ПОЗИТИВИЗМ

от лат. positivus – положительный) – филос. направление, исходящее из тезиса о том, что все подлинное, «положительное» (позитивное) знание может быть получено лишь как результат отд. спец. наук или их синтетического объединения и что философия как особая наука, претендующая на содержат. исследование реальности, не имеет права на существование. П. оформился в особое течение в 30-х гг. 19 в. и за свою более чем вековую историю эволюционировал в направлении все более четкого выявления и доведения до логич. конца присущих ему с самого начала принципиальных утверждений (что выразилось в его тенденции к субъективному идеализму), но в первых формах П., выраженных недостаточно последовательно и нередко заслонявшихся другими, противоречившими им положениями. «… Суть дела, – указывал Ленин, – состоит в коренном расхождении материализма со всем широким течением позитивизма, внутри которого находятся и Ог. Конт, и Г. Спенсер, и Михайловский, и ряд неокантианцев, и Мах с Авенариусом» (Соч., т.


, с. 192). Развитие науки в новое время поставило перед зап. философией ряд таких проблем, на к-рые традиционная для Европы спекулятивная метафизика (т.е. философия) не в состоянии была ответить. Специфич. особенность философии нового времени состояла в принятии науки и науч. способа исследования в качестве идеального ориентира всякой познават. деятельности, в т.ч. и деятельности по исследованию традиционной философской метафизической проблематики. Двухсотлетние попытки зап.-европ. философии выработать такой филос. метод, к-рый вооружил бы науч. исследование адекватным сознанием его результатов и способов деятельности, завершились созданием Марксом и Энгельсом философии диалектич. материализма. Незадолго до появления марксизма с претензией на роль науч. философии выступил П.; создатель его – Конт провозгласил решит. разрыв с филос. традицией. Позитивистская философия Конта находится в определ. связи с философией франц. Просвещения 18 в. Вместе с просветителями Конт высказывает убеждение в способности науки к бесконечному развитию и в неограниченности действия науч. способа мышления, выступает против традиц. религии и метафизики. Вместе с тем контовский П. примыкает не к последовательно материалистич. ветви франц. Просвещения, а к его агностич., скептич. разновидности (Тюрго и Д´Аламбер). Провал всех имевших место попыток «приспособить» метафизич. проблематику к духу научности позволяет, по Конту, сделать вывод, что наука не нуждается в какой-либо стоящей над ней философии.

о не исключает существования нек-рой общей науки, осуществляющей синтез науч. знания, за к-рой можно сохранить старое название «философии». В этой науке должна продолжаться та работа, к-рая совершается в спец. науках. Качеств. границы между подобной философией и отд. науками не существует. Философия сводится к общим выводам из естеств. и обществ. наук. Поскольку науч. философия, по Конту, не имеет дела с «метафизич.» проблемами, она отвергает как идеализм, так и материализм. Пережитки метафизики, к к-рым относятся претензии на раскрытие причин и сущностей, должны быть удалены из науки. Поэтому следует признать, что наука не объясняет, а лишь описывает явления и отвечает не на вопрос «почему», а на вопрос «как». Последний тезис Конта имеет очевидный феноменалистский характер, и последовательное его развитие ведет к т. зр. субъективного идеализма Юма. Однако наряду с субъективно-идеалистич. тенденцией контовский П. все еще сохраняет мн. элементы естественно-науч. материализма, идущего от традиций Просвещения. Дальнейшее развитие П. шло по линии все более четкого выявления его феноменалистич., субъективно-идеалистич. тенденций (см. Дж. С. Милль, Спенсер, Лавров, Михайловский). Спенсер, используя в своих «синтетич.» обобщениях новые открытия естествознания 2-й пол. 19 в. и исследуя проблемы классификации наук, развивает агностич. учение о непознаваемости объективной реальности и утверждает мысль о проникновении в сущность реальности посредством религии, а не с помощью науки.

конце 19 в. П. в своей первой «классической» форме (Конт, Литтре, Вырубов, П. Лаффит, Тэн, Ренан – во Франции; Дж. С. Милль, Спенсер – в Англии) переживает кризис, вызванный, во-первых, прогрессом естеств.-науч. знания, обесценившим многое из тех «синтетич.» обобщений, к-рые рассматривались самим П. как вечное и неоспоримое приобретение науки; во-вторых, коренной ломкой понятий в физике на рубеже 19 и 20 вв., а также интенсивным развитием психологич. исследований, заставлявшим предпринимать анализ тех самых «предельных» вопросов знания, к-рых всячески избегал П., и, наконец, в-третьих, неудачей всех попыток П. доказать объективную обоснованность предлагаемых им этич. идеалов и системы ценностей в рамках механистич. и метафизич. социологии (ибо, сохранив позитивистский критерий научности, оказалось невозможным включить область ценностей в сферу науч. исследования, вывести «должное» из «сущего»). Все это заставляет снова поставить вопрос о месте философии в системе наук. П. вступает в новый этап – появляется махизм (эмпириокритицизм). На стадии махизма П. продолжает сохранять определ. связь с реальными методологич. вопросами науки, весьма актуальными на рубеже 19–20 вв. в период революции в естествознании. (Так, Мах в «Механике» дал критику представлений Ньютона об абсолютности пространства и времени и пытался раскрыть логич.

держание понятий массы, системы отсчета и др.). В отличие от прежнего П., махизм формулирует задачу философии не как построение «синтетич.» системы, систематизирующей общие выводы всех наук, а как создание теории науч. познания; в этом он смыкается с линией отрицания метафизики, представленной неокантианством. В гносеологии махизма в явной форме выступает связь его с субъективным идеализмом Беркли и Юма. В дальнейшем эти тенденции получают свое развитие в неопозитивизме, появление к-рого относится к 20-м гг. и к-рый является современным, третьим, этапом в эволюции П. Первый и осн. вариант неопозитивистской философии – логический позитивизм, или логич. эмпиризм, разработанный «Венским кружком» (Шлик, Карнап, Рейхенбах и др.), выражает дальнейшее усиление негативизма по отношению к осн. филос. проблематике. Логич. П. заявляет, что предметом философии не может быть даже и теория познания, к-рая имеет все еще слишком метафизич. характер. Философия вообще не наука о какой бы то ни было реальности, а деятельность, заключающаяся в анализе естеств. и искусств. языков, преследующая две цели: 1) элиминировать из науки все не имеющие познават. смысла рассуждения и псевдопроблемы; 2) обеспечить в результате анализа построение идеальных логич. моделей осмысленного рассуждения. Вопросы, озадачивающие метафизиков (т.е. по существу все традиц. филос. проблемы), относятся к числу псевдопроблем, лишены науч. смысла. В качестве идеального средства аналитич.

лос. деятельности логич. П. принимает разрабатываемый в 20 в. аппарат математической логики, отказываясь от махистского биологизма и психологизма в истолковании познания. В концепции логич. П. задача полного размежевания метафизики от науки была поставлена в наиболее острой форме за всю историю П. Именно здесь доводится до логич. конца принятое П. положение, определяющее научность как описание эмпирич. данности. Будучи в этом смысле наиболее зрелым этапом позитивистской истории, логич. П. выдает тайну всякого П., и его крах означает крах П. вообще. Между тем формулирование П. своих претензий в логически последовательной, строгой форме, достигнутое в философии логич. П., помогло убедительно продемонстрировать банкротство позитивистских принципов: невозможность осуществления редукции теоретич. уровня знания к эмпирическому, несостоятельность принципа верификации (см. Верифицируемости принцип) в качестве критерия осмысленности; невозможность резкой дихотомии аналитич. и синтетич. суждений и противопоставления научно осмысленных высказываний метафизическим. Неосуществи-мость филос. программы, выдвинутой логич. П., теперь признана представителями совр. аналитической философии (см. Философия анализа), в т.ч. и его бывшими сторонниками. В наст. время логич. П. как самостоят. школа утратил серьезное влияние, будучи вытеснен (в 50-х гг.) др. направлениями неопозитивистской аналитич. философии: в США в основном логич. прагматизмом (Куайн, М. Уайт, Гудмен и др.); в Англии – школой лингвистич.

ализа (Райл, Дж. Уисдом и др.). Подвергнув критике за метафизичность наиболее радикальную позитивистскую элиминацию всякой метафизики, сформулированную логич. П., новейшие направления аналитич. философии логически неизбежно приходят к частичной реабилитации метафизики, с к-рой столь упорно и безуспешно вел борьбу логич. П. Оставаясь в рамках П., совр. аналитич. философия отвергает его принцип верификации и более либерально относится к возможности метафизики классич. типа. Так, оксфордские «аналитики» заявляют, что все филос. школы и точки зрения оправданы в той мере, в какой они делают ясными нек-рые из различений, не бывших ясными до них, и что не существует никакой границы для философствования и никакого единого истинного филос. метода. Т.о., в совр. аналитич. философии П. доходит до своего логич. конца, до той черты, за к-рой он начинает отрицать сам себя. (Социологич., этич. и эстетич. концепции П. см. соответственно в статьях Социология, Этика и Эстетика). Лит.: Л[авров] П., Задачи П. и их решение, «Совр. обозрение», 1868, No 5, с. 117–54; Гексли, П. и совр. наука. Науч. сторона П., «Космос», 1869, втор. полуг., No 5, с. 75–108; Соловьев Вл., Кризис зап. философии. Против позитивистов, М., 1874; Лесевич В., Опыт критич. исследования основоначал позитивной философии, СПБ, 1877; Льюис Дж. Г., История философии, 2 изд., СПБ, 1892; Милль Д. С, Огюст Конт и П., М., 1897; Конт О., Общий обзор П., в сб.: Родоначальники П., вып.

