Уже в античности складывается диалектический подход к миру. Начиная с досократиков, у которых предметом философствования был космос. Он представлялся им состоящим из обыкновенных чувственных стихий: земли, воды, воздуха, огня и эфира, взаимно переходящих друг в друга в результате сгущения и разрежения.

Например Анаксимандр видел в мировой первооснове сугубо абстрактные, бестелесные первоначала двух классов: 1) первовещества – теплое и холодное, 2) первосилы – антиподического взаимодействия тёплого и холодного.

Для Анаксимена первоначало было и вещественным, и духовным, одновременно. Это был воздух – и как вещественный компонент мира, и как душа, дыхание мира, душа человека.

Далее греческие философы обращались к первовеществу – огню. Мир Пифагора был огненным шаром, вдыхающим пустоту (воздух). Согласно учению Гераклита, все произошло из огня и пребывает в состоянии постоянного изменения. Огонь — наиболее динамичная, изменчивая из всех стихий

Диалектика у Гераклита, как и у его предшественников, — это прежде всего констатация и фиксирование вечности происходящих в мире изменений.


сль об изменениях, характерная для самых первых греческих философов, у Гераклита приобретает форму мысли всеобщей, т.е. философской идеи. Все изменяется, и изменяется постоянно; нет предела изменениям; они есть всегда, везде и во всем — вот что спрессовано в знаменитой краткой формуле, приписываемой Гераклиту: „Все течет, все изменяется". Гераклит считал, что все в жизни возникает из противоположностей и познается через них: «Болезнь делает приятным и благим здоровье, голод — сытость, усталость — отдых». Логос в целом есть единство противоположностей, системообразующая связь.

На этом тапе развития понятия, философы мистическим образом подразделяют природу на противоположные классы, подразумевая одновременное единство этих классов. Но философская мысль не стоит на месте и совершенствуется.

Так, Анаксагор из Клазомен провозгласил вечность бытия. Кроме того, Число материальных элементов (гомеомерий – материальные элементы) – полагал он – бесконечно, а движущая сила (ум) лишь одна”. Усовершенствование систематизации мировых диалектических противоположностей создала условия их метафизации. Метафизика уже заложена в положениях Анаксагора. Его “гомеомерии”, существуя как бы сами по себе, приводятся однако в движение внешней силой – всемирным умом.

Эмпедокл, пытаясь примирить диалектическое и метафизическое направления в философии, ещё дальше уходит в антиномическую метафизику. Он полагал “корнями” первовещества огонь, воздух и землю, а первосилами – две противоположных движущих силы.


Причём, “корни” приводятся в движение этими силами – или соединяются, или разъединяются. Положительные силы: Дружба, Приязнь, Гармония, Милость, Веселие, Киприда, Афродита. Отрицательные силы: Ненависть, Вражда, Арес. Здесь уже явно выступает самостоятельность противоположностей как вещественного, так и невещественного (силового) классов. Особо метафизично дробление положительных и отрицательных сил.

Закономерным результатом всего предшествующего развития философской мысли было учение Демокрита. Он отрицает принцип бесконечной делимости Эмпедокла и Анаксагора и вводит понятие неделимых частиц – атомов.

Теория атомизма возникла у Левкиппа и (у его ученика) Демокрита на основании: 1) наблюдений и 2) некоторых аналогий”. “Демокрит полагал, что вечные начала (атомы) по своей природе маленькие сущности бесконечно многие по числу”. Это обоснование – “классический пример возникновения научной гипотезы”.

Демокрит вычленяет из объективной реальности бесчисленное количество неделимых частиц-атомов, разделённых пустотой, движущихся собственными вихрями. Этими атомами и их вихрями, организующими атомический процесс, великий метафизик-атомист, между прочим, вновь скатывается на позиции диалектики.

Но эти материальные формы мира, ввиду их малости, неподвластны чувствам. “Лишь в общем мнении – полагает Демокрит – существует сладкое, в мнении горькое, в мнении теплое, в мнении холодное, в мнении цвет, в действительности существуют только атомы и пустота”.


После формирования «диалектики досократиков» на философскую арену выходят софисты которым противостоит Сократ.

История софистики делится на два периода. Первый связан с деятельностью “старших софистов”. К ним относятся Протагор из Абдер, Гиппий из Элеи, Антифонт и Георгий. Второй этап — деятельность “младших софистов”: это Алкидамант, Ликофрон, Фразимах.

Распространяя учение о вне природном происхождении общества, софисты противопоставляют “природное” и “искусственное”.

Универсальное противопоставление природы искусству развертывается в трояком плане: в плане возникновения общества и гос-ва, законодательства, религии и веры в богов.

Протагор: “Человек есть мера всех вещей, существующих – в том, что они существуют, – и несуществующих – в том, что они не существуют”.

Георгий:1)…никто не существует; 2)…если и есть нечто существующее, то оно не познаваемо и 3)…если оно даже и познаваемо, то его познание невыразимо и неизъяснимо.

Гиппийуказал в своём определении закона на насильственное принуждение как на условие возможности законодательства.

Продик: “Каковы пользующиеся вещами люди, таковы и сами вещи”.

Алкидамант: “Природа никого не создала рабами, и люди рождаются свободными”

Антифонт отстаивал “преимущества природы перед установлениями культуры и над искусством”


Фразимах, социальный аналитик, выявил относительность социально-этических норм: “Каждая власть устанавливает законы, полезные для неё самой, демократия – демократические, тирания – тиранистические и т.д.”

Это был путь критики и сомнений, описанный впервые Протагором. “Он первый заявил, что о всяком предмете можно сказать двояко и противоположным образом”.

Гегель писал, что софистика встала на путь свободного мышления, которое должно было “вывести за пределы существующих нравов и наивной религиозной веры”.

