не может быть бесконечного ряда причинности и должна быть некая первопричина всего.

На этот аргумент существует распространённое возражение, придуманное, по совпадению, современником Аристотеля, индийским философом Нагарджуной. Он полагал, что Бог должен либо быть таким же явлением, как и все остальные явления в мире, либо не быть им. Если он такое же явление, как и все другие, то у него тоже должно быть своё начало и он тоже должен быть чем-то сотворён. Если же он не есть такое же явление, то его попросту нет и он не сотворял мир, как не может пахать землю сын бездетной женщины. Либо же Бог должен был сотворить сам себя. Однако это невозможно, как невозможно, чтобы меч разрубал собственное лезвие или танцор танцевал на собственных плечах.

К гипотезе о том, что если у мира есть начало, то что-то должно было его начать, и этим началом должен быть Бог, есть ещё одна претензия. Она состоит в том, что совершенно неясно, почему гипотеза о том, что создателем вселенной является Бог, должна быть более предпочтительна, чем гипотеза о её самозарождении. Возникновение совершенного всемогущего существа, создавшего мир, кажется более абсурдным, чем случайное самозарождение этого мира. Добавляя в эту цепочку Бога, мы всего лишь отступаем на шаг назад от первопричины, не объясняя, почему что-либо вообще возникло. При этом этот шаг даётся нам ценой ненужного усложнения всей теории. В конечном итоге даже если мы соглашаемся, что у мира должно быть начало, то совершенно непонятно, почему этим началом должен быть признан всемогущий и всеведущий Бог, а не Большой взрыв или что-то ещё.

Уже упоминавшийся нами в разговоре об онтологическом доказательстве немецкий философ Иммануил Кант, называет такие доказательства физикотеологическими. По его мнению, их проблема состоит в том, что они пытаются на основе одного только опыта выйти за пределы этого опыта и вывести существование существа, которое в опыте никак дано быть не может.

Единственное оправдание этих двух аргументов могло бы содержаться в пятом аргументе: мир слишком разумно устроен, чтобы представлять собой случайность. Однако те, кто используют этот аргумент, путают причину и следствие. Это не мир разумно устроен, а человеческий разум подстроен под мир. Ведь он возникал в рамках этого мира и его законов, он не встречался с другими мирами. Так что это единственный мир, который он знает. И этот мир может постигаться разумом только постольку, поскольку разум предназначен для постижения мира. Тут нет никакой целесообразности высшего замысла творца. Просто то, что не соответствовало бы этому миру, не могло бы в нём существовать, и оно в нём не существует.

Проблемы третьего аргумента

Третий аргумент также подобен первым двум, и он также был придуман Аристотелем. Однако, помимо критики, применимой к первым двум аргументам, на него можно придумать ещё несколько дополнительных возражений.

Во-первых, этот аргумент представляет собой всё ту же попытку возвести мир к его первопричине. Однако тут неясно, почему эта причина должна быть необходимой, а не такой же случайной, как и всё остальное. Почему случайно существующие вещи не могут возникнуть сами по себе.

Можно также отметить, что если Бог существует необходимо, то он несвободен в том, чтобы не существовать. Кроме того, существуя необходимо, он с неизбежностью становится причиной существования всех остальных вещей. Это не только лишает Бога свободы, но и лишает сами случайные вещи их случайности. Несмотря на то что они могут быть, а могут и не быть, как только они начинают существовать, выходит, что происходит это с необходимостью, поскольку они порождены необходимостью. И таким образом всё сущее становится необходимо существующим, а не случайным.

Иммануил Кант называет такое доказательство космологическим и полагает, что оно является самым обманчивым из всех. В отличие от онтологического доказательства, пытающегося вывести существование Бога из одних только понятий разума, и физикотеологического доказательства, стремящегося сделать это на основе одного только опыта, космологическое доказательство направлено на то, чтобы соединить и то и другое. Однако оно использует опыт, только чтобы немедленно вернуться в сферу чистого разума.

По мнению Канта, космологическое доказательство, по сути дела, представляет собой замаскированное онтологическое. Оно утверждает, что должна существовать абсолютно необходимая сущность. Однако неизвестно, какими свойствами должна обладать такая сущность. В конечном итоге в этом доказательстве полагается, что абсолютно необходимой сущностью должна быть всереальная сущность, существование которой подтверждается в онтологическом доказательстве. Соответственно, к нему можно применить также и всю критику, которая может быть направлена на онтологическое доказательство.

Проблемы четвёртого аргумента

Нам остаётся разобрать четвёртый аргумент Фомы Аквинского, состоящий в том, что должна быть некоторая абсолютная мера, относительно которой измеряются все остальные вещи. Однако совершенно неясно, почему такой мерой должен быть Бог. Почему ею должно быть что-то одно? Почему обладать наивысшими степенями всех возможных свойств должно одно существо, а не множество? Почему эти высшие степени не могут быть распределены?