5, СПБ, 1912–13; Haрский И. С., Очерки по истории П., М., 1960; ?issandiеr J.-В., Origines et d?veloppement du positivisme contemporain, P., 1874; Laas E., Idealismus und Positivismus, Tl 1–3, В., 1879–84; Robinet [J.-F.-E.], La philosophie positive. A. Comte et P. Laffitte, P., 1881; Вr?tt M., Der Positivismus nach seiner urspr?nglichen Fassung dargestellt und beurteilt, Hamb., 1889; Gr?ber H., Der Positivismus vom Tode August Comte´s bis auf unsere Tage, Freiburg, 1891; Masaryk ?h. С., Die philosophischen und sociologischen Grundlagen des Marxismus, W., 1899; Schmekel ?., Die positive Philosophie in ihrer geschichtlichen Entwicklung, Bd 1–2, В., 1914–38; Schlick M., Positivismus und Realismus, «Erkenntnis», 1932, Bd 3, H. 1; D?rr K., Der logische Positivismus, Bern, 1948; Fischl J., Materialismus und Positivismus der Gegenwart, Graz – [u. a.], [1953J; Passmore J., A hundred years of philosophy, L., [1957]; Heyde J. E., Entwertung der Kausalit?t. F?r und wider den Positivismus, Stuttg., 1957. См. также лит-ру при статьях: Конт, Милль, Спенсер, Авенариус, Мах, Эмпириокритицизм, Неопозитивизм, Логический позитивизм, Логического анализа философия. В. Лекторский. Москва.

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

Источник: terme.ru

Базовые положения позитивизма

Итак, за основу всего позитивистского воззрения взята идея о том, что всё подлинное знание, которое, кстати, и называется позитивным, представляет собой комплексный результат специальных наук.


В позитивизме объединены в один научный метод два отдельных: эмпирический и логический. Весь смысл метода, применимого ко всем наукам и позволяющего обрести достоверное и надёжное знание законов природы, был выражен ещё в 1929 году в манифесте «Венского кружка». Тогда учёные, среди которых были К. Гёдель, О. Нейрат, Р. Карнап, Ф. Кауфман, Т. Радакович, К. Менгер и другие дали научному миропониманию характеристику, взяв за основу два главных момента. В первую очередь, научное миропонимание – это миропонимание эмпиристское и позитивистское: может быть лишь познание опытное, основывающееся на том, что дано людям непосредственно. А во-вторых, научное миропонимание отличается использованием особого метода, коим является метод логического анализа. Основной же целью позитивистского учения является получение объективных знаний.

Идеи позитивистов сильнейшим образом повлияли на общенаучную и естественнонаучную методологию, в особенности во второй половине XIX столетия. Так, позитивизмом критиковались позиции натурфилософов, навязывающие научному миру не совсем понятные умозрительные образы тех процессов и объектов, которые ими изучались. Но позже критика позитивистов была перенесена ими на всё философское знание, в общем и целом. Это послужило почвой для разграничения научного и метафизического.

Смысл концепции позитивистов, касающейся взаимодействия философии и науки, был в полной мере выражен в изречении Огюста Конта, гласящего, что наука уже сама по себе является философией.


Невзирая на это, у множества позитивистов не было уверенности в том, что создать научную философию вообще возможно. Философия такого типа должна была трансформироваться в особую область конкретного научного знания и не предполагала своего методологического отличия от остальных дисциплин.

В процессе становления позитивизма способными выполнять функции научной философии могли быть несколько теорий:

  • Лингвистический анализ языка, основными сторонниками которого были Джон Остин и Гилберт Райл
  • Методология науки, основными сторонниками которой были Джон Стюарт Милль и Огюст Конт
  • Логический анализ научного языка, основными сторонниками которого были Рудольф Карнап, Бертран Рассел и Мориц Шлик
  • Научная картина мира, основным сторонником которой был Герберт Спенсер
  • Логико-эмпирическая реконструкция динамики науки, основными сторонниками которой были Карл Раймунд Поппер и Имре Лакатос
  • Психология научного творчества и научного мышления, основными сторонниками которой были Эрнст Мах и Пьер Дюгем

Но каждый из представленных вариантов позитивной философии подвергся жесточайшей критике, главным образом, самими же представителями позитивизма. Причиной этому стало то, что эти варианты не соответствовали позитивистским критериям научности, а также то, что они базировались на определённых метафизических предпосылках.

Однако несколько интересных позитивистских идей, получивших довольно широкое распространение в определённый момент, отметить всё же следует.

Процесс эволюции с позиции позитивизма


Позитивисты поддерживали идею о прогрессе, основой которой является поступательное движение к одной конкретной цели, и человеческая эволюция тоже является прогрессом, наибольшее значение в котором имеет наука.

Первые ростки идеи эволюции появились в 50-х годах XIX столетия. По одному мнению, идея эволюции была раскрыта Чарльзом Дарвином, а другие считают, что авторство принадлежит Герберту Спенсеру – английскому философу-позитивисту. Но суть не в этом, а в том, что именно последним была раскрыта концепция космической эволюции.

Эволюция является общим законом развития природы и социума, иначе говоря, является предметом философии. Смысл данного закона сводится к тому, что эволюция характеризуется движением от однообразия к многообразию.

Чтобы проиллюстрировать это, Герберт Спенсер черпал материалы из таких наук, как социология, биология и астрономия. Он утверждал, что в однообразной космической туманности рождается многообразие небесных тел Солнечной системы. Аналогично этому, из однообразной первобытной орды появилось множество форм государства, а из однообразной протоплазмы появилось великое множество живых организмов. Помимо этого, для процесса эволюции характерно тяготение от хаоса к космосу и постепенное замедление, обусловленное рассеиванием энергии.

Идея эволюции оказалась очень востребованной, и была активно поддержана и мистиками, и идеалистами, и материалистами.

Исторические стадии человечества с позиции позитивизма

Основоположником идеи исторических стадий человечества стал один из самых видных представителей позитивизма Огюст Конт.

Конт выделял три стадии развития человечества:

  • Теологическую стадию, на которой объяснительной гипотезой является понятие Бога, с которым и связаны первопричины всего и которому соответствует антропоморфный образ. Теологическая стадия разделяется на три подстадии:
  • Фетишизм – люди поклоняются объектам, которым присваиваются человеческие статусы
  • Политеизм – люди облекают первопричины в человеческие образы и измышляют богов
  • Монотеизм – люди структурируют первопричины, выделяя из них первостепенные и второстепенные, и в результате открывают истинную причину всего – Единого Бога
  • Метафизическую стадию, на которой люди всё так же постигают причину и назначение всего, однако место богов отведено абстрактным сущностям. Например, Единым Богом является Природа
  • Позитивную стадию, на которой любое знание трансформируется в научное знание. На этой стадии человечество взрослеет и становится способным признать то, что его познание является относительным

Именно на позитивной стадии позитивизм преодолевает оптимизм, а научное знание становится эмпиристским, т.е. воображение начинает строго подчиняться наблюдению. Конт же ещё раз говорит об идее Фрэнсиса Бэкона, по которой только проверенный опыт может быть основой знания. Исследователям необходимо заниматься не поиском сущности явлений, и поиском их отношения, выражающегося посредством взаимодействий между фактами. Помимо всего прочего, научное знание становится также прагматичным, т.е. перестаёт основываться на энциклопедических знаниях, а приобретает форму полезного, точного и достоверного.

Связь позитивизма и других философских течений

Основным видимым противостоянием позитивизма является борьба с метафизическим течением, оперирующим понятиями, расходящимися с реальными фактами. Позитивисты искали такой научный метод, который позволял бы получать правдивые научные знания, не зависящие от предрассудков метафизики. И достоверным знанием они считали знание, опирающееся на нейтральный опыт, а единственной формой знания, имеющей познавательную ценность, для них было только описание фактов, основанное на чувственном опыте.