Таким образом, софисты не только подготовили принципы диалектической относительности (как полагал Гегель), но и заложили, по ленинскому выражению, “софистику нигилизма” анти аристократического направления, используемую теперь однако одиозными школами иррационализма и фашизма.

Интерес к человеку хоть и был общей чертой софистов и Сократа, но диалектика в ее положительном смысле, в ее постоянном искании объективной истины отличала философию Сократа от софистики.

Сократ рассматривал диалектику как искусство обнаружения истины путем столкновения противоположных мнений, способ ведения ученой беседы, ведущий к истинным определениям понятий.

Если учения Гераклита о борьбе противоположностей, как о движущей силе развития природы, сосредоточение своего внимания, главным образом, на объективной диалектике, Сократ, впервые отчетливо поставил вопрос о субъективной диалектике, о диалектическом способе мышления. Основные составные части “сократического" метода: "ирония" и "майевтика” — по форме, "индукция" и "определение" — по содержанию.


Сократический метод — это прежде всего метод последовательно и систематически задаваемых вопросов, имеющих своей целью приведение собеседника к противоречию с самим собой, к признанию собственного невежества. Что и является сократовской "иронией". Но он не ставит своей задачей только “ироническое” раскрытие противоречий в утверждениях собеседника, но и преодоление этих противоречий с целью добиться истины". Продолжением и дополнением "иронии" служила "майевтика" — повивальное искусство" Сократа (намек на профессию своей матери). Он говорил, что как бы помогает своим слушателям родиться заново, познанию “всеобщего” как основы истинной морали. Сократ хотел этим сказать, что он помогает своим слушателям Основная задача "сократического" метода — найти "всеобщее" в нравственности, установить всеобщую нравственную основу отдельных, частных добродетелей. Эта задача должна быть разрешена при помощи своеобразной "индукции" и "определения". "Индукция" и "определение" в диалектике Сократа взаимно дополняют друг друга.

1."индукция" — это отыскание общего в частных добродетелях путем их анализа и сравнения

2. "определение" — это установление родов и видов, их соотношения.


С именем Платона связано возрождение античной диалектики, которая претерпела значительный ущерб в школах софистов, Сократа и Демокрита. Диалектика Платона впервые не только получает собственное наименование, но и обретает своё аналитическое звучание как умение строить логические рассуждения, вести беседу, диалог.

Но не только субъективность была целью платоновской диалектики. Античная философия носила объективистский характер во все времена. “Для Платона – сообщает В.Ф. Асмус – диалектика это – не логика только, хотя в ней есть и логический аспект; это не учение о методе только, хотя в ней есть и аспект метода. Диалектика Платона – прежде всего учение о бытии, о родах истинно сущего бытия и об идеях … “Идеи” Платона – не только понятия (хотя они имеют свой понятийный аспект), а истинно сущие роды бытия. В соответствии с этим “диалектика”, как её понимает Платон, не только путь и метод познания, это прежде всего онтологические прообразы, образцы и причины вещей чувственного мира”.

Бытие заключает в себе противоречия: оно едино и множественно, вечно и преходяще, неизменно и изменчиво, покоится и движется. Противоречие есть необходимое условие для побуждения души к размышлению. Это искусство и является, по Платону, искусством диалектики.

Будучи верным учеником, почитателем и последователем метафизического идеалиста, Сократа, Платон, естественно, не смог преодолеть метафизичности и в своём учении. Его обособленные “идеи” только противопоставлялись “вещам”. Платон называл диалектику логический метод, с помощью которого на основе анализа и синтеза понятий происходит познание истинно сущего — идей, движение мысли от низших понятий к высшим.


Развитие диалектики продолжали неоплатоники (Плотин, Прокл). У них словом «диалектика» обозначается научный метод анализа и синтеза, который исходит из Единого, чтобы к Единому вернуться.

У Платона диалектика — искусство вести беседу. У Аристотеля — искусство вести вероятностные рассуждения (способ доказательства, когда исходят из положений, полученных от других, и достоверность которых неизвестна). Аристотель различает аналитику и диалектику. Аналитика устанавливает все абсолютно точно. Все течет и все изменяется. Если говорить об актуальном, надо иметь в виду реализовавшуюся возможность. Закон недопустимости противоречий: нельзя утверждать об объекте одновременно в одном и том же месте и в одно и то же время разного положительного и отрицательного. Закон исключенного третьего: если есть два суждения и первое ложно, то второе истинно, третьего не дано. Противоречия: контрадикторные (преступают законы формальной логики), контрарные (один говорит белый, другой черный, а объект может быть серым). Есть частное мнение. Это приговор, задание рамки, вилки, в пределах которой рассматривается объект. Закон тождества — я есть я. Выступает против софистики. В конечном счете, Аристотель – это целая система формально-логических силлогизмов.


Источник: studopedia.ru

Оглавление

Введение. 3

1.Гераклит и элейская школа о диалектике. 6

2.Философия Платона. 12

3.Философия Аристотеля. 21

Заключение. 25

Список литературы.. 27

Возникновение философии – общеисторическая закономерность эволюции духовной культуры. Новая форма общественного сознания складывается в VIII – IV вв. в трех центрах древней цивилизации – Греции, Индии и Китае. Она представляет собой совокупность дискурсивных, логически последовательных утверждений, когда каждая мысль, вытекает из предыдущей мысли и обусловливает последующую. Основное содержание данной формы общественного сознания – общие черты действительности, место человека в этой действительности, его роль в мире. Содержащиеся в них знания и фантазии, сохраняясь и накапливаясь в поколениях, приобретают преемственность, закрепляются в системе специфических понятий.