Также стоит отметить весьма остроумный ответ, который предложил на это доказательство английский учёный Ричард Докинз:

 

Источник: sciencepop.ru

Путь от следствия к причине

Ход своих мыслей Фома Аквинский (1225-1274) изложил на страницах капитального труда, получившего название «Сумма теологии». Надо заметить сразу, что авторитет этого богослова был столь велик, что всё выходившее из-под его пера быстро приобретало статус официального вероучения Западной церкви.

Предлагая свои пять доказательств, Фома Аквинский исходит из того, что доказать бытие Творца можно двумя путями. Один из них ─ это движение логической мысли от причины к следствию, второй ─ от следствия к причине. Именно рассуждения, построенные на втором подходе, воплотились в аргументы Фомы Аквинского.

Итальянский богослов берёт за основу простое и вполне логичное утверждение, что если имеется следствие какого-то явления, то непременно должна быть и его причина, даже если мы не в состоянии её обнаружить. Развивая свою мысль, он говорит, что при отсутствии объективных доказательств существования Творца Вселенной, его бытие мы вправе рассматривать, как первопричину вполне очевидных явлений.

Доказательство первое. Бог ─ первопричина движения

Излагая свои 5 доказательств бытия Бога, Фома Аквинский располагает их в определённом порядке. Начинает он с того, что берёт за основу истину, утверждающую непрерывность движения всего сущего в этом мире. Тут с ним трудно не согласиться, поскольку, как известно, все материальные объекты, от крохотного атома до космических тел находятся в постоянном движении. Даже гора, образовавшаяся миллионы лет назад, или шкаф, не один год стоящий в углу комнаты, совершают непрерывный путь вместе с нашей старушкой Землей.

Однако простейший опыт показывает, что прежде чем покатится телега, её нужно сдвинуть с места, и яхта не поплывёт до тех пор, пока её паруса не наполнятся ветром. Проще говоря, для того чтобы что-то сместилось и начало свой путь, нужен толчок ─ импульс. Что же в таком случае дало начало всеобъемлющему процессу мирового движения? Раз оно является очевидным фактом, то должен существовать и его неочевидный для нас источник, которым, по утверждению Фомы Аквинского, может быть только Бог. Это первое из 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского в наши дни получило название «кинетического».

Доказательство второе. Бог ─ первопричина всего сущего

Продолжая свои рассуждения, уважаемый богослов останавливается на том, что каждый объект окружающей нас реальности ─ это не что иное, как следствие какой-то производящей причины. Колос произрастает из семени, всякое живое существо, включая и человека, появляется на свет из материнского чрева, дым поднимается в небо от огня и так далее.

При этом многомудрый Фома весьма остроумно замечает, что ни один материальный объект не может быть причиной появления самого себя, иначе бы пришлось признать, что он существовал ещё раньше, чем оказался на этом свете. Проще говоря, яйцо не может само себя снести ─ нужна курица, а дом не построится сам по себе ─ для этого необходим строитель.

Таким образом, следует признать, что каждый объект этого мира является результатом длинной цепи следствий и причин, началом которой является некий первоисточник. Поскольку он находится в начале цепи, то его существование нельзя рассматривать как следствие предваряющей его причины (её попросту нет), и в то же время именно он должен быть причиной появления всех последующих звеньев. Отсюда напрашивается вывод, что если бы его не существовало, то не могла возникнуть и последующая цепь причин и следствий, а, следовательно, ничего в мире не существовало. В своих 5 доказательствах бытия Бога эту первопричину всего сущего Фома Аквинский именует Творцом Вселенной.

Доказательство третье. Переход от потенции к реальности

Следующий аргумент, так же как и все 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского, опирается на закон причины и следствия. Однако ход мысли в нём несколько иной. Богослов берёт за основу положение, что каждая вещь обладает возможностью как потенциального, так и реального бытия. Иными словами, она может существовать на свете, а может и нет.

Однако если бы все вещи находились лишь в состоянии нереализованной потенции, то на свете вообще ничего не было. Соответственно, должна быть некая движущая сила, производящая их переход из потенциального в реальное состояние, и ею, по мнению Фомы Аквинского, может быть только Бог. На этом он основывает своё 3 доказательство существования Творца мира.

Доказательство четвёртое. Бог ─ высшая степень совершенства

Современные исследователи указывают на истоки философии Фомы Аквинского. 5 доказательств бытия Бога, как и ряд иных его работ, во многом созвучны положениям Аристотеля (IV век до н. э.), ставшим основой сформулированных им законов формальной логики. В частности, древнегреческий философ утверждал, что всему сущему в мире соответствует определённая степень совершенства, однако, познаётся она лишь в сравнении с чем-либо иным. Проще говоря, понятие совершенства относительно, и зависит от того, с чем сравнивать данный предмет.