С целью выразить результаты наблюдений учёные должны применять так называемые «протокольные предложения». Один из лидеров логического позитивизма Мориц Шлик говорил, что изначально «протокольные предложения» интерпретировались, как предложения, выражающие факты в абсолютной простоте, без их изменения или добавления к ним чего-либо, т.е. факты, которые являются предметом поиска любой науки и которые имеются ещё до какого-либо познания и суждения о мире. Нет никакого смысла заниматься изучением недостоверных фактов, а недостоверными могут быть только знания и утверждения человека. Таким образом, если есть возможность выражения фактов через «протокольные предложения», значит, можно брать эти факты за отправные точки научного знания.

Заключение

Таковы в общих чертах основные предпосылки философии позитивизма. Но на сегодняшний день в ней нет каких бы то ни было влиятельных и крупных концепций, а сама она уже не так уверена в себе. Научное знание допускает, а порой даже говорит о необходимости других направлений, причём даже самых, так сказать, метафизических. Всё представление о том, что есть возможность разграничить науку и метафизическую мировоззренческую составляющую, сделав, тем самым, из философии особый вид технической дисциплины, оказалось мифическим и практически не имеющим шансов на реализацию.

Источник: 4brain.ru

5.5. Современный позитивизм

5.5.1. Позитивизм и его модификации (XIX XX вв.)

Позитивизм прошел длительный путь развития и эволюции; и в научной литературе принято выделять, по меньшей мере, три этапа: «классический» позитивизм XIX века и махизм (или эмпириокритицизм),  неопозитивизм  и постпозитивизм.

Позитивизм представляет собой сложное движение, господствовавшее в европейской культуре — философии, политике, педагогике, историографии и литературе — с 30-ых  годов 19 века до начала Первой Мировой Войны. В этот период Европа становится на путь индустриальной трансформации, меняется образ жизни. Период между 1830 и 1890 годами отмечен рядом принципиальных достижений  в области научного знания. Наука получает новую роль в жизни общества и начинает рассматриваться в качестве инструмента для решения любых проблем (от социальных до педагогических). На волне этой научной эйфории и возник позитивизм (от лат. positivus — «положительный»), главной установкой которого было создание такой философии, которая согласовывалась бы с развитием точных, естественных наук. Предполагалось, что любая наука может быть организована на основании таких же принципов, как и математика и физика, т.е. на «позитивном знании». Господствовавшая долгое время гегелевская философия, отдававшая приоритет спекулятивным умозаключениям, принижала частные, конкретные науки, объявляя философию «наукой наук». На фоне впечатляющих достижений конкретного знания, позитивисты выступили с лозунгом: «Наука сама себе философия!» За философией, свободной от спекулятивной метафизики, была оставлена функция синтеза научного знания, который, в свою очередь сводился к общим выводам из естественных и общественных наук. Наиболее радикальные прогнозы сводились к тому, что по мере развития конкретных наук отпадает необходимость в философии, которая, будучи просто обобщенным знанием, растворится в науках и потеряет свой объект исследования.

Представителями первой «классической» формы позитивизма во Франции были О. Конт, И. Тен, Ж. Э. Ренан; в Англии — Дж. С. Миль и Г. Спенсер; в Германии — Я. Молешотт и Э. Геккель; в России — В. В. Лесевич, М. М. Троицкий, Н. К. Михайловский. В противовес идеализму, позитивизм вновь утверждает примат науки: нам может быть известно лишь то, что сообщают науки; единственный метод познания – естественно — научный метод. Метод естественных наук (казуальные законы, господствующие над фактами), по мнению позитивистов, работает не только при изучении физических явлений, но распространяется и на социальные. Позитивизм провозглашает единство научного метода и его примат в качестве инструмента познания; наука рассматривается как универсальное средство решения всех проблем, веками мучивших человечество. В рассматриваемом направлении явно присутствуют и основные просветительские темы: вера в научную рациональность, для которой нет неразрешимых проблем, и светскую, свободную от теологических предпосылок, трактовку культуры. Эра позитивизма отмечена некритичной, оптимистической верой в неизменность прогресса (который понимался как автоматический), постоянный и беспрепятственный рост науки, грядущее всеобщее благосостояние и человеческую солидарность.

Огюста Конта (1789-1857) называют родоначальником французского позитивизма.

Конт обосновывает свое видение науки, отвечающей духу времени. Цель науки состоит в исследовании законов, ибо только знание законов дает возможность предвидеть события, направлять активность по изменению жизни в нужном направлении. Закон необходим для предвидения, а прогноз необходим для воздействия человека на природу. «Наука там, где есть предвидение, предвидение там, где есть действие» — такова формула науки периода «классического» позитивизма. Вслед за Ф. Бэконом и Декартом Конт  полагает, что именно наука дает человеку господство над природой. Но он не сводит функции науки к решению чисто практических проблем, убежденный в теоретической природе научных знаний, Конт тщательно разграничивает теорию и практику. «Истинная наука состоит по существу из законов, а не из фактов, ибо первые устанавливают и санкционируют вторые». В «Курсе позитивной философии» предпринимается попытка классифицировать науки по мере их усложнения. В основе — математика (начиная с Декарта и Ньютона она была фундаментом естественной философии), за тем астрономия, физика, химия, биология и социология. В этой иерархии более сложные науки основаны на менее сложных, но это не означает сводимости высших наук к низшим, т.к. каждая наука имеет свои автономные законы.

Контом была предпринята попытка обосновать человеческую эволюцию «индивидуальную и коллективную», при помощи сформулированного закона трех стадий. Согласно этому закону, человечество (как и душа отдельного человека) последовательно проходит три теоретически различных стадии: теологическую, или фиктивную; метафизическую, или абстрактную и научную, или позитивную. Они и определяют типы философии и развитие общества. На теологической стадии все феномены рассматриваются как продукты прямого и непрерывного действия сверхъестественных сил. На метафизической стадии они объясняются действием абстрактных сущностей, идей или сил (тела соединяются благодаря «симпатии», растения растут благодаря «вегетативной душе»). И только на позитивной стадии, человеческий дух понимает невозможность достижения абсолютного знания и перестает выяснять внутренние причины феноменов, а ищет и открывает их действующие законы, т.е. неизменные связи, последовательности и сходства. Таков закон трех стадий — ключевое понятие философии Конта, исходя из которого он и строит систему позитивной философии.

Изучая законы развития общества,  закон трех стадий и закон прогресса Конт затрагивает разнообразные социальные проблемы, но суть его воззрений в этой области можно свести к следующему: человеческий прогресс происходил в соответствии с естественно необходимыми этапами; история человечества есть развертывание человеческой природы; развитие всегда происходит с опорой на прошлое, на традицию «человечество состоит более из мертвых, чем из живых». Законы общества можно раскрыть тремя путями: наблюдением, экспериментом и сравнительным методом. Единственно прочным фундаментом политической логики признается исторический метод.

 Герберт Спенсер (820-1903) приходит к выводу, что Вселенная, в конечном счете, есть тайна. Это подтверждает и наука и религия. Впечатляющий научный прогресс позволяет объяснять то, что объяснимо, являя с очевидностью непостижимость того, что остается «за гранью». «Лучше кого бы то ни было ученый знает, что бытие непознаваемо в его последней сущности». Наука и религия совместимы, ибо обе признают абсолют и безусловное.  Однако «если задача религии — в том, чтобы поддерживать смысл тайны, то задача науки — все дальше расширять познание относительного. Если религия ошибается, представляя себя как позитивное познание непознаваемого, то наука ошибается, пытаясь включить непознаваемое в позитивное познание».

Философию в «Основных началах» он определяет как «познание на ступени максимального обобщения». Научные истины существуют раздельно и задача философии состоит в том, чтобы консолидировать эти истины. Философия — наука о первопринципах, в ней процесс унификации доведен до предела. Философия конечный продукт процесса, ведущего от связи между грубыми наблюдениями к разработке все более широких положений, отдельных от фактов, вплоть до универсальных суждений. «Философия — полностью унифицированное познание». Она должна вобрать в себя наиболее общие принципы, к которым пришла наука. Это принципы неуничтожимости материи, непрерывности движения, силового сопротивления. В свою очередь, их можно унифицировать в общий принцип — принцип «непрерывного перераспределения материи и движения». «Абсолютного покоя и абсолютного постоянства не существует, каждый предмет испытывает какие — либо изменения». Закон всеобщего изменения и есть закон эволюции. В этом смысле, эволюция вселенной есть необходимый процесс. Несмотря на возможность временного хаоса, вселенная прогрессирует, развиваясь к лучшему.

Под такое механистическое понимание эволюции Спенсер попытался подвести все явления — от неорганических до нравственных и социальных; при этом, эволюционизм понимался как простое описание наблюдаемых фактов.  Строение общества и функционирование различных социальных институтов истолковывается по аналогии с живым организмом, для которого характерно разделение функций между органами. Основной закон социального развития — закон выживания наиболее приспособленных обществ (таковыми, по его мнению, являются максимально дифференцированные общества).