Основными предпосылками возникновения философии А. Бонар считал относительно высокий уровень развития производительных сил, развитие, орудий, ремесел, городов, денежных отношений письменность и литературная традиция, начала научных знаний и недостаточная эффективность старой религиозной идеологии[1] .

В.Ф. Асмус определяет античную философию как совокупность философских учений, развивавшихся в древнегреческом и древнеримском рабовладельческом обществе с конца VII века до нашей эры вплоть до VI века нашей эры.[2]


В.П. Алексеев выделяет в истории античной философии следующие этапы: 1) становление древнегреческой философии (VI-V в. до н. э.; философы — Фалес, Гераклит, Парменид, Пифагор, Эмпедокл, Анаксагор, Сократ и др.); 2) классическая греческая философия (V — IV вв. до н. э.) — учения Демокрита, Платона, Аристотеля; 3) эллинистически-римская философия (с конца IV в. до н.э. до VI в. н. э.) — концепции эпикуреизма, стоицизма, скептицизма.[3]

И.Н. Смирнов при анализе греческой философии выделяет три периода: первый – от Фалеса до Аристотеля, второй – греческую философию в римском мире и, наконец, третий – неоплатоновскую философию.[4]

Греческая философия зародилась не как область специальных философских исследований, а в неразрывной связи с научными знаниями — математическими, естественнонаучными, с зачатками политических понятий, а также с мифологией и искусством, почвой, арсеналом и предпосылкой которого была греческая мифология. Историческое значение древнегреческой философии очень велико. Древнегреческая философия была первой исторически известной формой диалектической философии. Энгельс, характеризуя историческое значение древнегреческой философии, писал: «Всеобщая связь явлений природы не доказывается в подробностях: она является для греков результатом непосредственного созерцания. В этом недостаток греческой философии, из-за которого она должна была впоследствии уступить место другим воззрениям. Но в этом же заключается и ее превосходство над всеми ее позднейшими метафизическими противниками. Если метафизика права по отношению к грекам в подробностях, то в целом греки правы по отношению к метафизике… В многообразных формах греческой философии уже имеются в зародыше, в процессе возникновения, почти все позднейшие типы мировоззрений».


Рассматривая выработанные античными философами учения, можно увидеть, как из представлений, овеянных древней мифологией, обособляются и возникают два основных типа философского мировоззрения — материализм и идеализм, как начинается затем борьба между ними, которая составит во все последующее время основное содержание философского развития. Одновременно возникает противоположность двух основных методов мышления — диалектики и метафизики.

Впервые термин «диалектика» употребил Сократ, понимая диалектику как искусство диалога. Диалектика – это философское учение о наиболее общих закономерных связях и развитиях. Стихийная диалектика древних философов включает в себя учения Гераклита, Зинона Элейского, Платона и Аристотеля.

Цель данной работы – изучить стихийную диалектику в античной философии.

Поставленная цель определяет задачи работы:

1. Охарактеризовать философию элейской школы; обозначить взгляды Гераклита о диалектике;

2. Показать особенности философии Платона;

3. Изучить философские взгляды Аристотеля.

Источник: mirznanii.com

История развития понятия[править | править код]

Первые философские учения возникли 2500 лет назад в Индии, Китае и Древней Греции. Ранние философские учения носили стихийно-материалистический и наивно-диалектический характер. Исторически первой формой диалектики явилась античная диалектика.[6] В восточной мудрости теоретическое мышление прошло тот же путь: опора на парность категорий мышления, поиск единого основания у различных, до прямой противоположности дозревших понятий и идей, образов и символов как в эзотерических, так и в известных всем философских направлениях и школах. Хотя для европейца их экзотическая форма не совсем привычна, но она — форма единства и борьбы противоположностей в содержании мыслимого. Она настраивала теоретическое мышление египтян, арабов, персов, индийцев, китайцев и других восточных мыслителей на осознание всеобщих его форм, на их содержательную классификацию, на поиск разумного основания их взаимоопределяемости. И в центре большинства из них — противоположность мудрого созерцания вечного смысла бытия суетному действию в мире преходящего. Путь достижения такой способности в смыслочувственно-телесном достижении гармонии с собой и миром преодолением противоположных моментов переживания и действия[1].

Диалектика в античности[править | править код]

Философы ранней греческой классики говорили о всеобщем и вечном движении, в то же время представляя себе космос в виде завершённого и прекрасного целого, в виде чего-то вечного и пребывающего в покое. Гераклит и другие греческие философы дали формулы вечного становления, движения как единства противоположностей. Аристотель считает изобретателем диалектики Зенона Элейского, который подверг анализу противоречия, возникающие при попытке осмыслить понятия движения и множества. На основе философии Гераклита и элеатов в дальнейшем возникла чисто отрицательная диалектика у софистов, которые в непрестанной смене противоречащих друг другу вещей, а также и понятий увидели относительность человеческого знания и доводили диалектику до крайнего скептицизма, не исключая и морали.

Сам Аристотель отличает «диалектику» от «аналитики» как науку о вероятных мнениях от науки о доказательстве. Аристотель в учении о четырёх причинах — материальной, формальной, движущей и целевой — утверждал, что все эти четыре причины существуют в каждой вещи совершенно неразличимо и тождественно с самой вещью.