Именно это утверждение легло в основу четвёртого из 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского. Кратко его можно сформулировать следующим образом: если о степени совершенства предмета принято говорить лишь через его сравнение с другим предметом, значит, должен существовать некий высший критерий, превосходящий собой всё сущее в мире. Именно этот предел совершенства Фома Аквинский и называет Богом. В историю религии это его утверждение вошло как «доказательство от степени совершенства».

Доказательство пятое. Целесообразность всего происходящего в мире

Подобно тому, как все 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского ориентированы на первопричину явления, так же построено и последнее его утверждение. В нём он обращает внимание на осмысленность и целесообразную направленность всего происходящего в мире. Особенно это заметно на примере живых существ, среди которых главенствующее место по праву отведено человеку.

В своих рассуждениях итальянский богослов подчёркивает, что всё живое на свете, осознанно или нет, стремится к достижению какой-то рациональной цели. Ею может быть продолжение рода, создание более комфортных условий существования и так далее. Иными словами, мир целенаправленно движется к лучшему. Из этого философ делает вывод, что у этого постоянного и всеобъемлющего процесса должно быть движущее начало ─ некое высшее существо, определяющее направление движения, и создающее предпосылки для его осуществления. Таким высшим существом, согласно теории Фомы Аквинского, является Бог.

Основной тезис критиков Фомы Аквинского

Несмотря на то что все вышеприведённые высказывания были встречены с одобрением большинством представителей Западной христианской церкви и даже её римскими понтификами, нашлись и скептики, указывавшие на их слабые стороны. Критика 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского основывалась главным образом на том, что все они сосредоточены исключительно на рассмотрении явлений материального мира, и не касаются высшей духовной сущности Бога.

Всё, составляющее этот мир, трактуется философом как следствие или комплекс следствий единой первопричины ─ Бога, что само по себе не подвергается сомнению, однако, в то же время не позволяет понять, в чём же состоит Его сущность. Таким образом, тезисы, изложенное Фомой Аквинским, не дают возможности утверждать, что основой всего сущего на земле является именно тот единый Бог, которому поклоняются все последователи монотеистических религий.

Картина мира, лишённая убедительности

Более того, 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского при ближайшем их рассмотрении не позволяют считать признание бытия Божия единственно возможным логическим заключением, а носят характер, скорее, гипотетических предположений. Они ни в коей мере не позволяют судить о природе Творца Вселенной, которая может разительно отличаться от той, которую мы себе представляем. Именно поэтому, изображённая Фомой Аквинским метафизическая картина мира лишена убедительности.

Если в Средние века подобные рассуждения встречали единодушное одобрение, то впоследствии многие мыслители выступили с их опровержениями. 5 доказательств бытия Бога Фомы Аквинского стали настоящей мишенью для философов-вольнодумцев XVIII и XIX века, а с развитием современной науки уступили место целому ряду новомодных гипотез.

Альтернативные теории создания мира

Все приведённые выше утверждения прославленного итальянца не только не раскрывают секрета основ мироздания, но и подчеркивают наше полное незнание данного вопроса. В связи с этим за последнее время получили распространение многочисленные теории, авторы которых пытаются дать на него ответ. Выдвигаются гипотезы, приписывающие создание нашего мира некой внеземной цивилизации или рассматривающие его как результат действия каких-то естественных, но неизвестных науке законов природы.

Таким образом, сегодня первопричина появления всего сущего излагается подчас в самых невероятных концепциях, и Бог Творец становится лишь одним из многочисленных ответов на вопросы, сформулированные некогда Фомой Аквинским.

Совершенство ─ понятие субъективное

Обращает на себя внимание и 4-е доказательство бытия Божьего, выдвинутое Фомой Аквинским, в котором речь идёт о некоей градации совершенства в существующем мире. В связи с этим многие критики задают вопрос о том, как можно, например, измерить красоту, и по каким критериям мерить эстетические чувства. Общеизвестно, что нередко вчерашние эталоны красоты воспринимаются сегодня как образец посредственности. Таким образом, наши ощущения красоты полны субъективности.

Господь выше человеческого понятия о добре и зле

Кроме того, большие сомнения вызывает и способность людей давать нравственную оценку тех или иных событий, поскольку сами понятия добра и зла с развитием общества меняются. Заглянув в историю, нетрудно убедиться в том, что многие действия, считавшиеся в прежние века вполне легитимными и даже похвальными, сегодня расцениваются как преступления и проявления экстремизма.

Всё это доказывает недопустимость определения Божественной сущности в рамках человеческих понятий, и свидетельствует об ошибочности попыток отождествления Творца с сиюминутными понятиями абсолютного блага и добра.

Источник: www.syl.ru


Categories: Другое

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.