 Тесное переплетение философских и научных идей, смена научной картины мира и философского образа человека, усиливают в конце XIX века интерес философов к естествознанию. Наука переживает очередной подъем. Бурно развивается математика: сформулированные парадоксы и противоречия грозят пошатнуть привычные устои этой науки. Неевклидова геометрия (Лобачевский и Клейн) отвергает «незыблемые» принципы, трактуя их как «конвенции». Физика переживает коренную ломку фундаментальных понятий и отвергает механистический образ Вселенной. Значительные результаты, полученные в области биологии, эмбриологии, анатомии, зарождение генетики, сделали образ человека радикально иным. На этом фоне, большинство «синтетических» обобщений, предложенных основателями позитивизма, заметно устарело и обесценилось. Вновь стал актуальным вопрос о месте и роли философии в системе наук. Восприняв новые принципы, позитивизм вступает во вторую фазу своей эволюции, называемую эмпириокритицизмом (или махизмом).

Термин «эмпириокритицизм» был введен Рихардом Авенариусом (1843-1896) для обозначения философской позиции, критически рассматривающей все, якобы проверенные истины. Он пытался построить философию как строгую науку на манер позитивных наук о природе.

Эрнст Мах (1838-1916) пытался освободить науку от метафизических препятствий. Из окружающего многообразия выделяется то, что относительно стабильно и продолжительно. Основу научного знания составляют не факты, а ощущения. Мах, как и Авенариус, делает акцент на биологической функции науки. Человек — часть природы и между инстинктом и разумом нет противоречий. Ум совершенствует то, что заложено в природных импульсах. Научное исследование лишь продолжает и совершенствует процесс жизни. Наука возникает как процесс адаптации идей к определенной сфере опыта.

Завершая краткий обзор позитивизма XIX века, следует отметить, что это была наиболее адекватная форма, в которой научное мышление приближалось к осознанию себя в качестве совершенно особого типа интеллектуальной деятельности, претендовавшей на всеобщее значение.

5.5.2. Неопозитивизм

Неопозитивизм больше, чем любое другое учение, связан с наукой и ее проблемами. Это течение начало складываться во втором десятилетии ХХ века и на протяжении века претерпело значительную эволюцию. Она отразилась в смене названий: оформившись как «логический атомизм», затем стал называться «логическим позитивизмом», «логическим эмпиризмом», затем присвоил себе название «аналитическая философия», британскую разновидность которой называют «лингвистической философией».

 На формировании концепции логического позитивизма особое влияние оказали взгляды Б. Рассела (1872-1970) и «раннего» Л. Витгенштейна (1889-1951). Особенности развития математического знания привели к тому, что в начале ХХ века полученные результаты пришли в разительное противоречие с тем, что кажется интуитивно достоверным. Все это потребовало глубокого исследования логических основ математики, исключения неясных, двусмысленных понятий и перестройки мышления. В это же время делаются успешные попытки применить методы математики к логике: разрабатывается «алгебра логики». Рассел предпринимает грандиозную реконструкцию математики на основе логики в трехтомной работе «Principia mathematica» (1910-1913). Из этой логики можно было бы вывести всю математику, которая была бы логической структурой языка всей науки, то есть языка, на котором можно было бы выразить все, что может быть сказано о мире. Рассел старался показать, что главный источник недоразумений — неправильное использование языка, вызванное несовершенством обыденного языка. Трудности можно устранить только логическими средствами, изменением правил пользования языком, или созданием более совершенного (идеального) языка. Рассел выдвигает идею сведения философии к логическому анализу; рассматривая традиционные метафизические проблемы как следствия логической путаницы и неправильного употребления языка, он объявляет логику сущностью философии. 

В 1921 году выходит в свет «Логико — философский трактат» Людвига Витгенштейна  в котором идеи логического атомизма получили свое полное выражение. Витгенштейн рисует плюралистическую картину мира, который имеет атомарную структуру и состоит из фактов, находящихся во внешней взаимосвязи. Картина мира и процесс познания у Витгенштейна, являются предельно схематичными и упрошенными.

Витгенштейн предпринял одну из первых попыток проанализировать отношение языка к миру, о котором язык говорит. Большинство философских проблем возникло вследствие не понимания логики языка. Поэтому, если философия хочет иметь право на существование, она должна стать критикой языка. Философия — это деятельность по логическому прояснению мыслей. В этих положениях содержится не только концепция философии, но и концепция мировоззрения. Она предполагает, что единственной формой теоретической и интеллектуальной связи человека с миром (и природным, и социальным) является язык. Картина мира, которую человек создает в своем уме или в представлении, определяется языком, его структурой, строением и особенностями.

Язык по своей структуре и природе предназначен для того, чтобы говорить о фактах, философы же часто пользуются словесными знаками, не относящимися ни к каким фактам (например, понятие абсолюта). Отсюда — функция философии состоит в том, чтобы проводить границу между мыслимым и не мыслимым, четко показывая то, что может быть сказано и то, о чем следует молчать. Витгенштейн уверен, что о философских проблемах в их традиционном понимании просто нельзя говорить. Придя в философию из техники и математики, он попытался сделать идеалами философского знания точность, определенность, однозначность и получить в этой области такие же результаты как в точных науках. В логическом анализе, предложенном Расселом, Витгенштейн  увидел возможный путь избавления от философской путаницы, превратив логический анализ в анализ языка.

Методологически большое значение имела и концепция «физикализма». Ее сторонники рассматривают истинность какого-либо положения любой науки в зависимости от возможности его перевода на язык физики. Физикализм должен был обеспечить единство науки. Под «единством науки» логические позитивисты понимали возможность создания такой науки, которая охватывала бы все человеческое знание, как гносеологически однородную и упорядоченную систему предложений, обладающих эмпирической природой, охватывающих все явления природы и все законы человеческой жизни. Задача состояла в том, чтобы сформулировать правила такого языка и правила перевода на него предложений всех научных теорий.

Дальнейшая эволюция неопозитивизма пошла в направлении создания логической семантики (от греч. semantikos – обозначающий раздел языкознания и логики, в котором исследуются проблемы, связанные со смыслом, значением и интерпретации знаков и знаковых выражений. Стала очевидной необходимость семантического анализа языка, т.е. анализа смысла, значения слов и предложений, анализа отношений языковых знаков и выражений к тому, что они обозначают. В семантических системах формулируются правила обозначения и истинности, что позволяет избежать двусмысленности и автоматически решать вопросы истинности или ложности предложений. Неопозитивизм активно использовал достижения в области семантики для обновления своей концепции. На Гарвардском конгрессе по философии и логике науки был официально декларирован переход некоторых логических позитивистов на позиции семантики.

Существенные трансформации, переживаемые неопозитивизмом, наиболее явно выразились в том, что течения, оформившиеся в его рамках после Второй Мировой войны, присвоили себе название аналитическая философия.  Причину смены названий можно усмотреть, в частности, в том, что ни одна провозглашенная программа неопозитивизма не была реализована: оказалось невозможным устранить классическую философскую проблематику, осуществить «всеохватывающий анализ языка науки», создать «идеальный» язык, полностью подчиненный законам логики и т.д.  Тем не менее, основные принципы современной аналитической деятельности восходят к неопозитивизму. Для аналитической философии последних 20 лет характерно отсутствие резкого противостояния логического и лингвистического аспектов философского анализа и применение и того и другого. Данная философия не представляет собой целостной школы, ориентирующийся на единообразно сформулированный набор принципов, скорее можно говорить об аналитическом движении в философии ХХ века. Именно в нем с наибольшей полнотой воплотились основные черты рационалистического стиля философствования. Он характеризуется такими качествами, как строгость, точность, используемой терминологии, осторожное отношение к широким философским обобщениям и спекулятивным рассуждениям. Для философов аналитической ориентации сам процесс аргументации и его структура важны не менее, чем достигаемый с их помощью результат

5.5.3. Постпозитивизм в философии науки

Термином «постпозитивизм» принято обозначать целый ряд философско-методологических концепций, пришедших на смену логическому позитивизму, доминировавшему в философии науки в 1930-40-е годы. Постпозитивизм не представляет собой единого течения или школы, он скорее этап в развитии философии науки. Его наступление было ознаменовано выходом в 1959 году английского варианта работы Карла Поппера «Логика научного открытия» (первое немецкое издание — 1934), а также публикацией в 1963 году книги Томаса Куна «Структура научных революций».

Характерная черта постпозитивистского этапа — значительное разнообразие методологических концепций и их взаимная критика. Это и фальсификационизм Поппера, и концепция научных революций Куна, и методология научно-исследовательских программ Лакатоса, и методологический анархизм Фейерабенда, концепции М. Полани, Тулмина, Лаудана и многих других. Авторы этих теорий создают весьма различные образы науки и ее развития, обсуждают специфические проблемы, встающие в рамках той или иной концепции, предлагают порой противоположные решения методологических проблем. Вместе с тем, можно говорить об общих чертах, свойственных постпозитивизму.

1.  Постпозитивизм отходит от ориентации на символическую логику и обращается к истории науки. Если в эпоху господства логического позитивизма образцом для методологических построений служили формально-логические конструкции, то постпозитивистская философия заботится не столько о формальной строгости своих построений, сколько о соответствии их реальному научному знанию и его истории.