Платон вслед за элеатами (Элейская школа) определяет истинное бытие как тождественное и неизменное, тем не менее в диалогах «Софист» и «Парменид» обосновывает диалектические выводы о том, что высшие роды сущего могут мыслиться только таким образом, что каждый из них есть и не есть, равен себе самому и не равен, тождествен себе и переходит в своё «иное». Поэтому бытие заключает в себе противоречия: оно едино и множественно, вечно и преходяще, неизменно и изменчиво, покоится и движется. Противоречие есть необходимое условие для побуждения души к размышлению. У Платона даётся диалектика пяти основных категорий: движения, покоя, различия, тождества и бытия, в результате чего бытие трактуется у Платона «в качестве активно самопротиворечащей координированной раздельности» (А. Ф. Лосев, А. Г. Спиркин).[2]

В диалоге «Софист» Платон излагает учение о родах сущего. Анализируя соотношение понятий бытия, движения и покоя, Платон говорит о несовместимости покоя с движением; поскольку же и движение, и покой существуют, то, значит, бытие совместимо и с тем, и с другим. Таким образом, имеется три рода: бытие, покой, движение.

Каждый из этих трёх родов есть иное по отношению к остальным двум родам и тождественное по отношению к самому себе. В связи с этим возникает вопрос о соотношении родов тождественного и иного с родами покоя и движения: совпадают ли они между собой или различаются?

Поскольку и покой, и движение как тождественные каждый себе причастны тождественному, и при этом они различаются между собой, то ни покой, ни движение не совпадают с тождественным. Поскольку и покой, и движение как иные по отношению к другим родам причастны иному и при этом различаются между собой, то ни покой, ни движение не совпадают с иным. Таким образом, покой и движение отличны от тождественного и иного.

Поскольку из существующего одно существует само по себе, а другое лишь по отношению к чему-то, и при этом иное существует лишь по отношению к чему-то, то иное не совпадает с бытием, которое охватывает как безусловное (то, что существует само по себе), так и относительное (то, что существует по отношению к чему-то).

Платон делает вывод о пяти несводимых друг к другу родах сущего — бытии, покое, движении, тождественном и ином.[7][8]

Диалектика в традиционной китайской философии[править | править код]

В китайской философии диалектика традиционно связывается с категориями инь и ян, восходящими к древним представлениям о взаимодействии пассивной женской силы — инь и активной мужской — ян[9]. С точки зрения китайских мыслителей, эти категории отражают взаимосвязь и взаимопревращение противоположных сторон явления друг в друга. К примеру, «Ян» — светлое, «Инь» — темное; «Ян» переходит в «Инь» — жесткое размягчается[источник не указан 2723 дня]; «Инь» переходит в «Ян» — темное светлеет и т. д.

Наполняющие Вселенную и порождающие и сохраняющие жизнь первичные субстанции, или силы Ян и Инь, о которых говорится в книге «Ицзин», обусловливают сущность 5 элементов природы: металла, дерева, воды, огня, земли; 5 естественных состояний: влаги, ветра, тепла, сухости, холода; 5 осн. человеческих функций: мимики, речи, зрения, слуха, мышления, и 5 осн. аффектов: заботы, страха, гнева, радости, созерцательности.[10]

Диалектика в Средние века[править | править код]

В средние века диалектика являлась частью семи свободных искусств и понималась обычно в широком смысле как способность вести спор посредством вопросов и ответов, искусство составлять силлогизмы, используя вероятностные и правдоподобные аргументы по предложенному вопросу, а также искусство классификации понятий, разделения вещей на роды и виды.

Проблема будущего осмысливалась во многом на основе диалектики. Несовершенный «земной мир», являющийся миром Бога-Сына, связывался с совершенным «небесным миром» Бога-Отца не только с помощью мистического Бога-Духа, но и посредством диалектических ходов мысли. В средневековой философии имелись все те ключевые элементы диалектики, в том числе и так называемый закон отрицания отрицания, которые позднее Гегель и коммунистическая философия включили в свою «диалектику природы, общества и мышления». Цель средневековой диалектики — попытаться схватить мир сразу в обеих его ипостасях, сакральной и мирской, сублимированной и низменной. Средневековая культура сочетает в единство полярные противоположности: небесное и земное, спиритуальное и грубо телесное, жизнь и смерть.[11]

Господство монотеистических религий в средние века перенесло диалектику в область теологии; Аристотель и неоплатонизм использовались при этом для создания схоластически разработанных учений о личном абсолюте. У неоплатоников (Плотин, Прокл) словом «диалектика» обозначается научный метод анализа и синтеза, который исходит из Единого, чтобы к Единому вернуться. У Николая Кузанского идеи диалектики развиваются в учении о тождестве знания и незнания, о совпадении максимума и минимума, о вечном движении, о совпадении противоположностей, о любом в любом и так далее[12].

В немецкой классической философии[править | править код]

Немецкий классический идеализм рассматривал действительность не только как предмет познания, но и как предмет деятельности. Так, в теории познания Кант развивает диалектические идеи в учении об «антиномиях». Однако диалектика разума, по Канту, — иллюзия, и она устраняется, как только мысль возвращается в свои пределы, ограниченные познанием одних явлений. Позже в теории познания (в «Наукоучении») Фихте развил «антитетический» метод выведения категорий, содержащий важные диалектические идеи. Шеллинг вслед за Кантом развивает диалектическое понимание процессов природы.

Существенную роль понятие диалектики играет в философии Гегеля. Для него диалектика — это такой переход одного определения в другое, в котором обнаруживается, что эти определения односторонни и ограниченны, то есть содержат отрицание самих себя. Поэтому диалектика, согласно Гегелю, — «движущая душа всякого научного развертывания мысли и представляет собой единственный принцип, который вносит в содержание науки имманентную связь и необходимость…».

Глубинной основой гегелевской диалектики является средневековая концепция истории — развитие применительно к человеческому обществу христианской доктрины Бога и человека, так что диалектикa Гегеля — это распространение не только на общество, но и на природу ключевых идей христианского понимания связи Бога и человека. Основные идеи гегелевской диалектики сводятся к следующему: «…Все конечное, вместо того, чтобы быть прочным и окончательным, наоборот, изменчиво и преходяще», поскольку, «будучи в себе самом другим, выходит за пределы того, что оно есть непосредственно, и переходит в свою противоположность». [11]

Диалектика в марксизме[править | править код]

Понятие диалектики в своих произведениях использовали Карл Маркс и Фридрих Энгельс, которые перевели её в материалистическую плоскость. Маркс материалистически понимает диалектическое развитие истории, как оно описано у Гегеля. С его точки зрения все это — наука история, которую он пытается построить по научному методу.