2.  В постпозитивизме происходит существенное изменение проблематики методологических исследований. Основной проблемой философии науки становится понимание развития научного знания. Это привело к существенному изменению всего концептуального каркаса. Интересы представителей постпозитивизма концентрируются в основном вокруг решения  проблем: как возникает новая теория? Как она добивается признания? Каковы критерии сравнения и выбора конкурирующих научных теорий? Возможны ли коммуникации между сторонниками альтернативных теорий? Попытки ответить на эти вопросы приводят к формированию определенных представлений о структуре научного знания (парадигмы у Куна, научно-исследовательские программы у Лакатоса, дисциплинарные идеалы у Тулмина и т.п.)

3.  Для постпозитивизма характерен отказ от жестких разграничительных линий между теориями и эмпирическими суждениями. Вместо резкого противопоставления эмпирического знания как надежного, обоснованного, неизменного теоретическому знанию, часто необоснованному и изменчивому, постпозитивизм подчеркивает взаимопроникновение эмпирического и теоретического, плавный переход от одного к другому и даже об относительности этой дихотомии. Философы-постпозитивисты говорят о «теоретической нагруженности» фактов — факты в определенной мере детерминируются теорией.

4.  Постпозитивизм признает важную роль философских (в их терминологии — метафизических) положений и неустранимость их из научного знания. Так, парадигмы Куна содержат в себе фундаментальные положения, философские по своей сути. «Жесткое ядро» научно-исследовательской программы Лакатоса также состоит из «метафизических» утверждений.

5.  Характерной особенностью постпозитивистских концепций является их стремление опереться на историю науки. Позитивизм, напротив, не питал интереса к истории. Он брал за образец научности теории математической физики и полагал, что все научное знание в конечном итоге должно приобрести форму аксиоматических или гипотетико-дедуктивных теорий. Если какие-то дисциплины далеки от этого идеала, то это свидетельствует лишь об их незрелости. Представители постпозитивизма главным объектом своего внимания сделали развитие знания, поэтому они постоянно обращались к изучению истории возникновения, развития и смены научных идей и теорий.

6. Наконец, особенностью большинства постпозитивистских концепций был отказ от моделей линейного прогресса в понимании развития знания. Постпозитивизм признавал, что в истории науки неизбежны существенные, революционные преобразования, когда происходит пересмотр значительной части ранее признанного и обоснованного знания — не только теорий, но и эмпирического материала, методов, фундаментальных мировоззренческих представлений. Поэтому вряд ли можно говорить о линейном, поступательном развитии науки. В этой связи многие представители постпозитивизма предпочитают говорить не о развитии, а об изменении научного знания.

Сторонники позитивизма были убеждены в том, что философия науки сама является наукой. Следовательно, по их мнению, в ней должна существовать одна общепризнанная методологическая концепция. Постпозитивизм породил множество таких концепций, но долгое время сохранял позитивистское убеждение в том, что лишь одна из них может быть «правильной», адекватной, что в философии науки нужно стремится к философской общезначимости. Однако, по сути, зашедшие в тупик дискуссии между сторонниками Поппера, Куна и Лакатоса в конце концов показали, что философия науки — далеко не наука, что в ней не может быть общезначимых концепций и решений, что она неизбежно несет на себе отпечаток характерного для философии плюрализма. Осознание этого произошло на рубеже 80-х годов ХХ века.

Представители позднего постпозитивизма обратились к рассмотрению отдельных методологических проблем, уточнению и проверке философско-методологических моделей в самых разнообразных областях научного знания, а не только в области точного естествознания, что характерно для «раннего» постпозитивизма. Отсюда возник интерес к исследованию методологии социально-гуманитарных наук, прежде всего, социологии и экономики.

Библиографический список

1. Асмус В.Ф. Историко-философские этюды / В.Ф. Асмус. М.: Мысль, 1984. С. 203-216.

2. Витгенштейн Л. Философские работы / Л. Витгенштейн. М.: Гнозис, 1994.

3. Зотов А.Ф., Мельвиль Ю.К. Западная философия ХХ века: учеб. пособие / А.Ф. Зотов, Ю.К. Мельвиль.  М.: Проспект, 1998. С. 334-426.

4. Зотов А.Ф. Современная западная философия / А.Ф. Зотов. М., 2001.

5. История философии: учеб. пособие для вузов / под ред. В.М. Мапельман, Е.М. Пенькова. М.: «Издательство Приор», 1997. С. 245-246, 299-314.

6. Кун Т. Структура научных революций / Т. Кун. М.: Изд-во АСТ, 2001.

7. Моисеев Н.Н. Современный рационализм / Н.Н. Моисеев. М., 1995.

8. Нарский И.С. Очерки по истории позитивизма / И.С. Нарский. М.: Изд-во МГУ, 1960. 207 с.

9. Поппер К. Логика научного открытия / К. Поппер // Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983.

10. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Т. 4. От романтизма до наших дней / Дж. Реале, Д. Антисери. СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1997. С. 189-256, 453-488.

11. Современная западная философия. Словарь. М.: Политиздат, 1991. С. 16-21, 58-59, 61-62, 122-123, 157-158, 160-161, 173-175, 260-261, 362-353.

12. Штанько В.И. Философия науки ХХ в. / В.И. Штанько. Ростов: РГПУ, 2004.

Источник: studizba.com

Одно из основных течений в философии XIX–XXвв. – позитивизм. Позитивизм складывается в обстановке серединыXIXв., когда борьба буржуазии за политическую власть завершилась победой. Западноевропейская буржуазия утрачивает свою былую революционность. В это же время возникает машинное производство, пришедшее на смену ремесленному. Создание технических новинок предполагает серьёзные естественнонаучные основания. Усиливается интерес к развитию научно–технического знания.

Исходная идея позитивизма – призыв к преодолению противоположности материализма и идеализма. За образец для философии нужно взять эмпирическую науку, которая нейтральна по отношению к основному вопросу философии. Позитивисты утверждают, что основной массив знаний о мире, человеке и обществе, нужных в практической жизни, получается в специальных науках. Это знание («позитивное знание») противопоставляется традиционной философии как «метафизике». Вся традиционная философия должна быть упразднена и заменена специальными науками. Позитивизм объявляет себя воззрением, освобождающим науку от догматических философских концепций, выставляет себя в выгодной роли защитника «положительного», т.е. освобожденного от каких–либо «домыслов» знания, претендует на роль борца за победу науки.

Но значит ли это, что позитивизм – не философское течение? Нет. Поскольку частные науки нуждаются в определенной систематизации своих понятий, эту работу должна выполнить философия нового типа, т.е. позитивная философия. Однако этим дело не ограничивается. История позитивизма показывает, что его представителям не удалось уйти от оппозиции материализма и идеализма, они эклектически колебались между ними, то и дело примыкая к идеализму.

Позитивизм пережил длительную историю. В нем выделяют т.н. первый позитивизм, махизм (или «второй позитивизм») и неопозитивизм. Различие между ними, прежде всего, в изменении отношения к основному вопросу философии: сначала утверждение о невозможности его разрешить, затем мнение о том, что его можно преодолеть на основе «нейтрального» (не материалистического и не идеалистического) истолкования ощущений, и, наконец, – заявление о том, что основной вопрос философии лишен научного смысла.

Первый этап позитивизма представлен именами: О. Конт, Э. Литтре, Роберти во Франции, Д. С. Милль Г. Спенсер, Дж. Льюис в Англии, Ю. Охорович в Польше, Г. Вырубов, В. Лесевич, Н. Михайловский в России, К. Каттанео, Д. Феррари, Р. Ардиго в Италии.

Основатель позитивизма – Огюст Конт(1798–1857) родился в семье чиновника, учился в лицее, затем – в Высшей политехнической школе. С 1818 по 1834 г. (опечатка ––А.М.) работал секретарем социалиста–утописта Сен–Симона. Основные идеи позитивизма изложены Контом в шеститомном «Курсе позитивной философии» (опубликован в 1830–42 гг.) и в работе «Дух позитивной философии» (1844).

Именно Конт высказал тезис о том, что наука заменяет собою традиционную философию. Он объявил «метафизикой» всякую теорию, признающую существование и познаваемость объективной реальности.

Наука, по Конту, должна в принципе ограничиться описанием внешней структуры явлений, отвечая на вопрос как протекают явления, а не на вопрос, что они такое в своей сущности. Во всех изысканиях следует стремиться к «замене слова почемусловомкак«. Описание явлений позволяет вывести законы, функциональные отношения между элементами данной структуры. «Мы знаем явления и их законы. Сущность их и причины – не известны и не доступны для нас».