Сознание понимается Марксом как свойство материи отражать саму себя, а не как отдельная, самостоятельная сущность. Материя находится в постоянном движении и развивается самостоятельно. Диалектика же выступает в качестве отражения законов развития этой материи. Поэтому отличие своей диалектики от гегелевской Маркс выразил в утверждении, что философия Гегеля перевернута с ног на голову. Следует отличать диалектику Гегеля от её интерпретации в диалектике марксизма. Маркс следующим образом описывает разницу между его диалектикой и диалектикой Гегеля:[13]

Мой диалектический метод по своей основе не только отличен от гегелевского, но является его прямой противоположностью. Для Гегеля процесс мышления, который он превращает даже под именем идеи в самостоятельный субъект, есть демиург действительного, которое составляет лишь его внешнее проявление. У меня же, наоборот, идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней.

Последователями Маркса, главным образом, советскими, была создана особая философская школа — диалектический материализм. Существо этого философского подхода заключалось в том, что философия в старом смысле упразднялась, уступая место научному методу. Таким образом, задача марксиста-философа заключалась в материалистической систематизации гегелевской диалектики.

…из всей прежней философии самостоятельное значение сохраняет… учение о мышлении и его законах — формальная логика и диалектика. Все остальное входит в положительную науку о природе и истории.

В диалектическом материализме в 1960—1980-е гг. некоторые из ведущих идей Гегеля именовались «принципами», другие — «законами». Эта систематизация включала следующие положения:

  • принцип всеобщей взаимосвязи, утверждающий, что все связано со всем, и только ограниченность человеческого знания не позволяет видеть все существующие связи;
  • принцип развития, провозглашающий направленное, закономерное изменение материальных и идеальных объектов в качестве универсального их свойства; поступательное движение от низших форм материи к высшим, движение по спирали: через противоречия, отрицание отрицания, повторение предыдущих этапов, но на более высокой ступени развития.
  • закон единства и борьбы противоположностей, касающийся перехода вещей в процессе своего развития в свою противоположность (определения понятия противоположности, или диалектического противоречия, так и не было дано);
  • закон перехода количественных изменений в качественные, говорящий о накоплении развивающимися объектами постепенных количественных изменений и последующем скачкообразном переходе последних в качественные изменения;
  • закон отрицания отрицания.[11]

Диалектика в советской и российской философии[править | править код]

В советское время единственной допустимой формой диалектики считалась материалистическая диалектика, и к попыткам неортодоксального её развития относились с подозрением[источник не указан 2571 день]. После распада СССР материалистическая диалектика в значительной степени потеряла своё распространение, хотя ряд авторов продолжает оценивать её позитивно. Среди авторов, предложивших оригинальные диалектические концепции, были Г. С. Батищев, А. Ф. Лосев, З. М. Оруджев, Э. В. Ильенков, В. А. Вазюлин и другие.

Диалектика сегодня[править | править код]

В XX веке исследованием диалектики как в историческом плане (диалектика в античности и в немецкой классической философии), так и в теоретическом занимался Николай Гартман[14].

Некоторые современные философы, такие как Люсьен Сев и Жан-Мари Бром вновь обращаются к диалектике, рассматривая исключительно по отношению к человеческому действию, деятельности. Они отрицают диалектику природы и существование научных законов, существующих вне человеческого действия. Однако, после Второй мировой войны, ряд философов (Ричард Левонтин, Стивен Гулд, Александр Зиновьев, Патрик Торт) широко используют диалектику в своих работах, рассматривая её и как предмет изучения. В XXI веке имеются работы Бертелла Олмана, Паскаля Шарбонна и Эвариста Санчес-Паленсиа, в которых диалектика вводится в науку, наряду с диалектическим материализмом Маркса и Энгельса.

Таким образом, диалектика позволяет делать внятными и доступными противоречия в науке (антагонистические тенденции), так сказать, необычные и парадоксальные ситуации, которые встречаются в наблюдениях и научных экспериментах.

Строго говоря, содержание диалектики меняется с прогрессом науки, ибо, в некотором смысле, это содержание есть сама наука, основанная на принципах абстракций. Вот изложение диалектических принципов, первоначально сформулированных Энгельсом (1878), в интерпретации Ж. М. Брома: (Принципы диалектики, 2003): 1. Движение и изменение. 2. Взаимодействие (или взаимозависимость) 3. Противоречие как сила созидания 4. Переход от количества к качеству (цепи и разрывы). 5. Отрицание отрицания : тезис, антитезис и синтез (принцип развития по спирали). Заметим, что Жорж Политцер (1936) совмещает принципы 3 и 5. Это не вызывает неудобства, так как содержание принципов ещё не было определено… Изменение наших научных знаний ведет к постоянному пересмотру содержания этих принципов.[15]

Материалистическая диалектика нашла ряд подтверждений в биологии (Ричард Левонтин, Стивен Гулд). Живые организмы своим физико-химически детерминированным развитием (см. Пригожин) и определенным содержанием информации, подчинены бесконечным изменениям в своем метаболизме и эволюции. В этом смысле, концепция диалектики природы, предложенная Энгельсом, может быть использована.

Согласно Эваристу Санчес-Паленсиа, диалектика позволяет разрешать противоречия в науке, необычные и парадоксальные, во всех видах знаний, включая прикладную математику, однако в первую очередь социологию и психологию. Фактически, по его мнению, диалектика не является логикой со своими точными законами, а более общим каркасом, в который вписываются эволюционные явления.

Критика и оценки диалектики[править | править код]

Николай Гартман[править | править код]

По мнению Н. Гартмана,

…в диалектике есть что-то тёмное, непрояснённое, загадочное. Тех, кто были в ней сильны, во все времена было совсем немного, это были единицы. В древности — три или четыре головы, способных к умозрению. В Новое время во всяком случае не больше — по крайней мере таких, которые создали что-нибудь заметное… Определённо существует нечто вроде диалектического дара, который можно развить, но которому нельзя научиться. Примечательно, что и сами диалектически одарённые головы не раскрывают тайну диалектики. Они владеют и пользуются методом, но передать то, как они это делают, они не могут. Наверняка они сами этого не знают. Это — как творчество художника. Сам творящий не ведает закона, по которому творит; но он творит по нему… Гениальные и конгениальные следуют этому закону слепо и безошибочно, как лунатики.[16]:652

В области философских систем Гегель явил нам поучительный феномен высокого штиля. Многократно оспоренная диалектика — внутренняя форма его мышления — выходит к нам из его творений и захватывает пронизывающей предмет силой. При этом знание о её сущности всегда было и осталось ограниченным. Он воспринимал её как высший модус «опыта», но эти скупые указания не открывают нам тайны этого опыта. Мы должны искать её в его предметных исследованиях, то есть в целостности его жизненной работы.[17]:636—637

Гартман считает, что исследование какого-либо метода в принципе вторично по отношению к применению этого метода. Сначала кто-то прокладывает путь познания, «отдаваясь» предмету и совсем необязательно зная, как он это делает, а потом на проложенном участке пути кто-то другой «наводит порядок».[17]:636—637

Карл Поппер[править | править код]

Диалектика Гегеля объясняет развитие мышления через триаду тезисантитезиссинтез. К. Поппер[18] объясняет эту схему, сравнивая её с научным «методом проб и ошибок», который отбраковывает неподтверждающиеся экспериментом теории. Поппер признаёт, что весьма разумно начинать «развитие определённой области человеческого мышления с какой-то одной идеи — тезиса, открытого для критики, которая „создаст“ свой антитезис». Завершаемая синтезом разумных зёрен схема «добавляет некоторые ценные моменты к интерпретации мышления в терминах проб и ошибок».

Критику Поппер начинает с того, что синтез субъективен — определяется не только материалом тезиса и антитезиса, но и умами, его (этот синтез) отстаивающими[19]. Но, правильно замечая, то, что противоречия — двигатель интеллектуального прогресса и что они неизбежны, диалектики делают крайне неверный вывод, что избавляться от противоречий даже нежелательно. Это опасно, говорит Поппер, поскольку так называемая плодотворность противоречий есть просто результат нашего решения не мириться с ними[20]. Кроме того, он показывает, как из противоречия следует что угодно[en]. Примирение с противоречием обязательно приводит нас к отказу от критики, от поиска непротиворечивых теорий, синтеза, к концу рациональности и науки. Поэтому диалектическая логика, более чем годная для философского описания истории, не должна занимать фундаментальное место формального логического вывода в жизни. И уж тем более нелепо утверждать, что физическая реальность развивается диалектически, как это делает Маркс.

К. Поппер отмечает, что в диалектике неправильно употребляются логические термины, а понятия «отрицание» и «противоречие» имеют определенное логическое значение, отличное от диалектического. Такая терминология, по мнению Поппера, лишь вводит в заблуждение. Менее обманчивыми были бы термины «конфликт», «противоположная тенденция» или «противоположный интерес». А неуязвимость диалектики для критики Поппер называет чрезвычайно опасным «железобетонным» догматизмом.

См. также[править | править код]

  • Диалектическая логика
  • Диалектический материализм
  • Диалектическое противоречие
  • Софистика
  • Казуистика
  • Схоластика
  • Гносеология
  • Противоречие (философия)
  • Триада (философия)
  • Триада (Гегель)
  • Триалектика

Литература[править | править код]