Конт пишет: «Основная характеристическая черта положительной философии состоит в признании всех явлений подчиненными неизменным естественным законам, открытие и низведение числа которых до минимума и составляет цель всех наших усилий, хотя мы и признаем абсолютно недоступным и бессмысленным искание первых или последнихпричин«. Так, например, мы объясняем явления законом тяготения, но не ставим вопроса, что такое тяготение и какова его причина.

Знание законов дает возможность предсказывать будущее течение событий. Отсюда знаменитая формула Конта: «Знать, чтобы предвидеть, и предвидеть, чтобы мочь». Эта формула привлекала современников Конта. Но при этом не обращалось внимания, что предвидение, по Конту, опирается на простую последовательность явлений, а это снова возвращает нас к концепции причинности Юма. Сам Конт под законами понимал лишь функциональные отношения, противопоставляя их причинности, объявляя последнюю совершенно не входящей в компетенцию науки.

Конт говорит, что существующее в науке разделение труда имеет негативную сторону, отделяя ученых друг от друга. В этой связи он ставит задачу необходимости создания особой науки. «Пусть новый ряд ученых…не отдаваясь специальному изучению какой–нибудь отдельной отрасли естественной философии…посвятит себя исключительно точному определению духа этих наук, исследованию их соотношений и связи друг с другом, низведению, если таковое возможно, присущих им принципов к наименьшему числу общих принципов…Пусть в то же время другие ученые…получат возможность, прежде чем взяться за свои специальные исследования, воспользоваться советом, проливаемым учеными, занимающимися общими положениями наук, и в свою очередь исправляют полученные теми результаты…после этого организация научного мира будет вполне закончена и будет развиваться беспредельно».

О необходимости создания особой «теории науки» писал также В.Виндельбанд. «Если удалось показать, что философия, стремившаяся быть метафизикой, невозможна, то именно из этих исследований возникла новая отрасль знания, нуждающаяся в имени. Пусть все остальные предметы без остатка разделены между специальными науками, пусть окончательно погибла надежда на науку миропознания, – но сами эти науки есть факт,…и они хотят в свою очередь стать объектом особой науки, которая бы относилась к ним так, как они сами – к остальным вещам. Наряду с другими науками выступает, в качестве особой, строго определенной дисциплины, теория науки…философия не есть более учение о вселенной или о человеческой жизни – она не «метафизика» вещей, а «метафизика знания». (Виндельбанд В. Прелюдии, философские статьи и речи, СПб, 1904).

Важным положением позитивной философии у Конта является «закон трех стадий», трех методов познания, которые проходит человечество в своем умственном развитии. «Человеческий дух по самой природе своей, в каждом из своих исследований пользуется последовательно тремя методами мышления, по характеру своему существенно различными и даже прямо противоположными друг другу: сначала теологическим методом, затем метафизическим и, наконец, положительным методом. Отсюда и возникают три взаимно исключающие друг друга вида философии, или три общие системы воззрений на совокупность явлений: первая есть необходимая исходная точка человеческого ума; третья – его определенное и окончательное состояние; вторая служит только переходной ступенью.

В теологическом состоянии человеческий дух, направляя свои исследования, главным образом, на внутреннюю природу вещей, первые и конечные причины поражающих его явлений, стремясь, одним словом, к абсолютному познанию, воображает, что явления производятся прямым и постоянным воздействием более или менее многочисленных сверхъестественных факторов, произвольное вмешательство которых объясняет все кажущиеся аномалии мира.

В метафизическом состоянии, которое на самом деле представляет собой только общее видоизменение теологического, сверхъестественные факторы заменены абстрактными силами, настоящими сущностями (олицетворенными абстракциями), неразрывно связанными с различными вещами, и могущими сами собой производить все наблюдаемые явления, объяснение которых состоит в таком случае только в подыскании соответствующей сущности.

Наконец, в положительном состоянии человеческий дух познает невозможность достижения абсолютных знаний, отказывается от исследования происхождения и назначения существующего мира и от познания внутренних причин явлений и стремится, правильно комбинируя рассуждение и наблюдение, к познанию действительных законов явлений, т.е. их неизменных отношений последовательности и подобия. Объяснение явлений, приведенное к его действительным пределам, есть отныне только установление связей между различными отдельными явлениями и несколькими общими фактами, число которых уменьшается все более и более по мере прогресса науки».

На позитивной стадии полностью вступает в силу подчинение воображения наблюдению. «Истинное положительное мышление заключается преимущественно в способности видеть».

Итак, сначала безраздельно господствовало религиозное мировоззрение, затем ему на смену приходят отвлеченные спекуляции философов, наконец, наступает разочарование в философии и люди обращаются к науке. Конт неоднократно повторял, что позитивная стадия должна полностью сменить две предшествующие и окончательно утвердиться в сознании людей. В результате победы позитивного стиля мышления вся прежняя философия исчезнет и утвердится позитивизм как «приведение в одну систему однородной науки всей совокупности приобретенных знаний». Конт утверждал, что «нынешняя интеллектуальная анархия зависит главнейше от совмещения трех радикально несовместимых философий: теологической, метафизической, и положительной».

В соответствии с «позитивным методом» должна быть построена классификация наук. Все науки он делит на теоретические и практические, прикладные. Теоретические науки составляют ряд: математика, физика, химия, физиология (биология), социология, этика. Математика здесь стоит на первом месте, поскольку она раньше всех перешла на позитивную стадию; остальные по меру перехода их на эту стадию. Эту классификацию Конт считал окончательной. Заметим, что в этом перечне отсутствует психология.

Конт говорил, что на позитивной стадии установлен ряд основных явлений: число, протяжение, движение, тяготение, теплота, электричество, химический процесс, жизнь, общественные процессы.

Конт считал, что указанные три стадии имеют место и в развитии каждого индивидуального сознания, и в истории отдельных наук, и в гражданской и политической истории. Религия символизирует собою детство человека, философия – его юношеский порыв, и, наконец, позитивная наука возмещает приближение полной умственной зрелости.

«Положительная философия может служить единственной твердой основой для социальной реорганизации, которая должна прекратить то состояние кризиса, в котором так долго находятся наиболее цивилизованные нации».

Конт считал своей большой заслугой создание социологии как науки: сам термин «социология» введен Контом. Его социология включает «социальную статику» (учение об условиях существования общества), «социальную динамику» (учение об изменении социальных систем), «социальную политику» (программу социального действия). Конт рассказывает о семье, о роли географических условий и климата в развитии общества, о разделении властей, видах религии, роли жрецов, предсказателей и чародеев, о войнах, о средневековом искусстве, об историческом развитии промышленности и т.д.

Конт утверждает, что «идеи управляют и переворачивают мир». «Мне не нужно доказывать, что миром управляют и двигают идеи, или другими словами, что весь социальный механизм основывается окончательно на мнениях». В ходе истории происходит последовательная смена трех состояний человеческих умов. Теологической стадии соответствовал режим наследственных феодальных монархий, метафизической – подъём «средних классов» и большое влияние, приобретаемое «юристами», на позитивной стадии обществом будут править позитивисты–философы, уполномоченные финансистами–банкирами. Каждой из трех стадий политической организации общества соответствует своя эпоха гражданской истории – военно–завоевательная, оборонительная и научно–промышленная (т.е. капиталистический строй). Последняя стадия завершает и замыкает собой все общественное развитие. Дальнейшая эволюция будет осуществляться как «моральное возрождение человека». Нормативный принцип процветания позитивного общества: «Любовь как принцип, порядок как основание, и прогресс как цель». «Соединение умов в едином общении принципов».

Конт – защитник права частной собственности. Его социальный идеал – «гармония» отношений между капиталистами и рабочими. Он рассуждает о моральном возрождении общества через сердечный союз философов, пролетариев и женщин, который будет заботиться о ревностном поддержании культа Человечества как «Верховного существа». Конт говорит о необходимости «перевоспитания рабочих», о том, что надо «прекратить великую западную революцию».

В поздний период своей деятельности Конт прекратил занятия наукой, перейдя на позицию, согласно которой искусство должно оттеснить науку на второй план. Он идет по пути переделки философии в религию. В определенном плане Конт допускает деизм. «Позитивная философия утверждает, что в существующем порядке вселенной, или, вернее, в известной нам её части, причины, непосредственно определяющие каждое явление, никогда не бывают сверхъестественными, но всегда естественны. С этим принципом, однако, вполне примиримо верование, что вселенная была создана и даже, – что она продолжает управляться разумом, если мы допустим, что разумный правитель придерживается точных законов, которые изменяются или уничтожаются только другими законами той же самой природы, но никогда не нарушаются ни по капризу, ни по предусмотрению».

В своей программе социального действия Конт предлагал превратить «позитивную философию» в религию всего человечества. Ученые и артисты (воплощение сотрудничества разума и чувства) трансформируются в «позитивных священников».

Конт – апологет буржуазного общества. Социальной формой, в рамках которой наука достигает полного расцвета, является, по его мнению, современное промышленное общество, т.е. капиталистическая организация общественной жизни. Капитализм есть впервые осуществленная рациональная организация общества, ибо такое устройство общества, с его точки зрения, соответствует основным свойствам человеческой природы и вдобавок основано на систематическом использовании результатов научного исследования в промышленном производстве.

Позитивные установки Конта в Англии воспринял Джон Стюарт Милль(1806–1873). Его наиболее значительная работа – «Система логики»(1843). Продолжая агностицизм Юма, Милль считает, что доказать существование внешнего мира невозможно; но в равной мере невозможно доказать, что внешний мир не существует. Милль говорит о материи как о неизвестной причине или «постоянной возможности» вызывания ощущений, а сознание характеризует, как «постоянную возможность переживаний».

Мир мы познаем через ощущения. Простые идеи, рожденные ощущениями, наш разум комбинируют в сложные. Милль хотел доказать, что новое знание может быть получено только эмпирическими методами. Даже математика также имеет эмпирическое происхождение, все ее аксиомы основаны на наблюдении и обобщении.

Задача науки, по Миллю, – индуктивное упорядочивание единичных явлений для выявления законов природы. В центре внимания Милля – логические исследования. Формальную логику он рассматривает как главное содержание философского знания. При этом он стремится изгнать из логики всякую философскую проблематику; «логика представляет собой нейтральную почву». Определенно существуют лишь единичные ощущения. Логика – это как бы грамматика оперирования чувственными переживаниями.

Милль разрабатывает индуктивную логику, считая индукцию методом науки. Он сформулировал методы отыскания причинных связей:

  • метод сходства: если в нескольких случаях при исследовании некоторого явления имеется общее обстоятельство, то оно связано с явлением причинной связью;

  • метод различия: если в случаях, когда наступает данное явление и когда оно не наступает, все обстоятельства одинаковы, кроме одного, – оно и является причиной данного явления;

  • метод остатков: из явления удаляются те части, причины которых известны из предыдущих индукций; оставшийся факт является следствием оставшейся причины;

  • метод сопутствующих изменений: явление, изменяющееся при изменении другого явления, связано с ним причинной зависимостью.

Индуктивные методы, согласно Миллю, основываются на важнейшем принципе человеческого познания – вере в единообразие природы. Конечно, эти методы применяются в исследовании. Но нужно заметить, что их применение опирается на допущение, что причины действуют независимо друг от друга и совокупное действие причин аддитивно. Кроме того, в понимании причинности Милль исходит из того, что необходимость и регулярная последовательность – одно и то же, и вслед за Юмом считает, что «знание последовательности и сосуществования явлений есть единственное доступное нам знание». К тому же Милль преувеличивает значение индукции, не видя взаимосвязи индукции и дедукции.

Милль высказывает сомнения в достоверности человеческого познания. Знание, полученное через ощущения, несовершенно; знание, добытое методами индукции, не достоверно, а лишь вероятно. Наши умозаключения в математике, которая считается точной наукой, необходимы только в том смысле, что они следуют из аксиом (исходных допущений), а сами аксиомы основаны на наблюдениях и обобщениях и не более достоверны, чем они.

В понимании общества Милль, как и Конт, считает, что жизнь человечества зависит по преимуществу от «последовательных изменений в человеческих мнениях», так что и экономика и политика существенно определяются «состоянием мыслительных способностей и содержанием умственной жизни».

Милль полагает, что цель человеческой жизни – достижение счастья. Человек испытывает удовольствия – низшие (чувственные) и высшие (интеллектуальные). Но только высшие соответсвуют нравственной природе человека, чувству собственного достоинства.

Придерживаясь концепции утилитаризма, Милль исходит из того, что моральная значимость поступка определяется его непосредственной пользой для личности. При этом он стремится сочетать эгоизм с альтруизмом, говоря о том, что нужно содействовать «возможно большему счастью всех окружающих». Но в конечном свете утилитаризм Милля превращался в обоснование капиталистической конкуренции, прикрываемой оговорками и рассуждениями о ее «честном» характере и о создании условий, в которых могли бы преуспевать все люди.

Главный представитель английского позитивизма – Герберт Спенсер(1820–1903). Он родился в семье учителя, рано стал работать инженером на строительстве Лондонско–Бирмингемской железной дороги. С 1846 г. сотрудничает в редакции журнала «Economist», в последующем занимается литературной деятельностью. В 1860 г. Спенсер опубликовал проспект десятитомного издания «Синтетической философии». В 1862 г. вышли «Основные начала». Все издание закончено в 1896 г.

Основная идеологическая установка Спенсера – стремление примирить веру и знание, науку и религию на почве агностицизма. Он утверждает, что все учения о происхождении и природе Вселенной (как религиозные так и научные) – непостижимы. Так, например, «представление о существовании в течение бесконечного прошедшего предполагает понятие о бесконечно прошедшем времени, что является совершенной невозможностью».

Человек имеет дело только с явлениями. «Реальность, скрывающаяся позади всех явлений, нам неизвестна и навсегда должна остаться неизвестной». Спенсер признает, что есть мир сознания и мир, лежащий вне сознания. Но каково их соотношение? «Споры материалистов и спиритуалистов не более как война слов, обе стороны равно нелепы, потому что обе думают, что понимают то, чего никакой человек не может понять». За природой и духом что–то есть. Но «исследования психолога, как бы далеко они не шли, не приведут к открытию конечной природы материи, а исследование физики не откроет конечной природы движения».

Во Вселенной проявляется единая «Сила» или «Мощь», которая в принципе для нас непознаваема. Спенсер утверждал, что само развитие науки сталкивает ученых с неразрешимыми тайнами и тем самым подводит к религии. Тайна – последний шаг науки и первый шаг религии. «Материя, движение и сила являются лишь символами Неведомой Реальности». «Постоянно сознавая силу, проявляющуюся перед нами, мы бросили, однако, как бесплодные, всякие попытки узнать что–либо о сущности этой силы и этим закрыли для философии значительную часть области, которая считалась ее достоянием. Философии досталась та же область, которая принадлежит и науке».

Наука (и в этом Спенсер идет вслед за Контом) не проникает в сущность вещей, занимаясь познанием сосуществования и последовательности явлений. Но если наука – отчасти объединенное знание, то философия – знание вполнеобъединенное. Задача философии – систематизировать научное знание. Полное объединение осуществляется на основе тех данных, которые накоплены наукой.

Спенсер предлагает классификацию наук, включающую: абстрактные науки (логика, математика), абстрактно–конкретные (механика, физика, химия и т.д.) и конкретные науки (астрономия, геология, биология, психология, социология, и др.).

Наиболее общие истины, к которым приходит анализ действительности – понятие вещества, движения и силы. Основной принцип всего научного познания – положение о неуничтожимости вещества. Этот принцип не может быть доказан никаким физическим экспериментом, он вытекает из природы нашего мышления.

Всем явлениям присущ закон эволюции. Учение об эволюции – сторона философии Спенсера, привлекшая к нему внимание современников. На широком научном материале Спенсер показывал эволюцию как высший закон всего существующего, утверждал всеобщность прогрессивного развития. Именно с этим была связана высокая оценка Спенсера Дарвиным и Д. Лондоном.

В эволюции Спенсер выделяет следующие моменты:

  • интеграция (переход от бессвязности к связности);

  • дифференциация (переход от однородного к разнородному);

  • возрастание порядка (переход от неопределенности к определенности).

Итоговая формула закона эволюции у Спенсера: «Эволюция есть интеграция вещества, которая сопровождается рассеянием движения и в течение которой вещество переходит из состояния неопределенной, бессвязной однородности в состояние определенной связной разнородности, а сохраненное веществом движение претерпевает аналогичное превращение». Эта формула изображает развитие как перераспределение, перегруппировку имеющегося материала; она описывает некоторые внешние признаки процесса развития.

Спенсер считает, что эволюция «имеет предел, за который преступить она не может» – равновесие системы, когда уравновешиваются все противодействующие силы, в частности, в обществе – консервативные и прогрессивные силы. Но состояние равновесия может смениться разложением под влиянием внешних сил». «Эры эволюции и распадения чередуются между собой». Спенсер возвращается к идее круговорота.

В своей социологии Спенсер уподобляет общество живому организму, общественная жизнь рассматривается в терминах биологии. «Различные части социального организма подобно различным частям индивидуального организма, борются между собой за пищу и получают большее или меньшее количество ее, смотря по большей или меньшей своей деятельности».

Структура общества и формы его политического устройства, особенности общественной жизни и т.д. определяются характером народа, а он складывается и изменяется в процессе взаимодействия данного народа с условиями окружающей среды.

Спенсер проводит биологические аналогии с целью оправдания деления общества на классы. Класс «господ» занимает «естественное» положение, поскольку его место и роль в обществе «аналогичны» месту и роли клеток нервно–двигательного аппарата, и он «органически» приспособлен к власти. Борьба классов нарушает «естественную» тенденцию общества к внутреннему равновесию, она означает социальную «болезнь» и Спенсер осуждает «агрессивный эгоизм» рабочих. Обострение классовых противоречий несет с собой «признаки разложения»; учения социалистов нереальны, гибельны и абсурдны. Социальные революции Спенсер называл «вредными» попытками вывести общество из «спасительного» равновесия.