  • Абрамов М. А. Догмы и поиск (сто лет дискуссий о диалектике в английской философии). — М., 1994. — 210 с.
  • Адорно Т. В. Негативная диалектика. Пер. с нем. — М.: Научный мир, 2003. — 372 с.
  • Алексеев П. В., Панин А. В. Теория познания и диалектика. — М., 1991. — 383 с.
  • Берти Э. Древнегреческая диалектика как выражение свободы мысли слова // Историко-философский ежегодник 1990. — М., 1991. — С. 321—344.
  • Богомолов А. С. Диалектический логос. Становление античной диалектики. — М., 1982. — 263 с.
  • Бурова И. Н. Парадоксы теории множеств и диалектика. — М., 1976. — 176 с.
  • Вазюлин В. А. Логика «Капитала» К. Маркса. — М., 1968—2002². — 295 с.
  • Воинов В. В. Модели диалектики в античной и восточной философии // Проблемы философии. Вып. 54. Киев, 1981.
  • Дёмин Р. Н. Сократ о диалектике и учение о разделении по родам в древнем Китае // Универсум платоновской мысли: неоплатонизм и христианство. Апологии Сократа. — СПб., 2001.
  • Джохадзе Д. В. Диалектика Аристотеля. — М., 1971.
  • Джохадзе Д. В., Джохадзе Н. И. История диалектики: Эпоха античности. — М., 2005. — 326 с.
  • Диалектика // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Диалектика / Михайлов, Ф. Т. // Новая философская энциклопедия : в 4 т. / пред. науч.-ред. совета В. С. Стёпин. — 2-е изд., испр. и доп. — М. : Мысль, 2010. — 2816 с.
  • Диалектика и её критики. — М., 1986.
  • Диалектическое противоречие. — М., 1979. — 343 с.
  • Дынник М. А. Диалектика Гераклита Эфесского. — М., 1929.
  • Зелькина О. С. Системно-структурный анализ основных категорий диалектики. — Саратов, 1970.
  • Зиновьев А. А. О логической природе восхождения от абстрактного к конкретному // Философская энциклопедия. — 1960. — Т. 1.
  • Зиновьев А. А. Восхождение от абстрактного к конкретному (на материале Капитала К. Маркса). — М., 2002. — 312 с. — ISBN 5-201-02089-5.
  • Ильенков Э. В. Диалектическая логика. Очерки истории и теории. М.: Политиздат, 1974. — 271 с. — 2-е изд., доп. М.: Политиздат, 1984. — 320 с.
  • История античной диалектики. — М., 1972. — 335 с.
  • История диалектики XIV—XVIII вв. / АН СССР. Ин-т философии. — М., 1974. — 356 с..
  • История марксистской диалектики от возникновения марксизма до ленинского этапа. — М., 1972.
  • Кедров Б. М. О методе изложения диалектики: Три великих замысла. — М.: Наука, 1983. — 478 с.
  • Критика немарксистских концепций диалектики XX века. Диалектика и проблема иррационального / Под ред. Ю. Н. Давыдова. — М., 1988. − 478 с. — ISBN 5-211-00186-9.
  • Лосев А. Ф. Хаос и структура. М.: Мысль, 1997.
  • Луканин Р. К. Диалектика аристотелевской «Топики» // Философские науки. — 1971. — № 6.
  • Моисеев Н. Н. Алгоритмы развития. — М.: Наука, 1987. — С. 17-37, 44.
  • Нарский И. С. К вопросу о соотношении формальной логики и диалектики // Вестник Московского университета. — 1960. — № 3.
  • Омельяновский М. Э. Диалектика в современной физике. — М.: Наука, 1973. — 324 с.
  • Оруджев З. М. Диалектика как система. — М., 1973. — 352 с.
  • Петров Ю. А. Логическая функция категорий диалектики. — М., 1972.
  • Садовский Г. И. Диалектика мысли. Логика понятий как теория отражения сущности развития. — Минск, 1982. — 310 с.
  • Семашко Л. М. Диалектика Платона и её интерпретация Гегелем // Философские науки. — 1971. — № 4.
  • Фурман А. Материалистическая диалектика. — М., 1969.
  • Чан Шэнь. Диалектика Гегеля и китайская традиция диалектического мышления. // Судьбы гегельянства: философия, религия и политика прощаются с модерном. — М., 2000. — С.335-347.
  • Шаш С. Д. Проблема исследования раннегреческой диалектики / Сб. Философские исследования. — Минск, 1970.
  • Широканов Д. И. Взаимосвязь категорий диалектики. — Минск, 1969.
  • Claude Bruaire. La Dialectique / » Que sais-je ? « — PUF, 1993.
  • Jean-Marie Brohm. Les principes de la dialectique / Éditions de La Passion. — 2003. — 254 p.
  • Jean-François Chantaraud. L’état social de la France : Leviers de la cohésion sociale et de la performance durable / Documentation française. — 2013.
  • Georges Gurvitch. Dialectique et sociologie. — Flammarion, 1962.
  • Henri Lefebvre. Le Matérialisme dialectique. — PUF, 1939.
  • René Mouriaux. La dialectique d’Héraclite à Marx. — Syllepse, 2010.
  • Bertell Ollman. La dialectique mise en œuvre : Le processus d’abstraction dans la méthode de Marx. — Syllepse, 2005.
  • Lucien Sève. Sciences et dialectiques de la nature. — La Dispute, 1998.
  • Évariste Sanchez-Palencia. Promenade dialectique dans les sciences. — Ed. Hermann, 2012.
  • Howard Ll. Williams. Hegel, Heraclitus, and Marx’s Dialectic. — Harvester Wheatsheaf, 1989. — 256 p. — ISBN 0-7450-0527-6.