В этике Спенсер открыто утверждает эгоизм; правила морали определяются борьбой за существование. Но он считает, что в процессе эволюции происходит постепенное накопление альтруистических побуждений над побуждениями эгоистическими. Отсюда тезис: «Живи сам и давай жить и другим».

Спенсер был одним из влиятельных идеологов английской либеральной буржуазии.

Следующий этап в эволюции позитивизма (т.н. «второй позитивизм», махизм или эмпириокритицизм) основан Эрнстом Махом(1838–1916) и РихардомАвенариусом(1843–1896); к нему примыкали такжеКарл Пирсон(1857–1936),Анри Пуанкаре(1854–1912) и др. Первые работы Маха и Авенариуса вышли в начале 70–х годов, но получили широкую известность в 90–х годах ХIХ века.

Мах писал, что он поставил своей задачей не ввести новую философию в естествознание, а удалить из него старую, отслужившую свою службу». Философские понятия субъекта и объекта, сознания и бытия объявляются сомнительными, граница между ними – неощутимой, философские системы, использующие эти понятия, объявляются ненужными. «Такие философские системы, не только бесполезные в естествознании, но и создающие вредные, бесплодные, мнимые проблемы, ничего лучшего не заслуживают, как устранения». Но фактически эта претензия на устранение философии – обманчива. На деле происходит замещение одного типа философии другим, тяготеющим к субъективному идеализму.

Следуя линии Беркли, махисты исходят из того, что все существующее понимается как совокупность ощущений. Предметом научного анализа, по Маху, являются «комплексы цветов, тонов, различных степеней давления и т.п. Как таковые комплексы, они получают особые названия, и мы называем их телами. Абсолютно постоянными эти комплексы никогда не бывают».

Мах против понимания материи как объективной реальности. «Вещь, тело, материя суть не что иное, как связь элементов, цветов, звуков и т.п., не что иное как так называемые знаки». «Остается один тип устойчивости – связь (или отношение). Ни субстанция, ни материя не могут быть чем–то безусловно устойчивым. То, что мы называем материей, есть определенная регулярная связь элементов (ощущений). Ощущения человека, так же как ощущения разных людей, обычно взаимным образом зависимы. В этом состоит материя». «Не тела вызывают ощущения, а комплексы элементов (комплексы ощущений) образуют тела».

Прикрывая свой идеализм «научной терминологией», махисты называют ощущения «элементами мира». «Элементы мира» махисты подразделяют на физические и психические. Они хотят представить их как нечто «нейтральное» по отношению к материи и к сознанию, утверждая, что «элементы мира» могут быть в одном отношении физическими, а в другом – психическими. Например, огонь, вызывая ощущения тепла, света, является психическим «элементом»; но, с другой стороны, как совокупность определенных химических и физических процессов, он представляет собой физический «элемент».

Махисты утверждают, что между физическими и психическими «элементами» существует неразрывная связь, так что не может быть физических «элементов» без психических («принципиальная координация» Авенариуса). Это фактически означает, что материя независимо от сознания существовать не может.

Делая уступку естествознанию и маскируя идеалистичность своей философии, махисты заявляют, что в процессе исследования можно «отвлекаться» от этой связи и рассматривать физические «элементы» отдельно от психических, как будто они существуют независимо от сознания. Но поскольку они считают, что такое отвлечение допустимо только на некоторое время, постольку они остаются на позициях идеализма.

Махисты считают, что их философия с помощью учения об элементах поднимается «выше» материализма и идеализма и не является ни тем, ни другим.

В махизме предлагается редукция любого содержательного высказывания науки к ощущениям («элементам») индивидуального субъекта. В работе «Очищение опыта» Мах не признает за теоретическими понятиями никакой роли, кроме как знака для совокупности чувственных данных. «Понятие означает только определенный род связи чувственных элементов». Авенариус призывал «очистить опыт» от всяких антропологических, ценностных представлений.

Мах все человеческие представления разделял на два класса: знание и мнение. Знание имеет твердые основания, каковыми являются «элементы мира», «простейшие» ощущения цвета, звука, движения, и т.п. Что же касается мнения, то оно не редуцируется к чувственным восприятиям. Если же какое –либо представление не редуцируется к «элементам мира» (например, ньютоновское «абсолютное пространство»), то его нужно исключить из науки.

Мах считает, что наука не должна содержать ничего, кроме описания. «Дает ли описание все, что требует научный исследователь? Я думаю, что да! Описание есть построение фактов в мыслях, которое в опытных науках часто обусловливает возможность действительного описания… Наша мысль есть почти полное возмещение факта, и мы можем найти в ней все свойства этого последнего».

Но что понимать здесь под фактом? Явно не факты, как фрагменты действительности, поскольку, считает Мах, «не имеет никакого смысла, с точки зрения научной, часто обсуждаемый вопрос, существует ли действительно мир, или он есть лишь наша иллюзия, не более как сон».

Махизм квалифицировал себя как «философию естествознания ХХ века». На самом деле, его концепции несовместимы с данными естествознания. Утверждая, что физические элементы не могут существовать отдельно от психических, махисты выдвигают положение о «принципиальной координации» (связи) нашего «Я» и среды, согласно которому среда, т.е. материальный мир, природа, не может существовать сама по себе, вне связи с «Я», т.е. с сознанием отдельного человека. По мнению Авенариуса, сознание человека – центральный член, а внешний мир – противочлен; они неразрывно связаны, составляя «принципиальную координацию». Но если так, то природа не могла существовать до появления человека, ибо в противном случае «принципиальная координация» была бы нарушена.

Противоречие между естествознанием, признающим существование природы до человека, и эмпириокритицизмом, отрицающем это, видят и сами эмпириокритики. Один из них, Р. Вилли, пытался найти выход в утверждении, что «принципиальная координация» существовала и до человека, так что до него роль центрального члена мог исполнять, например, червяк. Авенариус для устранения противоречия с естествознанием создал концепцию о «потенциальном» центральном члене в координации, по которой этот центральный член, т.е. «Я», может быть потенциальным, существующем как бы в зародыше, в возможности или в воображении. По мнению Авенариуса, мы вправе говорить о существовании земли до человека только потому, что можем вообразить, «примыслить» наше присутствие на земле в ту эпоху.

Эмпириокритицизм не в состоянии выпутаться из противоречий с естествознанием и при решении вопроса, мыслит ли человек при помощи мозга. Материализм в соответствии с естествознанием утверждает, что ощущения, представления, мысли человека являются продуктом деятельности мозга. Авенариус не согласен с этим. Исходя из того, что мир состоит из ощущений, как из своих элементов, он обвиняет материалистов в том, что они «непозволительно» вкладывают («интроецируют», по выражению Авенариуса) в мозг все то, что человек сознает, воспринимает, ощущает, т.е. весь мир. Поэтому надо, считает Авенариус, отказаться от «вкладывания» сознания, мышления в мозг и считать, что и мозг, и мысли – это лишь комплексы «элементов мира», т.е. ощущений.

Авенариус в духе субъективного идеализма сводит вещи к комплексам ощущений, отождествляет ощущения с вещами объективного мира. На самом деле, ощущения нельзя отождествлять с вещами, они являются лишь образами вещей. И когда материалисты говорят, что ощущения и мысли суть продукты мозга, то этим никакого «вкладывания» внешнего мира в мозг не совершают. Они лишь утверждают, что в мозгу существуют образы вещей, а не сами вещи. Отрицая, что ощущения – это образы вещей, возникающие в мозгу под действием вещей на наши органы чувств, Авенариус проводит нелепую идею о том, что ощущения, сознание, мышление могут существовать без мозга.

Махисты ввели понятие экономии мышления как цели научного познания и критерия истинности. Мах писал: «Цель физического исследования заключается в установлении зависимости наших чувственных переживаний друг от друга, а понятия и теории физики суть средства для достижения этой цели – средства временные, которыми мы пользуемся в видах экономии мышления». Итак, понятия и теории создаются для «экономии мышления». Но дело не только в этом. По Маху, критерием совершенства науки является ее простота. Аналогичную позицию занимал и Авенариус, заявляя, что «экономия сообщения и понимания составляет сущность науки». Отсюда следует, что в махизме истинность заменена «экономией мышления».

Завершая характеристику махизма, заметим, что в махизме завершилась тенденция отрицания основного вопроса философии и противоположности материализма и идеализма. Махизм выдвинул идею «третьей» линии в философии, основанной на положении о «нейтральных» (т.е. не физических и не психических) элементах и концепцию нерасторжимости единства субъекта и объекта («принципиальной координации»). Интроенция, у Авенариуса, – придуманный внутренний мир, противоположный эмпирическому, миру опыта.

Источник: studfile.net


Categories: Другое

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.