Источник: ru.wikipedia.org

Выясняя смысл диалектики, мы стремимся довести ее осознание до такого уровня, на котором будет обнаружена изначальная идея, раскрывающая ее предназначение.
Характеризуя содержание диалектики, то есть разумно объясняя всеобщие механизмы развития мира, мы тем самым постигаем ее смысл как теории развития. Однако значение диалектики выходит за рамки ее теоретического содержания. Диалектика, имея явно выраженные признаки теоретичности, в сущности, является философско-мировоззренческой концепцией. Не случайно в ней объективно возник и существует «водораздел» между идеалистической и материалистической формами. Учитывая данное обстоятельство, было бы не верно определять смысл диалектики без оценки философско-мировоззренческой ее составляющей.
Смысл диалектики, как полагали ее создатели, состоит не только в том, чтобы показать, что мир изменяется и есть законы данного развития, но и в том, чтобы раскрыть перспективу развития, которую они связывали с установлением гармонии мирового целого. К такому выводу приводит оценка мировоззренческой направленности ряда конкретных диалектических построений.
Так, диалектик античности Гераклит Эфесский считал, что борьба противоположных сил направлена на установление космической гармонии, то есть на установление гармонии целого. Видение данной перспективы развития мира позволило древнегреческому мыслителю по-новому оценить многие мировые явления. Например, война, которой обычно люди боятся, видя в ней силу, несущую смерть, средство, способное разрушить общество, у Гераклита выполняет прародительские, созидательные функции. «Война (Полемос) — отец всех, царь всех», — отмечал Гераклит (Фрагменты ранних греческих философов. Ч. 1. — М., 1989.  — С.202.).
Отстаивание философом положительного значения войны происходит вследствие того, что он видел в ней не только силу, способную разрушить социум (частное), но и средство, которое, разрушая частное, созидает гармонию целого. «Та из противоположностей, которая ведет к возникновению космоса, называется войной», — писал он (там же.  — С.177).
Для людей война ужасна потому, что их взгляд на войну частный. Они заботятся только о своем существовании. Но при общем рассмотрении данного явления в масштабе становления гармонии мирового целого, разглядеть которое в состоянии только Бог, война, как отмечал Гераклит, теряет свои ужасные черты. Неоплатоник Порфирий следующим образом комментировал сказанное Гераклитом: «Войны и битвы нам кажутся ужасными, а для Бога в них нет ничего ужасного: Бог все обращает на благо гармонии целого» (там же. — С.241).
Гармония целого может становиться и без участия человечества, как гармония неживого мира. Этот вывод, вытекающий из диалектических рассуждений Гераклита и не удовлетворяющий человечество, словно подтолкнул другого великого  диалектика — Гегеля к созданию диалектической системы, в которой во вселенской гармонии было найдено место и Человеку. Немецкий мыслитель «спасает» народы и государства, наделяя каждого из них частицей абсолютного разума, позволяющего найти свое истинное духовное призвание и реализовать его. Эта божественная искра разума должна, по мысли Гегеля, отвести от человечества угрозу превращения себя в горючий материал для становления гармонии целого.
Итак, смысл диалектики Гегеля иной, нежели  у Гераклита, в том плане, что немецкий философ все же полагает, пока народы и государства будут воплощать в жизнь свое божественное духовное назначение, у человечества будет сохраняться общая со всем остальным миром божественно-разумная основа развития. До этих пор будет сохраняться возможность деятельного участия людей в гармонизации целого. По сути, Гегель призывает людей к ответственности за свое будущее, к тому, чтобы, осуществляя любые общественные изменения, народы не отступали от своего духовного назначения.
Однако как же быть в ситуации, когда каждый народ прав в отстаивании своего божественного призвания и между государствами возникает ожесточенная борьба за признание абсолютной истинности именно своего пути, своих ценностей? Выход для Гегеля один — пойти по пути Гераклита и придать войне особые общественно значимые функции. Раскрывая их содержание, Гегель писал: “Война должна установить не истинность права той или другой стороны, — ибо истинны права обеих сторон, — а прийти к решению по поводу того, какое право должно уступить в этом столкновении другому. И решить это должна война именно потому, что оба столкнувшиеся права в равной степени истинны, а нарушить это равенство, создать возможность соглашения путем уступки одного права другому может, следовательно, нечто третье, т.е. война» (Гегель Г.В.Ф. Конституция Германии // Полит. произв. — М., 1978. – С.139-140).
Если довести до логического и смыслового завершения данное гегелевское рассуждение, то получается, что в процессе общественного развития идеальным (то есть наиболее полно реализующим божественный замысел) будет то государство и тот народ, которые сумеют лучше других подготовиться к череде грядущих войн. Так, через социальные катаклизмы, возникающие вследствие равномерной просветленности государств божественным разумом, человечество идет к созданию идеального абсолютного государства, символизирующего для  Гегеля  вершину общественного развития.
В материалистической диалектике смысловые акценты расставлены по-иному. Во-первых, смысл социальной диалектики К. Маркс и Ф. Энгельс увидели в противоречивом движении человечества в направлении общественной гармонии, которая представлялась им в форме коммунизма. Во-вторых, показав земной источник возникновения духа, они не только развеяли гегелевский мистицизм в получении каждым народом своего духовного назначения, но и раскрыли то, как из объективных условий общественной жизни рождается общечеловеческий идеал коммунистической гармонии. В-третьих, Маркс и Энгельс отказались признать превосходство любой национальной формы капиталистического государства при шествии к коммунизму, подчеркивая, что никакой из стран в отдельности не будет принадлежать слава уничтожения капитализма.
Итак, анализ отдельных форм диалектики показывает, что ее конкретно-исторический смысл изменяется, но данные изменения целенаправленны. Они осуществляются в «горизонте» общего замысла диалектики — раскрытия перспектив развития мира. Для реализации этого замысла диалектически мыслящими философами сделано немало. Однако диалектическому осмыслению подлежит еще большое количество проблем мирового развития. В этом плане можно полагать, что диалектика как философская теория развития мира будет совершенствоваться и не потеряет своего значения в духовной и практической жизни человечества в XXI веке.
Литература

  1. Алексеев П.В., Панин А.В. Теория познания и диалектика. – М., 1991.
  2. Диалектико-материалистический метод познания. – М., 1990. 
  3. Василькова В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем. Синергетика и теория социальной самоорганизации. — М., 1999.
  4. Закон единства и борьбы противоположностей. Под ред. Парнюк М.А. – К, 1991.
  5. История античной диалектики. – М., 1972.
  6. История диалектики XIV-XVII вв. – М., 1974.
  7. Концепции самоорганизации: становление нового образа мышления.

     — М., 1994.

  1. Самоорганизация в природе и обществе. — СПб, 1994.
  2. Современные зарубежные концепции диалектики. – М., 1987.
  3. Зеленков А.И. Принцип отрицания в философии и наука. — Минск, 1981.
  4. Материалистическая диалектика. В 5 т. — Т. 1.- М., 1981.
  5. Материалистическая диалектика. Краткий очерк теории. — М., 1985.
  6. Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. т.20.
  7. Энгельс Ф.  Диалектика природы // Маркс К., Энгельс Ф., Соч. Т.20.
  8. Шептулин А.П. Категории диалектики. — М., 1971.

Источник: bookucheba.com


Categories: Другое

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.